Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №70(01.03.2003)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
ФОРУМ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.

ТАДЖИКИСТАН



РосБалт,
26 февраля 2003

Русские в Таджикистане - исчезающая величина.

Яна Амелина

ИА "Росбалт" продолжает серию публикаций о судьбе соотечественников, не по своей воле оказавшихся вне России после распада СССР.

Русские в Таджикистане оказались в наиболее тяжелом положении на всем постсоветском пространстве: многим из них пришлось бежать из этой республики под угрозой прямого физического истребления. Но те, кто все же остался в Таджикистане, - всего лишь отсрочили свой отъезд.

Впервые миграционные настроения возникли у нацменьшинств еще Таджикской ССР в 1989 году, когда был принят закон о государственном языке. Русские в большинстве своем не владели таджикским и не планировали его изучать. Затем, во время разгоревшейся в 1992 году гражданской войны, они оказались беззащитны перед обеими враждующими сторонами.

В итоге, из 398 тысяч русских, проживавших в республике в 1989 году (8% всего населения, третья по численности национальная группа после узбеков), осталось всего 68 тысяч, хотя официальный Душанбе и пытается из политических соображений завысить их количество.

- Русскими традиционно были главные инженеры промышленных предприятий, ведущие сотрудники конструкторских бюро и научных институтов, - рассказывает председатель правления Русской общины Таджикистана Валерий Юшин, - Они играли ведущую социальную роль в жизни республики. С начала 1990-х положение русских остается крайне тяжелым. И хотя бытовая дискриминация сократилась, они чувствуют себя в республике чужими, людьми "второго сорта".

Влияние русских на политические процессы в республике минимально. Нет ни одного русского депутата в парламенте республике, ни одного министра в правительстве, - продолжает Валерий Юшин, - Значительную часть русских в Таджикистане составляют люди пенсионного и предпенсионного возраста, среди которых высока смертность. В большинстве своем русские проживают в больших городах, не имеют подсобных хозяйств. Единственные источники их существования - пенсия и зарплата, не достигающие и десяти долларов...

Как свидетельствуют социологические опросы, большинство соотечественников хотели бы покинуть Таджикистан и переселиться в Россию. Однако сделать это практически невозможно: к материальным затруднениям (денег от продажи квартиры в Душанбе хватит только на сам переезд в Россию) добавилась проблема получения российского паспорта. Русская община Таджикистана считает новый Закон о гражданстве, по которому у русских соотечественников практически нет никаких преимуществ по сравнению с мигрантами из Сомали или Афганистана, по меньшей мере несправедливым.

"Мы не отказывались от российского государства - это оно, в лице чиновников и депутатов, отказалось от нас", - говорит Валерий Юшин.

Эмиграционные настроения русских Таджикистана - следствие не только материальных проблем. Сейчас в республике и юридически, и фактически отсутствуют русские школы. Все школы, где еще преподают на русском языке, носят смешанный характер (таджикско-русские или таджикско-русско-узбекские). В школе при 201-й российской мотострелковой дивизии около 80% учеников - таджики. Директорствует там также представительница титульной нации, довольно плохо владеющая русским языком и ранее не имевшая к сфере образования никакого отношения.

Преимущественно таджики обучаются и в созданном по инициативе Русской общины Славянском университете в Душанбе. На наиболее престижных факультетах таджиков - 80-90%. Многие русские выпускники школ при таком раскладе не могут получить высшее образование в Таджикистане. При этом Россия полностью оплачивает содержание университета, хотя изначально речь шла о паритетных расходах Москвы и Душанбе.

Русская диаспора республики могла бы стать связующим звеном между Россией и Таджикистаном, однако пока Москва ничего для этого не сделала. Развитию русской общины помогли бы кредиты развития из России или привлечение средств целевым порядком из кредитов и иной помощи, оказываемой Россией Таджикистану.

Такой прецедент однажды уже был: общине выделили на реализацию ее экономических и гуманитарных проектов 3 миллиарда неденоминированных рублей. Они шли отдельной строкой в Соглашении между российским и таджикским правительствами о госкредите на 1994 год. Но в итоге русские не получили ни рубля, а Валерию Юшину настоятельно посоветовали "не искать концов" пропавших денег.

Русской общине могло бы помочь создание в республике российских предприятий, где работали бы преимущественно русские. Но российские капиталы в Таджикистан не идут. Идут иранские и китайские.

И вообще, по словам соотечественников из Таджикистана, о русских в этой республике больше заботились дипломатические представительства Ирана и США, чем российское посольство. В начале 1990-х московские дипломаты, сколько могли, скрывали от соотечественников сам факт принятия Закона о гражданстве РФ. Затем крайне неохотно и медлительно принимали документы на получение российского паспорта (срок растягивался до полутора лет).

Теперь, после вступления в силу нового Закона о гражданстве РФ, роль посольства России в судьбе русской диаспоры Таджикистана сводится, в основном, к распределению средств, поступающих по линии Правительственной комиссии по делам соотечественников. В прошлом году они составили 1,5 млн. рублей (по 22 рубля на человека), а куда были потрачены - и были ли - никому из представителей Русской общины не известно.

Равнодушие к соотечественникам проявляли и другие российские государственные структуры. Сотрудники представительства Федеральной миграционной службы (еще до ее расформирования и воссоздания уже в структуре МВД) всей своей деятельностью показывали, что соотечественников в России никто не ждет.

Для получения статуса вынужденного переселенца, хоть немного облегчающего обустройство на исторической родине, требовалось представить громадное количество нотариально заверенных копий документов. Для большинства "таджикских" русских это законное, в общем-то, предписание, как и уплата пошлины за оформление гражданства, превращалось в практически неразрешимую проблему - на фоне повальной нищеты далеко не каждый мог выкроить деньги на услуги юриста и бланк паспорта.

На положении русских в Таджикистане сейчас сказывается еще и отношение к таджикам в России. Как известно, в конце 2002 года из Подмосковья были показательно депортированы около сотни нелегально проживавших и работавших там граждан Таджикистана. Это рядовое, по словам начальника ФМС МВД России Андрея Черненко, событие вызвало в Душанбе бурю возмущения.

Государственные СМИ опубликовали ряд материалов с рассказами о "недружественной политике России в отношении своего памирского союзника". Упоминались, например, и какие-то "шестьсот таджиков", якобы убитых в России только в прошлом году (разумеется, источники подобных цифр в этих публикациях не приводились). Российского посла Максима Пешкова неоднократно вызывали в МИД Таджикистана и резко отчитывали.

Все это очень обеспокоило лидеров организаций российских соотечественников в Таджикистане. Для них очевидно, что ситуацию вокруг таджикских трудовых мигрантов в России попытаются сделать предметом политического торга между руководством двух государств.

Судьба же остающихся в Таджикистане русских, по-видимому, предрешена. За исключением глубоких стариков, практически все они так или иначе покинут Таджикистан, полагает лидер Русской общины Валерий Юшин. Вопрос только в сроках.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2018 Институт стран СНГ