Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №112(01.12.2004)
<< Список номеров
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ВЕСТИ ИЗ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.

УЗБЕКИСТАН



Узбекистан в ожидании выборов

18.11.2004. Немецкая волна

Юрий Черногаев, Наталья Бушуева, Сайера Рузикулова

Центральная избирательная комиссия Узбекистана наконец-то расставила все точки над "i", сообщив, какие кандидаты зарегистрированы по партийным спискам, какие - как самовыдвиженцы, а какие не зарегистрированы вовсе. Представители оппозиции эти выборы собираются бойкотировать, называя одной из причин этого решения действия ЦИК.

До выборов в узбекский парламент осталось 39 дней, и во вторник на пресс-конференции в Ташкенте Центризбирком подвел итоги выдвижения политическими партиями инициативными группами кандидатов в депутаты Законодательной палаты. В этот же день Центризбирком опубликовал постановление, регламентирующее деятельность прессы во время предвыборной гонки. В частности, предписано выступления партийных и независимых кандидатов в газетах и по теле- и радиоканалам давать по разработанному ЦИК графику. Предусмотрены даже телевизионные дебаты, но в беседах с журналистами представители всех зарегистрированных Центризбиркомом партий заявили, что пока не думали о такой форме политической борьбы.

ЦИК зарегистрировал все представленные в старом, т.е. в нынешнем парламенте партии. Их пять, и новичков, таким образом, на предвыборной арене не оказалось. В том числе не оказалось ни одной оппозиционной партии. Дело в том, что, чтобы быть зарегистрированной в ЦИК, партия должна хотя бы полгода числиться как общественная организация в Минюсте. А нынешняя весна для оппозиции характеризовалась целой серией крупных разборок, разделом фракций, сменами руководства и дележа постов. Пока эта дележка продолжалась, время ушло, и ни одна партия не прошла регистрацию. Надо думать, многие во властных структурах с удовольствием следили за этой ситуацией.

На пресс-конференции в Ташкенте глава пресс-центра Центризбиркома Шерзод Кудратходжаев сообщил, что на избирательную компанию каждого кандидата государственная казна выделяет – в пересчете – 700 долларов. Их получат как кандидаты от партий, так и самовыдвиженцы.

О самовыдвиженцах (их называют в Узбекистане кандидатами от инициативных групп) особый разговор. Именно на эту оставшуюся еще возможность пройти в парламент делала ставку оппозиция. Но срок регистрации самовыдвиженцев истёк, и надо констатировать: оппозиция и здесь не имеет сколько-нибудь реальных шансов. В стране подали документы 150 самовыдвиженцев и только один, как известно «Немецкой волне», является членом оппозиционной партии. О самовыдвиженцах Шерзод Кудратходжаев сказал:

- ЦИК вообще не интересует, какую организацию они представляют, кто за ними стоят, хотя часто нас провоцируют на такие вопросы. Тем не менее мы смотрим только на легитимность собранных документов, подписей, после чего собственно и принимаем решение.

Но вот директор Центра демократических инициатив Искандар Худайберганов придерживается иного мнения:

- Первая проблема касалась сбора подписей. Вторая проблема заключалась в том, как сдать эти подписи в окружные избирательные комиссии. Когда кандидаты приносили туда свои документы с подписями членов инициативных групп, то им отказывали. Отказывали различными способами. Иногда просто никого не было на месте. Другие говорили, что подписи были собраны неправильно, потому что не были проведены собрания. Но даже если удавалось сдать документы, то потом со стороны хокимиятов и правоохранительных органов шло давление.

Заместитель председателя оппозиционной партии «Бирлик» Пулат Ахунов привел пример, каким способом его коллегам отказывали в регистрации:

- Когда у них не приняли документы, они отправили письмо со всеми своими документами на адрес окружной избирательной комиссии. После этого приходит ответ. В письме говорится, что по указанному адресу никакой окружной избирательной комиссии не существует.

В свою очередь у главы пресс-центра Центризбиркома Кудратходжаева есть свои претензии к самовыдвиженцам:

- ЦИК рассматривает документы, поступившие от 150 инициативных групп. Но, к сожалению, есть немало выявленных нарушений законодательства, фальсификации подписей. В одном округе из 325 членов инициативной группы 46 человек не знали, что они являются этой инициативной группы. Т.е. 300 человек, как это надо по закону, не набирается. И вот такая инициативная группа ещё говорит о том, что её не регистрируют. Конечно, её не регистрируют. ЦИК существует для того, чтобы фиксировать и не допускать правонарушений. Ведь если ты сегодня преступаешь закон, что будет завтра, когда ты будешь работать в парламенте?

По поводу фальсификации документов, кстати, Искандар Худайберганов заявил «Немецкой волне»:

- Если подписи сфальсифицированы, то есть подделаны, то это уголовное дело. И это должна решать не окружная избирательная комиссия, это должен решать суд.

Впрочем, на периферии предвыборная дискуссия с оппозицией приобретает самые, так сказать, «конкретные» формы. О них «Немецкой волне» рассказал юрист партии «Свободные дехкане» Фархад Мирахмедов:

- Нигора Хидоятова отправила двух членов партии «Озод дехконлар» в один из регионов страны для того, чтобы они провели собрание инициативной группы по выдвижению её кандидатом в депутаты. Когда они находились в гостинице в городе Фергане, они подверглись нападению со стороны неизвестных лиц, их избили, была драка. В результате правоохранительные органы обвинили их в нарушении общественного порядка и подвергли их административному аресту на 15 суток. Нигора Хидоятова пытается вызволить своих соратников. Её представитель беседовал с судьей, который вынес это решение. Так вот, он в приватной беседе заявил, что никакого пересмотра по вынесенному решению не будет, пока ему не поступит команда из Ташкента.

Такие непредусмотренные методы агитации вызывают необходимость в наблюдателях. Шерзод Кудратходжаев сообщил журналистам, что:

- ОБСЕ пришлёт наблюдателей. Где-то порядка 12 человек. Кроме того, у нас будет миссия наблюдателей из СНГ. Представители многих государств, международных организаций. Все подробности станут известны в ближайшее время. Помимо международных наблюдателей будут и местные наблюдатели.

Наряду с наблюдателями журналисты – самые заинтересованные в прозрачности процесса участники выборов. Во вторник оказалось, однако, что аккредитации при Центризбиркоме недостаточно, чтобы журналист мог работать. Глава пресс-центра ЦИК говорит об этом нововведении так:

- В законе сказано, что средства массовой информации тоже могут являться наблюдателями. Но это не значит, что вы автоматически становитесь ими. Т.е. в определённое законом время, по-моему, за 25 дней до выборов вы должны подать в ЦИК документы. В течение пяти дней вы должны будете получить мандат, который может служить основой для того, чтобы являться наблюдателем.

Теперь у корреспондентов «Немецкой волны» и их коллег в Ташкенте - новая забота...




В условиях экономического гнета в Узбекистане

18.11.2004. Eurasianet

Эсмер Исламов, Самариддин Шарипов

В условиях экономического гнета в Узбекистане появляются признаки ослабления общественного порядка. Власти в Ташкенте заявляют, что за вспышки насилия, потрясшие страну в этом году, несут ответственность международные террористы. Однако недавние беспорядки в Ферганской долине показывают, что речь идет о недовольстве населения застоем в экономике, которое находит выход в приступах ярости, наблюдаемых среди узбекских граждан.

Последним по времени серьезным выражением недовольства населения Узбекистана стали прошедшие 1-2 ноября в Ферганской и Кашкадарьинской областях акции протеста, в которых приняли участие тысячи узбеков. Наиболее серьезные беспорядки произошли в городе Коканде в Ферганской долине, где на улицы вышла толпа примерно в 6000 человек. Были подожжены две милицейских машины, избиты трое налоговых инспекторов и сотрудник милиции. Сообщается, что не столь насильственные и собравшие меньшее число демонстрантов акции протеста произошли в других городах долины, в том числе в Маргилане и Фергане.

Волнения были вызваны попыткой властей применить суровые меры к мелким предпринимателям, главным образом торговцам на базарах. По новому закону, торговцы должны иметь государственную лицензию, и им запрещено торговать товарами, которые были получены у посредников-оптовиков. Введение новых правил в дополнение к и так обременительной тарифной политике многие торговцы считают угрозой для своей деятельности. Возмущение торговцев было подогрето действиями налоговых инспекторов, которые попытались ввести новые правила в действие и, как сообщается, начали широкую и произвольную конфискацию товаров.

Более серьезный конфликт в Коканде удалось предотвратить прежде всего благодаря мэру города Маруфу Усмонову, который обещал рассмотреть жалобы протестующих граждан. Однако после этого новый губернатор области Шермат Нурматов предпринял шаги, которые говорят о том, что в будущем выражение недовольства получит отпор со стороны силовых структур. Сообщается, что Нурматов уволил семерых глав районных администраций, посадив на их место по большей части чиновников, имеющих опыт работы в правоохранительных органах.

Последние волнения опровергают неоднократные утверждения администрации президента Ислама Каримова, что это исключительно продукт международного террористического заговора. В частности, правительство заявило, что ответственность за продолжавшиеся в течение четырех дней в марте уличные бои и за серию взрывов, устроенных в конце июля террористами-смертниками, несет глобальная сеть радикальных исламистов. В обоих случаях власти не привели никаких конкретных свидетельств в подтверждение этих обвинений. По мнению многих аналитиков, главные причины насилия в Узбекистане следует искать прежде всего внутри страны.

В последние пять лет узбекские власти проводили кампанию подавления несанкционированных форм исламского вероисповедания. По оценкам правозащитных организаций, по меньшей мере 7000 верующих попали в тюрьму в связи с гонениями, которые усилились в период после мартовских и июльских событий. Особо важной мишенью стала подпольная группировка «Хизб ут-Тахрир», проповедующая ненасильственное свержение правительства Каримова.

В последние месяцы узбекские суды приговорили несколько десятков членов «Хизб ут-Тахрир» к длительным срокам заключения за попытку «свержения конституционного строя Узбекистана». Однако суровые меры вряд ли способны положить конец деятельности этого движения. По мнению некоторых экспертов, репрессивные меры правительства ведут скорее к пополнению движения новыми членами, а не к ослаблению его рядов. По прогнозу одного представителя «Хизб ут-Тахрир» – жителя Ташкента, назвавшегося Улугбеком, – острая реакция населения на репрессии может в конечном итоге привести правительство к краху.

«К нам присоединяется все больше и больше людей», – сказал Улугбек. «Они полны отчаяния. Они хотят справедливости. Им практически нечего терять, и они начинают избавляться от чувства страха».

Судя по косвенным свидетельствам, бедственная экономическая ситуация в стране становится источником терроризма. В частности, по непроверенным данным, в Узбекистане резко возросло число самоубийств – явление, которое многие эксперты напрямую связывают с упадком в экономике. В то же время большую роль сыграли взрывы террористов-смертников в ходе событий, произошедших в марте и июле. Это заставляет некоторых аналитиков предполагать, что исламские радикальные группировки – неважно, какого они происхождения, местного или иностранного, – пытаются воспользоваться в своих политических целях отчаянием людей, связанным прежде всего с экономическими причинами. По мнению одного социолога, говорившего на условиях анонимности, в Узбекистане сегодня нет недостатка в кандидатах на роль террористов-смертников.

Во время пресс-конференции в сентябре Каримов и сам выразил тревогу в связи с этим явлением. Не предложив никаких фактов в подтверждение своих слов, узбекский лидер заявил, что исламские радикалы организовали «лагеря подготовки террористов-смертников».

Власти отрицают, что рост самоубийств в Узбекистане является поводом для беспокойства. Фезула Алимова, входящая в руководство министерства здравоохранения, называет цифру 7,8 на 100 000 человек, ссылаясь на данные 1999 г. Для сравнения – последние статистические данные по соседнему Казахстану говорят, что их уровень самоубийств достигает 40 на 100 000 человек. Показатели по самоубийствам в России примерно соответствуют казахстанскому уровню.

По мнению независимых экспертов, представитель узбекского Минздрава сильно занижает число тех, кто сводит счеты с жизнью. Получить точные данные о самоубийствах в Узбекистане практически невозможно, поскольку правительство считает эту информацию государственным секретом. Однако проведенный EurasiaNet анализ милицейских отчетов за первые семь месяцев 2004 г. в городе Ангрен близ Ташкента, численность населения которого составляет 160 000 человек, показывает, что за этот период погибло минимум 34 человека, которых сочли самоубийцами. Эти данные указывают на то, что уровень самоубийств в городе значительно выше отметки в 30 самоубийств на 100 000 человек.

Но даже если радикальные исламисты не смогут использовать людей с суицидальными наклонностями для совершения взрывов, резкий рост числа самоубийств должен насторожить узбекские власти и заставить задуматься о настроениях недовольства в обществе. Однако администрация Каримова отказывается признавать какую-либо связь между политикой, которую проводит правительство, и теми способами, в которых население выражает свое недовольство.




Почему узбеки хотят служить в армии

19.11.2004. Деловая неделя (Казахстан)

Андрей Саидов (Ташкент)

На прошедшей недавно в Ташкенте пресс-конференции Министерства обороны Узбекистана было отмечено, что в осенний призыв 2004 года количество призывников, желающих пройти службу в Вооруженных силах страны, значительно превысило реальную потребность реформируемой армии в новых кадрах.

Армейская реформа, начатая правительством Узбекистана с середины 90-х годов, ставит задачу поэтапного перехода к созданию современной, компактной, мобильной армии с профессиональным ядром, численность которой к 2005 году должна составить около 50 тысяч человек.

Между тем в Узбекистане с его 25-миллионным населением и высоким уровнем безработицы социальная и демографическая ситуация такова, что молодые люди призывного возраста видят в службе в Вооруженных силах один из немногих способов как-то устроить свою жизнь.

Согласно принятой олий мажлисом - парламентом Узбекистана еще в декабре 2002 новой редакции закона "О всеобщей воинской обязанности и военной службе" срок срочной службы был снижен с полутора лет до 1 года для имеющих среднее образование и 9 месяцев для имеющих высшее образование. Поэтому призывные комиссии с весны 2003 года начали отбирать призывников на конкурсной основе, ужесточив требования к состоянию здоровья, моральным характеристикам и даже интеллектуальному уровню призывников.

Несмотря на то, что сами условия прохождения срочной службы в армии Узбекистана по сравнению с условиями в Вооруженных силах СССР за 13 лет независимости не намного улучшились - процветают неуставные отношения, страдает материально-техническое обеспечение, отбоя от желающих служить по свидетельствам призывных комиссий просто нет. Особенно в сельских регионах страны, где жизнь безработной молодежи в многодетных и малообеспеченных семьях представляется многим куда менее привлекательной, чем гарантированное существование на армейском довольствии, которое составляет около $15 на человека в месяц (бюджет средней крестьянской семьи в Ферганской долине), не считая питания и обмундирования. По данным официальной статистики, расходы на содержание армии в Узбекистане сегодня составляют не менее 20 процентов бюджетных ассигнований. Не стоит сбрасывать со счетов и такой психологический фактор, что армия в Узбекистане сегодня практически мононациональна. Даже в ее командном составе сегодня - более 90 процентов составляют представители одной нации.

Прохождение срочной армейской службы дает юношам и дополнительный шанс на последующее трудоустройство в государственных и бюджетных структурах. На считающиеся престижными и доходными должности в милиции, прокуратуре, таможенных и налоговых органах можно рассчитывать только после службы в Вооруженных силах. Вообще же, согласно законодательству Узбекистана Министерство труда обязано обеспечивать хоть какими-нибудь рабочими местами граждан, увольняющихся из Вооруженных сил по истечению срока службы, а приемные комиссии вузов страны - предоставлять им льготы при поступлении порядка 20 процентов от установленного проходного балла.

Так что естественный страх остаться без работы, карьерных перспектив, за бортом общества, в котором частный сектор в последние годы представляет все меньше возможностей, заставляет молодых людей стремиться пройти службу в армии. Однако призывные комиссии в условиях завершающего этапа армейской реформы действительно предъявляют все более жесткие требования.

По признаниям военных медиков, все больше юношей призывного возраста в Узбекистане становятся не пригодны к армейской службе по состоянию их здоровья. Согласно же официальным данным Министерства обороны, к прохождению срочной службы в 2003-2004 годах оказались пригодными не более 40 процентов потенциальных призывников. И если совсем недавно многих негодных к строевой службе зачисляли в резерв или направляли на альтернативную службу, то сейчас большинство из них увольняют в запас сразу после прохождения медицинской комиссии.

Наиболее часто встречаются у молодежи, особенно в сельских районах, аномалии роста, веса и физического развития, а так же хронические желудочно-кишечные заболевания и нарушения обмена веществ, вызванные недоеданием, недостаточным или неправильным питанием. Тогда как более интенсивный темп боевой подготовки при сроке службы в 1 год требует повышенной выносливости. Впрочем, последней у юношей, большую часть детства проведших от зари до зари на хлопковых полях, как говорится, не занимать.

Не лучше обстоит дело и с интеллектуальным развитием, уровнем доармейской общеобразовательной подготовки. Призывные комиссии не сообщают критериев, по которым проходит отбор в этом направлении, однако достаточно учесть, что, по данным исследований экспертов UNICEF в 2003 году, реальный охват средним образованием, включая профессионально-техническое, в сельских регионах Узбекистана не превышал 70 процентов от общего числа молодежи в возрасте до 18 лет.

Но стремление граждан пройти службу в армии настолько велико, что Министерство обороны предлагает многим заменить ее специальными платными одномесячными курсами военной подготовки, дающими право на зачисление в постоянный резерв и уравнивающими в правах с действительными срочниками. Стоимость курсов при этом в несколько раз превышает уровень среднемесячной зарплаты. Общая численность Вооруженных сил на нынешнем этапе армейской реформы оценивается разными специалистами в пределах 60 тысяч человек, включая подразделения Национальной гвардии, сухопутные войска, ПВО, ВВС, пограничные войска, внутренние войска МВД, спецназ, воинские формирования Службы национальной безопасности, Министерства по черезвычайным ситуациям и Таможенного комитета. По оценкам некоторых экспертов, численность и военно-техническая мощь армии Узбекистана превосходит Вооруженные силы всех остальных стран региона Центральной Азии.

Согласно принятой правительством стратегии реформы, к концу 2005 года в армии Узбекистана должны служить в основном профессиональные военные на контрактной основе. Однако срочная служба, как одна из структурных основ авторитарного общества, в том или ином виде обязательно сохранится.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2018 Институт стран СНГ