Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №72(01.04.2003)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Три мифа объединения России и Беларуси

В.Л.Жарихин, заместитель директора Института стран СНГ

При обсуждении вопросов объединения мы зачастую оказываемся в плену мифологем. Например, мифологема такая: братские народы должны объединиться.

Вообще-то братские народы России и Белоруссии никуда не разъединялись. Они как были вместе, так и остались. Они едины и культурно, и информационно, и языково, семьями, людьми и т.д. Они просто оказались в разных государственных образованиях, а к государственным образованиям имеют отношение в первую очередь политические элиты.

Все социологические опросы показывают, что на  самом деле народам России и Белоруссии все равно, в каком объединении они будут. Или относительное, или абсолютное большинство высказывается за все - от самых крутых до самых размытых форм объединения России и Белоруссии по очень простой причине, потому что от любой формы межгосударственного объединения народы только выигрывают.

А вот в процессе межгосударственного объединения элиты так или иначе должны идти на компромисс. Они должны делегировать ту самую неуловимую трудноопределимую субстанцию, которая называется суверенитетом и имеет отношение в первую очередь к самоощущению элиты, а не народов.

И, следовательно, проблема объединения  - это проблема объединения политических элит. Политические элиты в значительной степени очень тонко реагируют на все эти процессы и в большей степени, чем меньше страна, которая идет в объединение, это, естественно. Потому что политическая элита меньшей страны боится раствориться в огромном политическом пространстве большей  страны.

Поэтому претензии к нашим белорусским коллегам, которые часто ставят достаточно жесткие условия объединения, мне кажутся, неправильными. Именно объединение и интеграция элит вызывает наибольшие сложности.

Теперь по роли субъективного фактора. Тоже мифологемы. Все проблемы в Лукашенко или наоборот - все проблемы в Путине. Один излишне эмоционален, другой излишне рационален.

На самом деле зачастую действительно за такими яркими, эмоциональными эскападами Лукашенко стоит серьезная проблема - проблема нахождения со стороны белорусской в первую очередь элиты своего места в новом политическом пространстве, которое предлагается организовать. Т.е., несомненно, субъективный фактор присутствует, я его не отрицаю. Но не надо сводить только к нему: вот,  не будет Лукашенко, все получится; вот, Путин пришел, поэтому не получается.

Часто говорят: неужели мы будем повторять путь Европейского союза? Мне кажется, нам придется повторять путь Европейского союза. С самого начала. Потому что сформировались, в отличие от народов, независимые друг от друга политические, экономические, бюрократические элиты в обеих странах, которые нашли свое место, свою клеточку, свои источники существования, и которые просто так не готовы делиться.

Часто приводят пример быстрого формирования Советского Союза в 1922 г. Но он был организован в 1922 г., а не в 1935 г. А если бы подписывался договор в 1935 г. со стороны тех республик, которые были независимыми до 1922 г., были бы те же сложности, которые мы переживаем сейчас с Белоруссией. Элиты уже сформировались бы.

С другой стороны, я, честно говоря, не вижу непреодолимых сложностей в этом процессе. Просто надо исходить из того, что нужен, скорее, поступательный процесс, чем мгновенное достижение конечной цели, непрерывный прогресс. Что, какие-то были юридические препятствия для того, чтобы сформировать Союзный парламент? Высший суд? Союзную счетную палату? Все, что предусмотрено Союзным договором, который подписан президентами и ратифицирован парламентами двух стран. Почему-то исполнительные структуры, которые должны исполнять то, что решили представительные структуры, сформировались очень быстро. И теперь, мне кажется, многие претензии к исполнительным структурам Союзного государства, связаны просто с объективной реальностью, что они находятся в свободном плавании. У них как бы нет начальника. Вот, наверное, в чем дело.

Какой может быть выход? Мне кажется, что та модель, которая сейчас предложена, это сначала разработка конституционного акта, а затем избрание парламента, она противоречит определенным политико-психологическим законам. Вспомните,  в 70-х годах наши советские газеты с огромным удовольствием писали о том, что буксует механизм интеграции в Европейском сообществе, что у них там не получается. Надо сказать, что когда указывают на довольно значительные различия в нынешних политических и экономических структурах России и Белоруссии, забывают, что  в те времена, например, между политическими и экономическими структурами в той же самой Швеции и Испании были различия не меньше. Но, тем не менее, некий ключ для развития интеграции был найден. Какой? Это торможение, это буксование прекратилось с избранием Европарламента. На первых порах почти с никакими полномочиями. Почему? Потому что для политических элит была предоставлена площадка для взаимодействия и, не побоюсь этого слова, для торга. Торг - это нормальное явление между политическими элитами. Для формирования некоего компромиссного варианта, в котором каждая из политических элит нашла бы свое место, нашла бы свои возможности. Появились механизмы взаимодействия. Поэтому, мне кажется, надо перевернуть эту парадигму, которая сейчас упорно пробивается. Надо сначала избрать Союзный парламент и поначалу делегировать ему только одно полномочие - разработка того самого конституционного акта. Когда политические элиты уже не под ковром, а публично устроили бы этот торг, да, политический торг за то какие полномочия каждая элита получит в этом Союзном государстве, имея при этом совершенно определенные реальные ограничители  в виде общественного мнения двух стран и, поэтому, не зарываясь с одной и с другой стороны. Должна быть не только у двух президентов и сразу у народов, а у значительной части политической элиты, которая в этом Союзном парламенте. Кроме всего прочего, избрание Союзного парламента, пусть в этот Союзный парламент придет кто угодно, даже кем-то назначенный уже создаст ситуацию огромного расширения политического поля и в той, и в другой стране.

И третье. Мне не очень понятно, почему часто заявляют о противоречии между Союзом России и Белоруссии и дальнейшим его расширением. Опять вернемся к европейскому опыту. Почему мы к нему возвращаемся, потому что это единственный в новейшей истории успешный механизм формирования союзного государства, который был реализован на практике. Другое дело, там своя специфика; у нас, безусловно, своя специфика. Но там же тоже поначалу было ядро Евросоюза, которое потом начало расширяться. Почему нам не создать ядро Союзного государства, которое будет открыто для расширения? И между прочим, условия для этого есть.

Как бы отдельные представители СМИ ни гвоздили наши российские порядки, но факт остается фактом. Миллионы людей из стран СНГ едут в Россию, а не из России. Значит, этот Союз может быть сейчас, на данном этапе, центром консолидации и объединения. И между прочим, у стран - основателей Евросоюза довольно широкие полномочия. И значит, у  стран - основателей нашего Союза, в том числе  у Белоруссии, будут полномочия довольно значительные. А тенденция к тому, чтобы формироваться большему Союзу, чем Союз Белоруссии и России, в нынешней геополитической ситуации, мы видим, есть для этого основания.

Но начинать надо, по моему глубокому убеждению, именно с выборов Союзного парламента.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2019 Институт стран СНГ