Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №70(01.03.2003)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
ФОРУМ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Падение темпов интеграции определяет упадок белорусской экономики

С.А.Посохов, Сопредседатель белорусско-российского комитета «Союз»

Проблема объединения Белоруссии и России, в какой-то степени благодаря пробуксовкам в этом процессе, все более смещается на обочину внимания общества, на обочину общественного сознания и из животрепещущей темы, о которой говорилось, писалось, дискуссии велись активные, сегодня стала темой или проблемой, которая воспринимается обществом как некий рудимент прошлых лет, некий благородный дар прошлому. Вместе с тем, пробежав коротко историю нашего союзного строительства, мы хотели бы еще раз подчеркнуть, что это правильный путь, верное направление движения, в котором мы  некогда все участвовали, прежде всего президенты наших стран, на начальном этапе этого союзного строительства. Конечно, нещадно эксплуатировали эту ностальгическую, буквально даже магическую тягу наших народов к общему дому, к общему единству. И каждый из президентов реализовывал свою политическую цель. Александр Лукашенко, президент Республики Беларусь, и в предвыборной своей первой кампании, и в последующее время подчеркивал, что он строитель единого государства, он инициатор нового объединительного процесса. Но была у нас тогда надежда, что эта чисто эмоциональная социальная составляющая в результате повседневной кропотливой и, надо сказать, черновой работы превратится в процесс реального строительства, экономики, политического строительства. И несмотря на всевозможные политические спекуляции, надежды народов России и Беларуси об объединении будут реализовываться на практике.

Я в то время работал постоянным представителем в СНГ, в его органах, и когда совершал поездки по постсоветским государствам, то видел, с каким пристальнейшим вниманием элиты и народы, простые люди присматривались к Союзу Белоруссии и России, видя ядро, вокруг которого начнется возрождение Советского Союза или иной какой-то большой общности. И поэтому эти пробуксовки, задержки сегодня, конечно, воспринимаются с большой досадой, с разочарованием, и мы уже сегодня имеем новую ситуацию, при которой вера в определенной степени утрачена, а вместе с верой утрачена и надежда. И взгляды, и ощущения народов наших, и российского, и белорусского, обратились к своим внутренним проблемам, поскольку они оказались во многом разочаровавшимися в союзном строительстве.

Состояние белорусского государства, белорусских элит, положение белорусского общества сегодня все более убеждают в том, что это строительство необходимо лично для нас, необходимо для Беларуси.

Во-первых, хочу сказать, что несмотря на все торжественные рапорты, которые звучат и в печати, и по телевидению, и с высоких трибун, экономика Республики Беларусь попадает во все более сложное положение. И знаете, как и раньше, кто руководил партийными органами представляет, знает, что статотчет был тогда такой. Там цифры должны «бить друг с другом». И в этом смысле, если мы говорим, что на 4% прирост валового внутреннего продукта в Белоруссии произошел, то потребление энергии почему-то не возросло и составляет только 72%. Падение произошло. А грузооборот  всех видов транспорта - только 36%. Т.е. реально в физическом выражении, конечно, происходит сокращение и производства, а самое главное, очень печальная цифра в нашей экономике, 72% месячного произведенного продукта оседает на складах, не находит потребителя.

И еще одна очень страшная для нас белорусов цифра - 90% наших основных производственных фондов промышленности, я уж не говорю о сельском хозяйстве, находятся за пределами физического износа.

И такой пример. Недавно наш президент вручал награду одному из слесарей, 70 лет которому, который работал в оборонке. Это действительно уникальный мастер. Но, правда, те кадры, которые сопровождали эту процедуру с рабочего места этого слесаря, показали, что он работает в грязной телогрейке, в неотапливаемом цеху, производя аппаратуру для космической техники(!). Сегодня в Белоруссии не отапливаются производственные помещения, и работники ВПК, которые в нем работают, к сожалению, не могут давать того необходимого качества, которое давали раньше.

Важно подчеркнуть, что сокращается самый главный сектор нашей экономики, сборочный цех, лучшие производственные фонды. Это высокотехнологичное производство, и оно не воспринимает новое, прежде  всего информационные разработки, которые, кстати, создаются и белорусскими учеными. Поэтому положение в экономике вынуждает нас к более тесному сотрудничеству с более сильным и финансово, и технологически, и самое главное, с более емким рынком. В этом смысле взгляды наши сначала были обращены на Запад. Посидев в приемных и "Мерседеса", и "Вольво", и "Скании", наши руководители МАЗа все-таки поняли, что ключ к выживанию Минского автомобильного завода и минского всего автопрома, конечно, лежит на Востоке. Руководители нашего электронного промышленного блока, объехав, по существу, весь мир, поняли, что там они не найдут ни успехов, ни сферы приложения капитала. Был, например,  такой эпизод в нашей экономике, когда наш президент был с визитом в Южной Корее, и тогдашнее руководство Южной Кореи обещало выделить нам товарный кредит на 500 млн.долл. Руководители крупнейших южнокорейских электронных компаний побывали у нас, посмотрели наше производство, но кредит, по существу, так и не был нам выделен.

Мы, Белоруссия и Россия, как сиамские близнецы, вынуждены будем поднимать свои экономики вместе. Экономика заставит нас идти рука об руку, властно заставит, и тот, кто не услышит этот властный зов, будет сметен с политической арены, и я думаю, что чем раньше будет услышан этот зов нашими руководителями, прежде всего в Белоруссии, тем это будет лучше. Играть с экономикой, капризничать, превращать ее в какой-то повод для шуток или, наоборот, скандалов экономика не позволит никому. За это расплачиваются миллионы людей.

Вторая очень важная проблема, которая заставит нас идти на интеграцию, это политические процессы в Республике Беларусь. Нынешнее руководство Белоруссии отлично понимает, что процесс создания единого государства с Российской Федерацией - это самый главный козырь в обойме его идеологических предпочтений.  Утрата этого козыря автоматически лишает его узнаваемости, что уже сегодня в Белоруссии реально происходит. Вы знаете, журналисты как-то очень быстро воспринимают пожелания политического заказчика, и на белорусском телевидении, и в официозной прессе вдруг началась такая вакханалия антироссийской пропаганды, прямо в самом неприличном виде.

Я в свое время был на Украине, когда там была поднята волна в СМИ по проблеме Черноморского флота. Я вам должен сказать, что такой координированной и достигающей самых уязвимых сторон нашей души кампании, какая сегодня проводится в белорусских государственных СМИ, даже тогда на Украине не было. И это вызывает сначала общую сумятицу умов, а сегодня вызывает только полное отторжение. Отторжение тех, кто этим делом занимается. Уже договорились до того, что президента Путина, в связи с его августовскими инициативами, в белорусских высших инстанциях сравнили с Розенбергом. Но в "Советской Белоруссии" написали, что даже Розенберг не мог додуматься до такого. И так далее. Все это представляется в очень неприятном свете.

 И вместе с тем, имея в обойме очень судьбоносную несущую конструкцию, как союзное строительство, как дружба в Союзе, президент нашего государства А.Г.Лукашенко, подумывает о третьем сроке, реализовать который будет очень сложно. Сегодня страна наша, вступает в выборы в местные советы, и мы видим, что местные советы будут в этой связи вполне определенные. Они и так безвластные у нас, Страна плавно входит сегодня в эту кампанию по реализации третьего срока, по крайней мере мы это ощущаем. И трудно себе представить, чтобы в этой кампании о продлении полномочий главе государства, не зашел вопрос о форме этого будущего государства. Конечно важно как будет реализовываться план пролонгирования власти Лукашенко - через референдум, через иные какие-то законодательные акты, но трудно будет представить, что обойдется без четкого и ясного ответа на этот вопрос.

Конечно,  нужно будет ответить, какое государство мы строим. Будет ли и дальше такое административное руководство всем и вся одним человеком. Или это будет гражданское общество. И второй вопрос, что же будет с российско-белорусским союзом, объединением наших экономик. В каком направлении он будет двигаться. Без ответа на этот вопрос при самых изощренных технологиях убедительного количества голосов получить будет невозможно. И в этом смысле сегодня я полагаю, что у правящей группы, которая находится у власти в Республике Беларусь, нет ответа, как формулировать и какой дать ответ на этот вопрос.

 Я считаю, что наиболее жизненным из них является новое прочтение уже подписанного, ратифицированного и действующего Союзного договора. Лучше все-таки какая-то определенность, чем любая, тем более самая фантастическая неопределенность. Более того, те, кто сегодня хоронит или каким-то образом неуважительно отзывается об этом Договоре, они его не прочитали вообще-то, но если и прочли, то не вдумались. Это очень системный, объемный и, надо сказать, конкретный документ. Он предоставляет очень большие возможности для дальнейшего продвижения вперед, дает надежды на экономическое сближение. По поводу выполнения этого договора проведена огромная работа. Вместе с тем не выполнено несколько очень важных, на наш взгляд, основных позиций.

В этом смысле бюджет Союза, вокруг которого ломается столько копий, не только минимален. Во-первых, это не бюджет, и договором он не предусмотрен. Это смета. Бюджет - это самовозрастающая, автоматически формируемая в результате сложения доходов некая сумма. Бюджет Союзного государства у нас складывается из взносов. Но вместе с тем уже появился целый блок финансовых доходов, формируемый за счет союзной собственности. Следовательно, необходимо и расходы таким же образом утверждать, контролировать. Кто сегодня контролирует расходы? Расходы контролируют, с российской стороны, например, поручение получила Счетная палата, а с Белорусской стороны - Комитет государственного контроля. На самом деле расходы должен контролировать парламент Союзного государства. И в это смысле здесь разговоры, которые идут, что плохие союзные программы или хорошие союзные программы, он беспредметен. Потому что союзные программы очень хорошие. Более того, в свое время было принято и утверждено несколько самых новых высокотехнологичных программ, детально проработанных, обеспеченных ресурсно и разбитых по времени, в том числе в самых новейших отраслях науки и техники, в том числе информационной и высоких технологий. Не хватает некоей экономической или коммерческой составляющей. На кого это все работает, чей интерес реализуется в этих программах. И когда этот интерес реализуется чиновниками, вот тут немало начинает ходить слухов о том, что сегодня люди, которые работают в союзных органах, реализуют там личные интересы через эти статьи расходов российско-белорусских программ. Все должно быть прозрачно, у каждой программы  должен быть свой автор, свой ответственный заинтересованный элемент.

Еще об одной сфере экономики хотел бы сказать. Об энергетике. Вы знаете, в Белоруссии потребление энергии в суммарном перечислении составляет около 36 млрд.кВт. А мы имеем мощности 46 млрд.кВт по производству электроэнергии. Вопрос весь состоит в энергоносителях. Энергоносители, которые сегодня мы используем для производства энергии для нашей промышленности, мы получаем на 100% из Российской Федерации. И поэтому тот совместный топливный баланс, который разработан и в Российской Федерации, который мы получаем из России, он не сбалансирован с совместными производственными программами, совместными социальными программами. И этот дисбаланс, который возникает, сегодня является предметом самого ожесточенного закулисного, «подковерного» спора и торга. И когда российский президент говорит, что мы знаем потребности Белоруссии в энергии и мы готовы закрыть эти  объемы, но вопрос цены - это не вопрос президентов, это вопрос коммерческий. Действительно, - это вопрос коммерческий, но это вопрос и общественно значимый. И без проработки через парламенты, через плановые органы, через ответственных потребителей решить эту проблему невозможно.

Почему в Белоруссии сегодня централизованы расчеты за потребление энергии? Ведь это нонсенс. Субъекты хозяйствования, расходующие энергию, не платят тем, кто ее поставил. Они платят некий "общак", а потом из этого "общака" хотят - заплатят, хотят - не заплатят. И растворяется само представление, кто платит, кто не платит, сколько платит, когда платит и т.д. К этим делам присосалось такая масса людей, которые уже сегодня обладают таким потенциалом, который не позволит просто так разрубить этот очень серьезный узел. Вот здесь и нужна политическая воля. Когда президент России говорит, что это не мой вопрос, здесь, на наш взгляд, заключается очень серьезная ошибка. Это вопрос политической воли. Разрубить узел неплатежей между нашими странами, который удобно дает существовать очень многим людям.

Повелительная сила событий нас заставляет идти к Союзному государству, и в Белоруссии, я уверен, все больше и больше, потому что шагреневая кожа возможностей административного регулирования экономики, всех сторон государственной жизни все более и более сужается. Знаете, административный ресурс только тогда эффективен, когда он приводит в действие иные ресурсы: человеческие, финансовые, организационные, материальные. Поэтому в этом смысле ресурсы, которые вводят в действие волевые административные команды сегодня в Белоруссии, все более и более сужаются. Поэтому с большой тревогой белорусское общество смотрит на эти грандиозные стройки, которые вроде бы и нужны, но очень дорогостоящие, которые в Белоруссии начаты, кое-какие заканчиваются, кое-какие еще только находятся в стадии начальной. Хватит ли ресурсов их завершить? А будут ли они при завершении служить обществу? Все это вызывает большие опасения, поскольку нет обсуждения, общественной экспертизы проектов и т.д.

Я думаю, что наше белорусское общество должно выйти из спячки только совместно с российской стороной, потому что ни традиции государственности, ни традиции ответственности за свою судьбу, собственную историческую перспективу пока у белорусского народа еще нет. Поэтому его элита, помимо того, что она отдалена от процесса выработки и принятия решений, и сама-то не очень хочет нести ответственность за те или иные решения.

Конечно, в печати и в практике утвердилось такое ощущение, что в Белоруссии весьма легковесно относятся к неким договоренностям в области экономики с некоторыми российскими компаниями. И началось это, конечно, прежде всего с истории вокруг банка "Авангард", который с подачи Г.Н.Селезнева был согласен профинансировать очень серьезный проект реконструкции "Белшины", одного из самых крупных на постсоветском пространстве производителя очень широкого ассортимента шин. И как вы помните, по телевидению и президент Лукашенко, и Селезнев, и руководители банка "Авангард" очень оптимистично говорили об этом проекте. Проект был отвергнут в итоге, якобы, как объяснили потом, по экономической нецелесообразности для Белоруссии. Сегодня "Белшина" вообще по существу погребена, и 40% МАЗов, тракторов МТЗ и другие комплектуются шинами российскими  и других  иностранных компаний.

Вторая очень серьезная проблема, конечно, это "Белтрансгаз". "Белтрансгаз" - это вообще очень болезненная проблема, и вы знаете, что там было пакетное соглашение подписано между Россией и Белоруссией о том, что подача газа по внутрироссийским ценам, по ценам пятого тарифного пояса, обусловлена проблемой акционирования "Белтрансгаза". Сегодня мы слышим у нас в Белоруссии, что да, мы акционируем, но вот и "Рургаз", "Франсгаз" тоже проявляют интерес и т.д. И хотелось бы сказать, что тоже это вызывает очень большую настороженность и большие спекуляции вокруг этой проблемы. "Балтика", "Азот" гродненский открыты не только для российских компаний. Соблюдение предварительных договоренностей, конечно, мы считаем, что желает оставлять много лучшего.

И последний пример со "Славнефтью", с белорусским пакетом акций "Славнефти". Простые арифметические подсчеты показывают, что если даже в этой пропорции, в какой было продано, пакет, проданный белорусским государством,  по тем ценам, по которым был продан позднее  российский пакет, 16 млн.долл. недосчитывает. Т.е. мы продали с ущербом в 16 млн.долл. Я хочу сказать, что экономика - это сложный процесс, и доверие в этих отношениях стоит миллионы. И белорусская общественность очень обеспокоена тем, что установился климат недоверия в выполнении обязательств, принятых белорусской стороной в отношении экономических сделок. И это очень беспокоит. Поскольку если только это будет продолжаться, то возникнет хаос, или как вы говорите, управляемая анархия, при которой многие сделки будут оспорены в судах после тех или иных политических событий.

Поскольку экономика Белоруссии работает в отсутствие всякого правового поля, то каждую минуту перед субъектами хозяйствования возникают совершенно неожиданные, как удар хлыста, правила, спущенные «сверху». Более того, эти правила устанавливают сроки начала применения новаций - 3 месяца назад, от момента выхода того или иного документа. Поэтому это совершенно нервирует производителей, совершенно немотивированно, не дает возможности планирования самого краткого периода хозяйственной деятельности, подрывает деловую инициативу.

Вторая проблема - кадровая чехарда. Каждый руководитель будь то частного, будь то государственного предприятия, совершенно не чувствует себя частью хозяйственного субъекта, потому что он не знает, утром, когда придет он в рабочий кабинет, что он там застанет. Например, принесут бумагу о снятии с должности. Мне трудно давать правовую оценку, но я говорю об экономической. Например, снятие директора Минского тракторного завода, по оценкам, которые мы могли сделать на основе того, какой ущерб понесло предприятие и какие преференции были даны новому директору завода, стоило около 50 млн.долл.: списание, отсрочки выполнения контрактов, неустойки заказчикам и т.д.

Третий фактор - это произвольная свистопляска вокруг отпускных цен на продукцию. В результате установления неких цен, совершенно ниоткуда взявшихся, по существу, существует некий большой распределитель. На самом высоком уровне устанавливаются цены, задания кому продать, по какой цене, в какие сроки. Многие предприятия превратились просто в склады. Им говорят: этому отдай, этому отдай и т.д.

И четвертое. Неэкономическое ежедневное вмешательство огромного числа контролирующих органов, не обремененных никакой ответственностью за результаты своих проверок. Поэтому эта административная свистопляска, которую я описал, она лишает производителей почвы, а ведь это - одни из самых подготовленных представителей предпринимательского, директорского корпуса на пространстве СНГ, об этом свидетельствует факт, что многие снятые белорусские руководители находят себя в крупном бизнесе на Западе, в России, на Украине и весьма эффективно работают.

Поэтому говорить о каких-то разумных и каких-то логических категориях, о том, что происходит в белорусской экономике, просто не представляется возможным, потому что статистика лукава. Если, например, в начале срока нашего уважаемого президента 150 вагонов грузилось на Минском отделении железной дороги, то сегодня только 2. Вместе с тем там рост госстатистика указывает на 14%. И еще влияют, конечно, как пример внеэкономического перераспределения прибыли, различного рода поборы на цели помпезных сооружений, которые, конечно, желательно было бы иметь, и дворцы под крышей эти, спортивные и ледовые дворцы, библиотеки 60-этажные, но это совершеннейшим образом разоряет государство, это все вне бюджета, официальных налогов происходит. Это все происходит в результате внеэкономического изъятия прибавочного продукта, прибыли и т.д.

Еще об одном хочу сказать, о стабильности так называемой финансовой системы. Помните, в "Битве в пути", кажется, там был такой "План любой ценой". План любой ценой способен уничтожить любую экономику. В этом смысле любой ценой удержать в необходимом коридоре белорусский рубль ведет к тому же исходу. Если стабильность валюты или малая инфляция не подтверждается реальным экономическим ростом, это приводит к нездоровому усилению валюты, которое блокирует экспорт. Что и произошло. 72% месячного производства сегодня находится на складах, потому что продать это нельзя, и более того, съедаются те супервыгоднейшие условия, которые создали для белорусской экономики внутренние российские цены на энергоносители. И в этом смысле мы, например, потеряли эти полгода, когда установлены были эти льготные цены на энергоносители. Это для нас создавало колоссальные стартовые преимущества в конкуренции не только с российскими производителями, которых у нас не так много, потому что экономика формировалась таким образом, что дублирующих предприятий было немного, но и на Западе. Мы вследствие этих внеэкономических поборов, административного вмешательства, принуждения строить работу на внутренний рынок и т.д. конкурировали сами с собой.

Валюта должна девальвирована быть, для того, чтобы создать определенные позитивные условия для рассасывания опухоли в экспортной политике. Сдерживает развитие экономики и отсутствие инвестиций. У нас инвестиции происходят фрагментарные. Т.е. какая-нибудь фабрика за счет прибылей берет в лизинг и какую-то технологическую линию, частично модернизирует ее, правда, за счет, может быть, списанного старого оборудования. Но у нас оно достаточно новое. Но поскольку все время изменяются правила игры, инвестиции в основной капитал, средства производства, инновационный процесс внедрения новых технологий невозможен. Для белорусской экономики, которая на 82% открыта, т.е. мы 82% произведенного валового продукта продаем на внешних рынках, для нас инвестиционный процесс обновления образцов, новых потребительских качеств, реклама по раскручиванию новых образцов продукции - это наша жизненная необходимость. На это нет средств, потому что нет возможностей и самое главное, нет возможностей для переобучения персонала. Инновационные процессы идут медленно. Мы не можем внедрить сегодня самые элементарные разработки, которые уже есть в Республике Беларусь.

Поэтому белорусская экономика находится в стадии стагнации, вывода из строя - массового вывода основных производственных фондов, дисквалификации рабочей силы, потери конкурентности нашей продукции и потери, как следствие, рынков. Этот негативный процесс можно преодолеть, только создав стабильные экономические законы, которые будут выполняться. Говоря об этом, нельзя упускать из виду что из всех статей Договора о создании Союзного государства, чрезвычайно важными является положения о создании и полноценном функционировании Хозяйственного суда. Сегодня хозяйствующие субъекты между Белоруссией и Россией погрязли в разборках, кто у кого украл, кто виноват и т.д. Создание суда искусственно торпедируется, потому что через суды экономические сразу же будет ясно, кто кому должен, в каких объемах и что происходит в реальной экономике..

Еще я несколько слов хотел бы сказать о гражданском обществе. Конечно, как говорил Бисмарк, война - дело слишком серьезное, чтобы ее доверять одним генералам. Историческая перспектива, историческая политика - дело слишком серьезное, чтобы ее доверять только одной бюрократии. Но и попытки создать некую дымовую завесу, в которой ваш покорный слуга тоже с самыми искренними намерениями принимал участие, в виде Союзной общественной палаты, других союзных комитетов, конечно, цели своей не достигают. В этих органах не концентрируются независимые общественные силы. Это опять органы той же всесильной бюрократии, которая под вывеской теперь только уже общественных организаций занимается аллилуйщиной. Мы восхваляем своих гениальных руководителей, вы восхваляете своих. И общество при этом совершенно безмолвствует.

Мы ведь, когда создавали Общественную палату, в нее вошли 200 организаций, и я знаю, что вошло очень много знаковых, независимых, честных, порядочных фигур и с российской стороны, и с белорусской стороны. Под маркой финансирования, под маркой различных неудобств этих людей позже перестали просто приглашать на форумы, чтобы выслушать их независимое заключение, независимое мнение по той или иной  союзной проблеме. Поэтому я тоже поддерживаю предложение о том, что необходимо провести выборы в Союзный парламент, но выборы надо проводить по партийным спискам. Я вам скажу, что у нас беда в Белоруссии в  том, что общество совершенно не участвует ни в выработке решений, ни в их реализации, ни в экспертной оценке, ни в сопровождении. Что, собственно, и в России происходит в целом.

Более того, можно сделать вывод, что тут два как бы противоположных процесса. Если в Российской Федерации известные тоталитарные поползновения пытаются эту вольницу утихомирить каким-то образом, перевести в какое-то цивилизованное русло, то у нас попытки общественных сил, пассионарных лидеров, совершенно бескорыстных, вовлечь общественные институты, общественное мнение в обсуждение крупных проблем каких-то жизни белорусского общества напоминают стремление растормошить уже смертельно больного или очень сильно пьяного человека. Нам как раз  в Белоруссии нужен совершенно другой, новый импульс. Возможно необходимо приступить к формированию института гражданского общества. Поэтому мы видим путь, идя которым мы могли бы гальванизировать, как-то активизировать процессы создания гражданского общества в Белоруссии не в зависимости от того, надо это или не надо каким-то вождям, а в зависимости от того, найдем мы внутри себя интеллектуальный и материальный ресурс, чтобы этот процесс осуществлять. И мы надеемся, что наше объединение в этом смысле, интеллектуальное и организационное, да чего греха таить, и финансовое могло бы послужить этому благому делу, чтобы вовлечь в процесс строительства Союзного государства  общественные силы.

Что проблемы с третьим сроком президента Республики Беларусь. Чисто по субъективному ощущению, наш уважаемый президент, видимо, не допускает мысли о том, что он может в 2006 г. не участвовать в выборах. Более того, группа депутатов нашей Палаты представителей создала группу, которая инициирует внесение изменений в Конституцию о том, что может быть снято ограничение на третий срок полномочий главы государства и Александр Лукашенко сможет участвовать в очередных выборах. И мы полагаем, что проведена необходимая подготовка, с тем чтобы через референдум, или через иные какие-то механизмы, решить на практике пролонгирование срока президентства. Конечно, трудно говорить о том, как будут развиваться события на самом деле, каким конкретно образом они пойдут: под шумок референдумов о создании Соединенных Штатов Европы и под артиллерийскую канонаду думских и президентских выборов в Российской Федерации будет, возможно, назначен референдум и  об изменении Конституции в Республике Беларусь. Возможны и иные решения.

Если говорить о вероятности, насколько жизнен этот сценарий, во многом будет зависеть, конечно, от экономической ситуации. Но сколь усердно выпалывается политическое поле, то тут, я думаю, что как раз это будет не очень важно, поскольку убеждается общество, что то, что мы попали в изоляцию, ну и хорошо. А что другие ездят по зарубежью - что толку? И так далее. Поэтому третий срок, по мнению моих всех коллег, с кем мы контактируем, это серьезная заявка, и механизм, мы думаем, что будет вот такой.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2018 Институт стран СНГ