Notice: Undefined variable: links in /home/materik/materick.ru/docs/bullib.php on line 249
Материк. Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Русские в Болгарии

14.04.2005. Русская газета

Светлана Мрочковская–Балашова

Вероника Лосская: я на всю жизнь увлеклась поэтической духовностью Цветаевой.

Вероника Лосская - одна из самых известных французских славистов, доктор наук, проф. Литературы Парижского университета «Сорбонна», всю свою жизнь посвятила изучению творчества М. Цветаевой.  Эта очаровательная во всех смыслах женщина по материнской линии - потомок незаконнорожденных детей императора Александра 1. После революции ее бабушка Екатерина Саввишна Александрова, муж которой погиб в дни революционного террора, вместе с дочерью Натальей Александровной Александровой – матерью Вероники –бежали из Петербурга в Финляндию (где у них был загородный дом). А уже оттуда - в Париж.  Как и все эмигранты, бедствовали. Мама работала белошвейкой, позднее вышла замуж за Константина Михайловича Юдин-Бельского, сына подполковника царской армии. Отец Вероники перепробовал множество профессий – подручный аптекаря, грузчик, водитель такси, затем, в сорок лет окончив университет, стал геологом. А дед Вероники в середине тридцатых годов принял сан священника в русской патриаршей церкви и с помощью Магдалины Исааковны Лосской (будущей свекрови Вероники) основал православный приход Божией Матери всех скорбящих, радости и Святой Женевьевы, небесной защитницы Парижа. Здесь, в храме, и познакомились Вероника и Николай, бывший в то время прислужником этого прихода. Он – старший сын богослова Владимира Николаевича Лосского и внук известного философа Николая Онуфриевича Лосского, основоположника русского интуитивизма и персонализма, высланного в 1922 году из СССР. 15–летняя Вероника и 17–летний Николай, ныне известный богослов и педагог, влюбились с первого взгляда и через 5 лет поженились.

Все началось в тот день, когда Веронике, студентке славянского отделения Сорбонны, подарили однотомник стихов Цветаевой, изданный в 1961 году в Советском Союзе. Именно тогда, в начале шестидесятых, через хрущевский отдушник из замурованной, казалось, навечно сокровищницы русской культуры вместе с Ахматовой, Пастернаком, Есениным, вылетел на Свет Божий и первый поэтический сборник Марины Цветаевой. О ней вероника в то время мало знала. Прочитала – и насмерть влюбилась в поэта, страстно увлеклась его поэтической и человеческой духовностью, и на всю жизнь сделала своим кумиром. И тут же, закончив магистрскую диссертацию о переписке Чехова с Сувориным, начала работать над другой темой – о Цветаевой. Ее научный руководитель проф. Софи Лаффит сочла это намерение настоящим безумием. Отговаривала как могла, но вероника не отступала. Стала от руки переписывать стихи Марины, собирать воспоминания еще живых современников поэта – в Париже, Европе, Америке и даже в советской России, куда с этой целью она ездила несколько раз. «Я защитила докторскую диссертацию, написала монографию по-французски, стала переводить ее прозу и писать книги и статьи», – сказала в интервью Виктору Леонидову Лосская. А позже на основе этих записанных ею воспоминаний она написала замечательную книгу «Цветаева в жизни» (изданную в России в 1992 году, в издательстве «Культура и традиции»). Параллельно изучала творчество А. Ахматовой. Исследовала истоки поэтической духовности, казалось бы, двух таких разных поэтов 20 века, но близких именно этим общим родником, бьющим из спрессованных толщ русской национальной культуры.  Она обнаружила – не могла не обнаружить! – этот общий источник, сравнивая два могучих, вылившихся из него потока. А в результате родилась еще одна замечательная книга о Цветаевой и Ахматовой «Песни женщин», не так давно изданная в переводе на русский язык при участии музея-квартиры М. Цветаевой в Болшево. Мир Цветаевой неразрывно сосуществовал с ее собственным миром, и Вероника Лосская продолжала открывать в нем новые страницы. В 2001 г. Вместе со старшим научным сотрудником РГАЛИ, канд. литературоведения Еленой Коркиной она начала работу над дневниковыми записями (1940-1943) Мура – сына Цветаевой. В 2004 году в издательстве «Вагриус» вышел двухтомник «Георгий Эфрон. Дневники».  Авторы этого труда отличены премией им. Александра Блока (учреждённой журналом «Наше наследие») в номинации «За лучшую работу, посвящённую культурно-историческому наследию России». «Дневники Мура, – сказала В. Лосская корреспонденту “Калининградской правды» Е. Александровой, – представляют из себя 17 школьных тетрадей, в которых он, начиная с 15-летнего возраста, записывал всё, казавшееся подростку значительным. Несколько тетрадей, по-видимому, отсутствует – первая была конфискована при аресте сестры Ариадны в Болшеве в 1939 году; не хватает и записей за 1942-й год, их , возможно, у Мура выкрали. Дневниковые записи предельно откровенны. Родившемуся и воспитанному на Западе сыну Марины чужда «автоцензура», даже в вопросах, касающихся политики. Это - потрясающий документ эпохи: свидетельство о трудных житейских обстоятельствах, дамокловом мече сталинской системы, постоянно угрожавшем семье, а затем обрушившемся на неё. Это записи о потере близких, о постоянном голоде после смерти матери». Проф. Лосская любезно предоставила «Русской газете» право первой публикации нескольких неопубликованных записок Марины Цветаевой к ее парижской подруге Саломее Андрониковой–Гальперн, о которой газета рассказала в двух предыдущих номерах : №11– «Прекрасная дама из очарованных серебряных далей», и №12 – «Портрет Саломеи Андрониковой работы Александра Яковлева».

Copyright ©1996-2024 Институт стран СНГ