Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №85(01.11.2003)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ФОРУМ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Пути и формы реализации корпоративных интересов деловых кругов российского зарубежья в Азиатско-Тихоокеанском регионе

Полоскова Татьяна Викторовна, д.п.н., зав. сектором мировых диаспор, профессор Дипломатической академии МИД России, руководитель аналитического центра Московского фонда "Россияне" (Москва)

 

Многополярность современного мира подразумевает не только наличие различных центров притяжения в виде государственных образований, но и формирование полюсов притяжения на основе других факторов – финансово-промышленных групп, конфессий, глобальных информационных систем, этнических диаспор. При этом далеко не всегда видимая сторона деятельности открывает реального игрока. Нередко за разветвленной сетью этнокультурных объединений стоят интересы финансово-промышленных групп, а конфессиональная структура на деле может представлять собой международный синдикат.

Наличие этнокультурных миров со своеобразными центрами притяжения за пределами территориальных границ, на которых проживают представители этих социокультурных феноменов, давно является частью современного мира.

Декларированный на Конгрессе зарубежных соотечественников в 2001 году подход к российской диаспоре как к основе транснациональной сети, объединяющей Россию и зарубежный "русский мир", является достаточно новым для экспертов и практиков и не столь дискуссионен, сколь мало разработан. Несмотря на то, что идея консолидации и структурирования "русского мира" обозначена на самом высоком уровне, значительная часть экспертного сообщества продолжает рассматривать проблемы соотечественников в сугубо правозащитном ключе. При этом российские власти призывают либо быть жестче и активнее в "отстаивании интересов зарубежных соотечественников" либо скорректировать свою линию, исходя из пестроты российской диаспоры, значительная часть которой является не такой уж социально ущемленной.

В целом, российское экспертное сообщество крайне мало внимания уделяет проектированию возможных вариантов структурирования русского мира и поиску механизмов выстраивания на базе разрозненных, разобщенных, но пока еще обладающих некой пассионарностью общин российской диаспоры эффективно действующей сети. Как следствие, в практической сфере деятельности, в том и числе российских загранпредставительств, сохраняется ориентация на осуществление патерналистской модели работы с соотечественниками. Конкретный пример: большинство российских загранпредставительств в странах ближнего зарубежья (Латвия, Украина, Молдавия и другие) постоянно делегируют на проводимые в Москве форумы деловых и интеллектуальных кругов российской диаспоры одних и тех же людей, в основном из числа лидеров общественных организаций, объединяющих социально незащищенную часть русскоязычного населения. Это говорит об отсутствии работы посольств с другими слоями российской диаспоры, вполне вписавшимися в реалии, но желающими сохранять контакты с Россией. Иными словами, с теми, кто может составить реальную, самодостаточную опору современного "русского мира".

Следует отметить, что отсутствие точных данных о количестве и специфике российской диаспоры и неясность критерия отнесения к ней, на которые часто обращают внимание в различных госструктурах, занимающихся проблемой зарубежных соотечественников, далеко не основная, хотя, несомненно, значимая часть темы. Главная же проблема – отсутствие коммуникаций между российской диаспорой и Россией, невыстроенность каналов связей, в том числе и в информационной сфере.

Как следствие, российская диаспора в своей значительной части существует сама по себе (исключая лидеров общественных организаций, которые зачастую стремятся монополизировать информацию о российских проектах и замкнуть на себе взаимодействие с посольствами), а усилия России по консолидации диаспоры сами по себе. Иными словами, логистика "русского мира" как явление пока не сложилось, но оно и не сложится, если не будет соответствующего социального заказа и политической воли.

Эксперты обращают внимание на явную засоренность информационных коммуникаций между Россией и зарубежной диаспорой, на отсутствие эффективных каналов экономического и культурного взаимодействия, на неиспользование чужих инфраструктурных возможностей, в том числе сложившихся в лоне русскоязычной части других современных диаспор. В этой связи, особый интерес представляют инициативы русскоязычной части еврейской, армянской и других уже сложившихся в качестве транснациональных сетей диаспор, возможности которых могут быть использованы при структурировании "русского мира".

Проблема заключается также и в том, что Россия заявила об идее структурирования и поддержки зарубежного "русского мира" только сейчас. В то время как многие другие государства продекларировали подобную задачу (применительно к своим диаспорам и "этнокультурным мирам") достаточно давно. И новый игрок далеко не у всех вызывает позитивные эмоции, зачастую воспринимается как потенциально сильный, а потому опасный конкурент.

Необходимо учитывать и то обстоятельство, что использование потенциала зарубежной диаспоры для создания сети экономических, общественно-политических и иных связей - достаточно распространенная мировая практика. Но далеко не всегда первое слово принадлежит государству. Нередко сама диаспора создает систему сетевых коммуникаций. Государство - историческая родина становится одним из звеньев этой международной цепи. Это особенно важно для архитекторов современного русского мира, которому придется опираться, прежде всего, на собственный ресурс. В конечном итоге ключевым игроком становится тот, кто выстраивает более эффективную инфраструктуру, позволяющую превратить разрозненные группы людей, формально объединенные этнокультурным признаком в сеть.

Определяя задачи структурирования "русского мира" можно выделить не только сугубо прагматические моменты использования его потенциала как внешнеполитического, экономического и социокультурного ресурса. В условиях глобализации, любое увеличение игроков на международной арене, имеющих созидательный, позитивный ресурс, в принципе, благоприятно, так как способно реально противостоять культурной унификации.

Кроме того, идея "русского мира" как сетевой структуры больших и малых сообществ, думающих и говорящих на русском языке, имеет отчетливую геоэкономическую направленность. По оценке П.Г.Щедровицкого, диаспоры русскоязычных людей призваны обеспечить подключение России к технологическому и финансовому резервуару зарубежных социумов, так как, чем большее число мировых проблем получит свое выражение, а возможно, и решение в рамках русского языка, тем более востребованными будут культурные и человеческие возможности "русского мира", включая Россию.

Что касается критериев отнесения персоналий и структур к "русскому миру", то следует отметить следующее. На недавно прошедшем Конгрессе соотечественников Президентом РФ В.В.Путиным было дано определение, тесно связанное с дефиницией русского мира: "Соотечественники - категория далеко не юридическая. И уж тем более -не вопрос статуса или каких бы там ни было льгот. Это, в первую очередь, вопрос личного выбора. Вопрос самоопределения. Я бы сказал даже точнее - духовного самоопределения. Этот путь - не всегда прост. Ведь понятие "русский мир" испокон века выходило далеко за географические границы России и даже далеко за границы русского этноса".

В целом, определяя границы "русского мира", следует исходить из того, что его носители - это не просто физические объекты, что можно обозначить как демографический ресурс. Это не только организации и институции (русские общественные объединения или русские театры). Можно вести речь о ноосфере русского мира, предполагающей духовное присутствие (культурное, языковое и иное), которое сложно поддается статистике, но, тем не менее, является реальным и ощутимым. У русского мира есть некий мобилизационный ресурс, позволяющий расширить круг его носителей, в том числе за счет поддержки русского языка, культуры и всего русского и российского за рубежом со стороны государства.

Процесс идентификации действительно сложен, поскольку диаспоральность в большинстве случаев является актом доброй воли и соответственно есть следствие желания объекта или группы людей включиться в некую систему отношений, достаточно условную, но вследствие разных причин очень им необходимую. Причины могут быть самые разнообразные, начиная от исторически сложившихся форм поведения и традиционной жизни в диаспоре, до необходимости консолидации в целях защиты собственных и корпоративных прав, либо выбора диаспоральности в качестве профессии и средства решения социально-экономических проблем (феномен "профессиональных русских" в странах ближнего зарубежья).

Эта пестрота и видимое отсутствие четких критериев отнесения к российской диаспоре зачастую приводит к выводу о бесперспективности ее консолидации вообще. Очевидно, что "русский мир" многослоен, но вывод о бесперспективности консолидационных усилий поспешен. Нужна иная модель консолидации, основанная не на этнических, религиозных и иных признаках, а на общем объединяющем факторе. И есть некий единый объединяющий фактор - те, кто не стремятся сохранить русский мир как цивилизационный феномен потенциально к нему относиться не могут. Пути к достижению этой цели и выбор стратегических и тактических партнеров - это вторая часть вопроса. Равно как и вопрос, что делать с этим русским миром России.

Русский мир - категория внеполитическая, не нуждающаяся в территориальной интерпретации, но невозможная без создания сети социальных, экономических, культурных, информационных и иных связей, позволяющих добиться самодостаточности как внутри самого "русского мира", так и между ним и Россией.

Русский мир станет реальностью, если будет обеспечиваться воспроизводство носителей его ценностей и норм. Причем, не только в диаспоральной среде, хотя там проблема отсутствия преемственности видна наиболее зримо. Так, молодежь, практически, не была представлена на прошедшем Конгрессе зарубежных соотечественников. На сегодняшний день системы взаимодействия с молодежными организациями русского зарубежья нет. Не ведется работа по консолидации перспективной, социально активной молодежи, прежде всего, студенчества.

В то время как все государства, имеющие зарубежные диаспоры и заинтересованные в их сохранении, особое внимание уделяют именно работе с молодежью. Причем, речь идет не только о поставках учебников и выделении стипендий, но и о целенаправленной подготовке лидеров и активистов для диаспоральных объединений. На конференциях и семинарах международной еврейской студенческой организации "Гиллель" молодежь, к примеру, знакомят с навыками лидерской деятельности, умению общаться со средствами массовой информации, вести диалог с органами власти. У нас же до сих пор нет даже банка данных на молодежные организации русского зарубежья, ни одной реально действующей международной или хотя бы региональной молодежной организации. Если отвлечься от деталей, то налицо следующая проблема, - поскольку нет разработанной стратегии развития "русского мира" и прогностики, то объективно не ясна задача, которую должна бы выполнять молодежь и, следовательно, сложно найти стимулы для активного включения ее в консолидацию и структурирование "русского мира".

Несомненно, важным узлом "стягивания" "русского мира" являются организации и объединения российской диаспоры. В то же время, очевидно, что выстраивание коммуникаций с потенциальными субъектами "русского мира" не может ограничиваться только поддержкой диаспоральных организаций. Речь должна идти, в том числе, и о выстраивании системы культурных, образовательных, экономических связей с персоналиями и структурами, ориентированными на сохранение русскости в той или иной степени либо в том или ином варианте, включая общественно-политическую и экономическую завязанность на Россию. В данном контексте мы не противопоставляем ценностный и прагматический стимул для сохранения своей принадлежности к "русскому миру", так как в действительности они переплетены, способны переходить друг в друга.

При этом стартовый подход наиболее применим в странах дальнего зарубежья, где подавляющая часть социальных слоев российской диаспоры самодостаточна. Практика общения с русской эмиграцией дальнего зарубежья показывает, что она (за редким исключением) готова оказывать содействие России и в налаживании двусторонних связей, и в создании ее позитивного имиджа. Тем более что еще на Первом конгрессе соотечественников 19-31 августа 1991 г. в Москве было заявлено, что "нет никаких различий между волнами русской эмиграции, все они, наши соотечественники. Деление эмиграции на прогрессивную - нейтралистскую - реакционную отныне теряет всякий смысл". Но объективно сложившаяся в России экономическая ситуация, коррупция во властных структурах, фактическая неуправляемость страной отталкивают не только зарубежных партнеров, но и диаспору (причем, все ее "волны").

Первостепенной задачей является восстановление либо создание новых информационных каналов связи субъектов "русского мира" стран дальнего зарубежья с партнерами в ближнем зарубежье и в России. Проведенный экспертный опрос среди представителей гуманитарных организаций США, ставящих задачу укрепления позиций русского языка, культуры и даже создания "пророссийского лобби" на основе выходцев из России разных национальностей, добившихся успеха в Штатах, проведенный в 2003 году, показал, что подавляющее большинство их уверены, что Россия занимается только ближним зарубежьем, никто не слышал о прагматической модели работы с зарубежной диаспорой и о том, что задача структурирования русского мира декларирована как официальная позиция России. С подобной ситуацией приходилось сталкиваться в Финляндии, Греции, странах Латинской Америки, что говорит не только о неэффективности коммуникаций, но и о явной недоработке российских посольств.

Для выстраивания информационных коммуникаций могут быть использованы СМИ, в том числе издающиеся русскоязычной частью других национальных диаспор, проживающих в дальнем зарубежье; электронные СМИ; система научного и экспертного обмена.

В этой связи особую значимость приобретает создание транснациональных экономических сетей в рамках "русского мира". Тем более в таких стратегически важных регионах как Азиатско-тихоокеанский. Очевидно, что "русский мир" не станет реальностью без создания внутренних экономических ресурсов. На сегодняшний день, усилия государственных структур России в сфере создания финансово-экономической основы русского мира фокусируются в двух направлениях, каждое из которых достаточно дискуссионно. Посыл, что создание экономических основ русского мира - это финансирование общественных организаций никакого отношения к экономике не имеет и продукта, в том числе интеллектуального создать не может. Позиция, что бизнесмены должны финансировать общественные организации, а за это получать некие льготы от России, с тактической точки зрения верен, но системы на этой основе не создашь. Опыт убеждает, что общественные организации в своей массе не пока могут стать основными узлами инфраструктуры русского мира.

Очевидно, что экономические круги, в той или иной форме завязанные на Россию, нельзя рассматривать в качестве вспомогательного объекта. Это тоже потенциальная  часть русского мира, не включенная в коммуникативную сеть ни внутри этого мира (или ее узкого спектра - собственно диаспоры), ни в коммуникации с Россией как с национальной корпорацией, способной стать для них партнером. В то время как именно опора на внутренние источники стала основой развития еврейской, армянской, китайской, украинской и других диаспор, не только обеспечивающих собственное воспроизводство, но и помогающих "исторической родине".

Проблема в том, что за 10 лет существования российской диаспоры в странах СНГ и Балтии не сформировалось такое явление как диаспоральный капитал, способный стать внутренним источником развития и укрепления "русского мира". Что касается дальнего зарубежья, то отсутствует даже первичный мониторинг ситуации.

Парадокс заключается в том, что в большинстве стран нового зарубежья в бизнесе широко представлены именно русские и русскоязычные. Но большая часть из них не видит мотивации для участия в жизни русских культурных, образовательных и благотворительных структур, в поддержке "русскости" в различных ее проявлениях.

Причин тому несколько. Бизнес проявляет интерес к диаспоральным организациям (не считая единичных спонсорских акций) в том случае, если эти объединения обладают солидным лоббистским потенциалом, как в стране проживания, так и в "титульном" государстве, могут обеспечить выгодные контракты, преференции, поддержку во властных структурах.

Не совсем понятно, что хочет Россия и есть у нее модель включения российской диаспоры и "русского мира" в целом в геоэкономический проект. Пока идет период взаимной оценки. Позитивно уже то, что Россия продекларировала, а Правительство Москвы попыталось придать структурность идее подключения экономического потенциала российской диаспоры к внутренним и внешним задачам, стоящим перед страной. Однако и то, что заявлено и даже законодательно оформлено не реализуется.

Несмотря на обещанные в Законе о соотечественниках льготы и преференции бизнес - структурам, оказывающим поддержку диаспоре, Россия на их принятие не идет, ликвидируя еще один важный стимул для преодоления раскола между различными социальными слоями диаспоры. Фактически, обрекая ее на нищее существование.

Есть примеры, когда в странах СНГ и Балтии русский бизнес, стремясь найти свою "нишу" на диаспоральном поле, берет на себя финансирование русскоязычных изданий, лоббирует снятие законодательных ограничений по национальному признаку. Но эффективной системы работы с этой категорией нет. Хотя очевидно, что попытка создания международных организаций соотечественников будет успешной только в том случае, если основу этого движения составят не маргинальные слоя, а деловая, политическая, интеллектуальная элита российской диаспоры. Опыт Всемирного Еврейского Конгресса, созданного на средства крупных банковских структур и международного еврейского капитала подтверждает этот тезис.

Главная проблема - это отсутствие самоорганизации и четко выраженного корпоративного интереса в деловых кругах. В этой связи представляется целесообразным не создавать новые формы и модели, а использовать уже потенциал сложившихся структур, в том числе Тихоокеанского Форума соотечественников. При этом основное внимание следует обратить именно на формирование корпоративности, в том числе путем ее стимулирования.

Особая тема - граждане России, проживающие за рубежом, участвующие в сфере бизнеса. Эта категория, несомненно, является ключевой при структурировании "русского мира", так как имеет устойчивую связь с Россией в форме гражданства. На практике, об этих людях вспоминают только в ситуации нарушения их прав и в период выборных компаний. Характерно, что современные государства все большее внимание уделяют именно той части диаспоры, которая поддерживает наиболее тесные контакты с титульным государством. Показателен в этой связи опыт Китая, модифицирующего основной упор на работу с новой китайской эмиграцией. Особое внимание при этом уделяется выходцам из Китая, работающим в сфере банковской деятельности, в крупных финансово-промышленных компаниях.

Создание коммуникативных каналов позволит выявить и актуализировать экономический потенциал зарубежного "русского мира". Что касается страновых подходов, то логистика русского мира может быть выстроена по-разному. Очевидно, что имеются ключевые регионы и группы стран, точки пересечения с другими транснациональными этническими корпорациями, узлы завязывания интересов различных слоев и категорий, включенных в "русский мир", сделав упор на которые можно перевести концепцию "русского мира" из разряда идей в разряд реалий.

В этой связи представляется весьма перспективной модель консолидации различных социальных слоев диаспоры из стран ближнего и дальнего зарубежья на основе Тихоокеанского конгресса соотечественников. Это ядро, от которого смогут расходиться различные коммуникативные каналы, и, в перспективе, это - полноправный участник системы общественных, экономических, культурных и гуманитарных отношений, представляющий интересы транснациональной корпорации - "русский мир" в Азиатско-тихоокеанском регионе.

Продекларировав отношение к зарубежной диаспоре как к важнейшему внешнеполитическому ресурсу и основе русского мира, российское государство должно распространить подход к диаспоре как к транснациональной корпорации и на внутренние диаспоральные объединения, действующие на территории нашей страны. Без этого мы остановимся на полпути и не только продемонстрируем, прежде всего, нашим соседям из республик бывшего СССР, двойные стандарты и односторонний подход. Мы лишим себя возможности задействовать ресурс внутренних диаспор для укрепления наших международных позиций, выйти на русскоязычную часть этих диаспор, проживающую в третьих странах и потенциально способную быть частью русского мира.

"Конструктором" такой системы может выступить 1) сама диаспора как ядро "русского мира", 2) российское государство как национальная корпорация, объективно заинтересованное в существовании и развитии подобного этнокультурного феномена. Не исключены и другие "конструкторы" проекта, но тогда "русский мир" станет одним из звеньев чужой игры. Так или иначе, эти игроки тоже должны быть поняты и выявлены, что позволит определить варианты сотрудничества с ними, а по необходимости максимально сузить круг их влияния на процесс.

Финансовый ресурс государственных организаций маломощен, а тратить время, силы и энергию на создание самофинансируемых, экономически самостоятельных структур внутри диаспоры некогда, да и хлопотно. Хотя выход именно в этом. Если, конечно, говорить о реальных перспективах России в системе международных связей. В этом контексте, появление новых государственных структур, в том числе в рамках Администрации Президента и передача функций по работе с соотечественниками МИДу России может стать отправной точкой для налаживания новых коммуникаций по работе с диаспорой, соответствующих и государственным интересам и задачам по ее сохранению.

В контексте инвентаризации внутренних ресурсов важен опыт регионов Российской Федерации, в том числе Приморского края. Декларированный на Конгрессе соотечественников прагматический подход к зарубежной российской диаспоре рассматривает ее как важный компонент и ресурс развития гражданского общества в России, фактор интеграции Российской Федерации и ее регионов в систему современных мирохозяйственных связей.

Интеллектуальный, общественно-политический и финансово-экономический потенциал российской диаспоры может реализоваться только через поиск совпадающих интересов с партнерами из России, как на уровне государственных структур, так и хозяйствующих субъектов, общественных организаций, в том числе региональных.

Создание эффективной модели сотрудничества с различными слоями и категориями зарубежной российской диаспоры позволит субъектам Федерации использовать диаспоральный ресурс для решения внутренних проблем, в том числе привлечения инвестиций; создать дополнительные возможности для развития международного и культурного сотрудничества.

Важной задачей является участие субъектов Федерации, особенно национальных республик, в формировании и структурировании "русского мира", объединяющего людей различных национальностей, религий, социальных слоев, ощущающих свою сопричастность к России и ее культуре.

Федеральные органы государственной власти признают полномочия субъектов Федерации в данной сфере. Так, в Основных положениях региональной политики, проблемы, связанные с соотечественниками, рассматриваются в разделе, посвященном государственному регулированию международной и внешнеэкономической деятельности субъектов Российской Федерации. В договоре о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Кабардино-Балкарии к ведению Республики было отнесено принятие, обустройство репатриантов из числа этнических кабардинцев, а их репатриация на историческую родину и связанные с этим вопросы гражданства рассматривались в качестве предметов совместного ведения (п. "т", ст.4).

Нередко принципиальные подходы органов государственной власти и отдельных ее субъектов расходятся довольно существенно. Так, в ряде республик на конституционном уровне закреплялись положения, поощряющие иммиграцию соотечественников (Республика Адыгея, Кабардино-Балкария Республика, Республика Дагестан).

Ряд регионов использует в официальных документах, либо в практической деятельности собственные дефиниции и интерпретации понятий "соотечественники" и "русский мир". В соответствии с ранее принятой программой поддержки соотечественников Администрацией Санкт-Петербурга давалось следующее дефиниция понятия "соотечественник": "соотечественниками считаются лица, постоянно проживающие в странах Балтии, связанные с Россией историческими, этническими, культурными, языковыми и духовными узами, стремящиеся сохранит свою самобытность, испытывающие потребность в поддержке контактов и сотрудничестве с Россией". В настоящее время. Администрация Санкт-Петербурга вообще отказалась от использования термина "соотечественники" в программе поддержки зарубежной диаспоры, обозначив ее как "Поддержка российской культуры в регионах Балтийского моря".

Термин "русский мир" используется только в программах Правительства Москвы, хотя задачи его поддержки и структурирования были четко обозначены президентом В.В.Путиным в выступлении на Конгрессе зарубежных соотечественников. Администрация Санкт-Петербурга в качестве ключевой определила задачу структурирования "варяжского мира", т.к. "Петербург является преемником Ладоги, а не Киева или Москвы".

Таким образом, серьезной проблемой является отсутствие четкого разграничения предметов ведения и полномочий с субъектами Российской Федерации в этой сфере. Практика показывает, что многие регионы разрабатывают и принимают законы и иные правовые акты, регламентирующие взаимоотношения с соотечественниками, их возвращение в Россию, порядок предоставления им гражданства. Возникающие коллизии между федеральным и региональным законодательством требуют своего разрешения.

Анализ деятельности субъектов Российской Федерации по созданию системы поддержки и взаимодействия с зарубежной диаспорой показывает, что за исключением Москвы и некоторых регионов (Татарстан, Владивосток), в основном, используется репатриационная и патерналистская модели взаимодействия с российской диаспорой. В то время как патернализм, т.е. восприятие российской диаспоры лишь как объекта защиты и поддержки сужают наши отношения с российским зарубежьем, оставляют вне диаспоральной политики России адаптированную часть русского и русскоязычного населения, желающую сохранить свою российскую самобытность и испытывающую потребность в поддержании контактов и сотрудничестве с Россией.

В данном контексте деятельность приморского края по консолидации деловых кругов АТР представляет собой существенный прорыв в создании региональной транснациональной сети и нуждается в административной и экспертной поддержке со стороны всех структур и персоналий, включенных в процесс структурирования "русского мира".

Первым этапом является создание "площадки", в рамках которой может идти процесс взаимного информационного обмена и презентации проектов. Эту функцию выполняют мероприятия, проводимые в рамках Тихоокеанского Конгресса соотечественников. Второй задачей является поиск объединяющего интереса, итогом которого явится создание корпорации деловых кругов русского зарубежья АТР.

Реализация корпоративных интересов деловых кругов российского зарубежья в Азиатско-тихоокеанском регионе возможна при условии выстраивания эффективных коммуникаций с органами власти, местными финансово-промышленными группами, информационными структурами и внутренними диаспорами, объединяющими выходцев из стран АТР.

Серьезной задачей для деловых корпораций "русского мира" является создание собственного информационного и коммуникативного лобби, способного решать две задачи: формирование соответствующей информационной картины в деловых кругах и о деловых кругах российского зарубежья АТР; формирование позиции политического истеблишмента, способного создать благоприятные условия для реализации корпоративных интересов.

Проблема формирования информационной картины ситуации в русском зарубежье является достаточно острой. Во-первых, принимаемые Россией государственные решения в отношении зарубежных соотечественников довольно часто не находят поддержки в массовом сознании именно благодаря отсутствию адекватной информационной картины. Данные опросов и социологических исследований подтверждают, что значительное количество россиян не имеет четкого представления о ситуации в русском зарубежье.

Как следствие, по данным ВЦИОМ более двух третей россиян не видят целесообразности в выстраивании взаимодействия с зарубежной диаспорой. Это резко контрастирует, к примеру, с позицией венгерского общества, где 80 процентов населения поддерживают политику властей по отношению к зарубежным венграм. Кроме того, российские СМИ создали искаженный образ представителя российской диаспоры как нищего просителя, либо криминального элемента. Процессы, происходящие в социально адаптированных слоях российского зарубежья, в том числе среди деловых кругов, не находят отражения в российских СМИ. Формирование адекватной информационной картины - одна из задач корпорации деловых кругов российского зарубежья АТР.

Во-вторых, принимаемые в отношении соотечественников государственные решения, федеральные и региональные программы, конкретные мероприятия, крайне неохотно, а зачастую поверхностно освещаются российскими СМИ. Как следствие, об этих инициативах плохо знают за рубежом.

Что касается работы с политическим истеблишментом, в том числе с партиями и общественными движениями, то следует учитывать, что в данную систему взаимодействия с зарубежной российской диаспорой может быть включен достаточно широкий круг участников. Причем, сама эта тема может быть использована в деятельности различных структур, начиная от финансово-промышленных групп и, кончая благотворительными организациями в самом разнообразном контексте: от обоснования конъюнктурных и узкокорпоративных задач "заботой о национальном интересе" до попыток (и нередко довольно эффективных) создать центр притяжения для определенных социальных групп российской диаспоры.

В этой связи нуждается в детальном изучении опыт многочисленных фондов и ассоциаций, деятельность религиозных организаций, политконсалтинговых групп, работающих на "русской поляне", специалистов по коммуникативным технологиям, которые представляют собой штучный, но весьма влиятельный фактор.

Опыт показывает, что деятельность негосударственных субъектов процесса нередко (и довольно часто) оказывается более эффективной в достижении поставленных задач. Следует напомнить, что сама идея "русского мира" родилась не в государственных кабинетах, а в экспертных кругах, а достоянием политиков она тоже стала, благодаря профессиональным коммуникаторам.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2019 Институт стран СНГ