Notice: Undefined variable: links in /home/materik/materick.ru/docs/bullib.php on line 249
Материк. Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

История в лицах

08.07.2005, Молодежь Эстонии

Нелли КУЗНЕЦОВА

Как уже сообщала наша газета, в конце прошлой недели в Таллинне прошла конференция «Русская культура в странах Балтийского региона ЕС: история и современность». В ее работе приняли участие представители русских диаспор Германии, Дании, Литвы, Латвии, Швеции, Финляндии, Эстонии.

Конференция была организована Русским музеем Эстонии совместно с финской Ассоциацией русскоязычных обществ. Сергей Иванов, депутат Рийгикогу и председатель правления Русского музея, открывая конференцию, сказал, что это часть большого проекта, поддержанного Европейским союзом, который уже был начат раньше, когда съемочная группа Русского музея в странах Балтийского региона готовила цикл передач для Эстонского телевидения. Может быть, их увидят и в других странах. А пока в Таллинн на конференцию приехали многие из героев этого будущего телецикла. Но независимо от телепередач, которые сейчас готовятся, было очень интересно встретиться с теми русскими, русскоязычными людьми, которые по тем или иным причинам оказались в дальнем зарубежье. Как они строят там свою жизнь? Что им пришлось пережить, пока они не встали, что называется, на ноги? Какие проблемы существуют у них сейчас? Можем ли мы помочь друг другу и каким именно образом? Как можно использовать опыт, накопленный русскоязычными организациями в разных странах?

Забегая вперед, скажу, что директор Русского музея Хейго Сахк, который на конференции был, что называется, за кадром, не сидел в президиуме, не выходил на трибуну, но делал все, чтобы конференция работала четко и слаженно, чтобы участники конференции, гости из разных стран чувствовали себя вполне комфортно, так вот он сказал, что собрались «правильные люди». Во всяком случае, у него самого создалось впечатление, что в большом зале Национальной библиотеки собрались люди, которые искали друг друга. И это очень разные люди, которые в разное время и по разным причинам оказались за пределами исторической родины. Хейго Сахк охарактеризовал это «собрание» коротко и емко: история в лицах. Помимо гостей из зарубежья здесь были и представители русских организаций культуры, творческих коллективов Таллинна, все те, кого волнуют судьбы русской культуры, родного языка и т.д.

Жаль, что в одном газетном материале невозможно рассказать обо всех докладах, которых, между прочим, было 15 и которые были очень разными — от сугубо научных, связанных с исследованиями истоков и разных аспектов развития русской культуры за рубежом, до чисто практических, по-человечески очень взволнованных и эмоциональных — а также о многих разговорах в перерывах, за чашкой кофе и за обеденным столом, которые были не менее, а может быть, подчас и более интересными. В них порой мелькали такие детали, которые лучше иных докладов могли бы сказать о ситуации в стране и положении русскоязычного меньшинства. Вот так, в одном из кулуарных разговоров мы с удивлением узнали, что Швеция не принимает к себе эмигрантов из числа специалистов, успешных людей, а слабых, неустроенных — да… Мы поразились: зачем Швеции несчастненькие? Разве не хватает своих? Не ослабляет ли государство такой подход? И услышали в ответ, что принять слабых, незащищенных в благополучную страну — это гуманно, а что касается успешных, энергичных, рвущих, как говорится, подметки на ходу, то в Швеции и своих хватает, зачем создавать лишнюю конкуренцию? Любопытный подход, не правда ли?

Русский язык как зеркало эмиграции

Прежде чем рассказывать о проблемах, которые отразились в докладах гостей, скажу, что всех нас приятно удивил их великолепный русский язык, очень богатый, яркий, эмоциональный. А ведь многие из них уже давно живут в зарубежье, им все-таки больше, наверное, приходится общаться на языке страны проживания. И тем не менее…

Может быть, прав был Александр Генис, известный писатель и публицист, говоря, что после разрушения Советского Союза настало время говорить не об эмиграции, а о продолжении русскоязычного пространства во всех странах мира, а в Балтийском регионе тем более? Это не значит, разумеется, что русское зарубежье потеряло свое значение. Просто роль его существенно изменилась.


Профессор Павел Лавринец из Вильнюсского университета. 4 х фото Александра ГУЖОВА

Кстати, в качестве примера можно вспомнить, что в Японии, например, русский язык изучают во многих случаях по прозе Довлатова. Оно и неудивительно, поскольку у Довлатова самый чистый, самый простой, самый ясный язык. И многие считают, что сохранить его таким помогла эмиграция.

В Дании, кстати, тоже выходит литературный журнал на русском языке. Он называется «Новый берег». Символично, не правда ли? Об этом рассказала на конференции Наталья Литвинова, являющаяся руководителем Русского общества в Дании и членом редколлегии журнала. Сама она, бывший филолог, окончившая когда-то Московский университет, преподает русский язык и литературу в Копенгагенской коммуне. Это, по ее словам, единственный район, где по-прежнему оплачивается из бюджета преподавание родного языка детям-иностранцам. Три академических часа в неделю. Не так уж плохо, правда?

Очевидно, это возможно, потому что в этой коммуне, то есть в этом районе у власти остаются социал-демократы. Кстати, тем, которые считают, что политика не играет роли в жизни обычных людей, скажем, что прежде правительство в Дании поддерживало проекты, связанные с национальными меньшинствами. Между прочим, и наш Центр информации по правам человека, одна из очень немногих правозащитных организаций, если вообще не единственная, которая занимается проблемами русскоязычного населения в Эстонии, была десять с лишним лет назад основана именно на датские деньги. Больше того… На Северо-Востоке Эстонии осуществлялась большая программа поддержки русскоязычного населения, в частности, обучение депутатов местных органов самоуправления эстонскому языку, финансируемая датским правительством.

Все это кончилось, когда к власти в Дании пришло правое правительство. Говорят, между прочим, что появление этого правительства в 2001 году в такой демократической стране, как Дания, где всегда были сильны демократические традиции, где десятки лет правили социал-демократы, стало возможным именно потому, что многие датчане были недовольны чрезмерным, как они считали, наплывом в страну мигрантов.


Леся Кайлер, председатель Союза «Земляки» — земля Бранденбург, Германия.

В результате, сказала Наталья Литвинова, в проигрыше оказались не только национальные меньшинства, культура которых теперь не поддерживается, но и вообще социально слабые, незащищенные слои населения. Русская диаспора в Дании, небольшая правда, всего 10-12 тысяч человек, как говорит Наталья Литвинова, тоже попала под этот политический каток.

И тем не менее эта община живет достаточно активно. В 2001 году был создан Союз русскоговорящих обществ Дании. Есть свой театр под названием «Диалог», которым руководит бывшая московская актриса Татьяна Дербенева. В его спектаклях, кстати, участвуют и знаменитые российские актеры, приезжающие специально для этого в Копенгаген.

Пожалуй, именно Наталья Литвинова первой высказала мысли, которые потом были во многом поддержаны и другими. Всем нам, живущим за пределами России, в частности, в странах Балтийского региона, надо объединять усилия. Только так мы сможем сохранить свой язык, русскую культуру. Именно общими усилиями, по убеждению Литвиновой, можно, и уж, конечно, надо было бы издавать еженедельную газету. Необходим и свой телевизионный канал. В Дании, кстати, нет кабельного телевидения на русском языке. Одна из крупных кабельных фирм, рассказывает Наталья, предложила свои услуги Дании, но была отвергнута «в связи с отсутствием спроса», хотя никто не спрашивал русскоязычное население, хочет ли оно смотреть кабельное телевидение на русском языке.

Но вот что хорошо у них: действует Российский культурный центр, бывший Дом дружбы, живущий частично на российские деньги, где располагаются оба копенгагенских русских землячества, где идут занятия для русских детей по русскому языку, музыке, развитию речи, танцам. Там же организуются лекции, скажем, по истории русской культуры. Там собирается Женский клуб. Словом, есть свой дом, куда можно прийти, поговорить, пообщаться, узнать что-то интересное, посмотреть спектакли с участием российских звезд. И это дорогого стоит…

А еще есть два русских православных прихода. Один из них — Собор Александра Невского — был построен еще при императрице Марии Федоровне, которая, как известно, до того, как стать российской императрицей, была датской принцессой Дагмар. А возле этого собора — кладбище русских солдат… Удивительно все-таки, как много русских людей лежит в чужой земле. Удивительно и грустно. И больно…

А несколько лет назад здесь же, в Копенгагене была открыта еще одна церковь — на этот раз Московского патриархата — и тоже Александра Невского.

Чем они отличаются от нас?

В самом деле — чем? Слушая выступления гостей, общаясь с ними вне заседания, всматриваясь в их судьбы, которые они раскрывали перед нами, мы все больше ощущали, что есть нечто, что как бы — одних меньше, других больше — но все-таки в целом отличает от нас. Не хотелось бы никого обидеть из наших читателей, задеть какие-то душевные струны, но все-таки нельзя, думаю, об этом умолчать. Потому что есть о чем подумать…

Вот Леся Кайлер, очаровательная молодая женщина, казалось бы, созданная для беззаботной, благополучной жизни, в которой о ней непрерывно заботились бы и делали все за нее, рассказывает о деятельности Союза «Земляки» в Потсдаме, который она создала и которым руководит уже несколько лет. У этого союза много направлений работы и много проектов. Есть, скажем, проект, который так и называется «Психологический кабинет». Это работа с людьми, у которых есть разного рода проблемы, которым надо, например, помочь преодолеть депрессию, ностальгию и т.д. Есть проекты, предусматривающие поддержку престарелых, помощь новеньким, лишь недавно приехавшим в Германию и не успевшим адаптироваться. Есть Школа искусств, которая, по мысли Леси, должна помогать интеграции детей, подростков с помощью культуры, искусства. В этой школе можно обучаться музыке, умению танцевать, участвовать в театральных постановках, изучать историю и сегодняшний день театра. Есть в ней и класс русского языка и литературы.


Наталья Литвинова, руководитель Русского общества в Дании.

Вообще, насколько мы поняли, союз «Земляки» действует широко, привлекая русскоязычных людей, которых, кстати, в Потсдаме несколько тысяч, объединяя их, что в условиях зарубежья очень важно.

И вот что показалось мне особенно интересным и что так или иначе звучало в выступлениях других гостей из разных стран зарубежья: они, быть может, сами того не сознавая, особенно напирали на слово «инициатива». Леся Кайлер, например, рассказывая о жизни в Германии, говорила о том, что главное — найти хорошую работу. От этого зависит все остальное, от этого зависит жизнь. А если вы работу найти не можете, сказала Леся, значит надо ее придумать, изобрести. Вот так она придумала свою Школу искусств, которая стала потом известной и даже привлекла к себе внимание высокопоставленных чиновников Евросоюза, которые согласились ее частично финансировать и даже платить зарплату Лесе Кайлер. Но ведь для того, чтобы довести школу, как говорится, до такого состояния, надо было очень и очень постараться, много и тяжко работать.

А Ольга Лундстрем из Гетеборга, где также есть русскоязычное население, отважилась, как она выразилась, открыть магазин, который не только помогает зарабатывать деньги для себя и для нужд русской общины, но и сделать его, магазин, своеобразным центром общения, всеобщего сбора, где можно посмотреть газеты, книги, послушать музыку, приобрести фильмы на русском языке и т.д.

Вот, собственно, это и есть главное. Они не боятся проявлять инициативу, добиваться своего. Прямо скажем, больше, чем мы… Очевидно, этому есть простое объяснение. Они знали, куда ехали, они понимали, что им придется столкнуться с многими трудностями, много работать, во многом себе отказывать, чтобы в конце концов встать на ноги. Они просто знали, что у них нет иного выхода, и заранее готовили себя к разного рода сложностям. А мы никуда не уезжали, мы остались в тех же квартирах, на тех же улицах, что и прежде. А оказались фактически в эмиграции. Не мы уехали из государства, оно уехало от нас. Любовь Николаевна Киселева, профессор Тартуского университета, которая вела конференцию очень уверенно, твердо, и с которой мы сели в уголке, вдали от всех, чтобы поговорить о том, что слышали, и о тех, с кем встретились, очень справедливо, на мой взгляд, сказала, что главная беда у нас, живущих в Эстонии, как, впрочем, и в других республиках бывшего Советского Союза, это недостаточная инициативность, неумение объединяться. Мы, очевидно, еще не осознали по-настоящему, что являемая частью большой зарубежной диаспоры. И в этом смысле очень хорошо, сказала Любовь Николаевна, что организаторы конференции смогли собрать вместе людей с разным опытом, живущих в разных условиях, но тем не менее озабоченных одним и тем же — сохранением для каждого конкретного человека его культурной идентичности. По мысли профессора Киселевой, тут нет и, конечно, не может быть общих рецептов или общих решений. И все-таки…

Не все зависит от государства, хотя, конечно, оно играет немалую роль. Но ведь многое зависит и от внутреннего самоощущения человека, от его внутренней установки, от его готовности вступить в схватку с обстоятельствами, от среды — словом, от всего того, что создает не только правительство, не только государство, но и мы сами.

И невозможно было не согласиться с профессором Киселевой, которая особенно подчеркнула, что конференция тем и интересна, что здесь собрались очень активные, инициативные люди, которые многие вопросы для себя решили и хотят помочь другим, в частности, нам, живущим в Эстонии. Они немало пережили, они прошли нелегкий путь, справились с тем, что подставляла им судьба. Может быть, поэтому многие выступления были так горячи, так эмоциональны.

Любовь Николаевна особенно подчеркнула, что опыт этой конференции — это опыт встречи союзников, оказавшихся разделенными границами, это опыт возможного сотрудничества. И то, что теперь единомышленники встретились, познакомились между собой, будет способствовать развитию русскоязычного сообщества в разных странах.

Что же касается сохранения русского языка и культуры, о чем много говорили представители русских диаспор стран Балтийского региона, то, как заметила профессор Киселева, для нас это, очевидно, еще не является такой уж острой, насущной проблемой. Мы еще не поняли, что значит — терять, и склонны во многом пускать этот процесс на самотек. А это плохо, это неправильно. Проблема сохранения русского языка, русской культуры давно уже требует сознательных, конкретных усилий. Вот здесь, очевидно, и кроется та разница, которая существует между нами и которая во многом объясняется различными условиями возникновения русской диаспоры в разных странах.

Давно уже пора, отметила профессор Киселева, осознать себя не в большой стране, а в диаспоре со всеми вытекающими отсюда последствиями и со всей той ответственностью, которую налагает на нас состояние или положение, в котором мы оказались.

«Новые русские» не из анекдота…

Как горячий, взволнованный отклик на мысли гостей из зарубежья прозвучало выступление Татьяны Петковой, исполнительного директора творческого объединения «Мосты культуры». В программе конференции значилось, что она будет говорить о дятельности Союза славянских просветительных и благотворительных обществ Эстонии. Однако, выйдя на трибуну, она сказала, что общий настрой конференции заставляет ее говорить о другом.

В самом деле, как сохранить себя, свой язык, свою культуру в тех условиях, в которых мы оказались? Мировой опыт в этом плане, сказала Петкова, не слишком богат. Есть, конечно, уникальный пример еврейского народа, но в нем так много тяжелого, горького, что этот путь не хочется повторять.

Нам надо научиться ценить себя. Нам надо открывать себя миру, показывать свое искусство, свое мастерство, свою культуру. Татьяна Петкова вспомнила, как эстонским ребятам показывали рисунки русских ребят. Они были другими, чем те, к которым привыкли эстонцы, но они были интересны своей самобытностью, своим темпераментом, своими традициями.

Вообще-то мы знаем, а если не знаем, то пора научиться понимать, что у русской культуры есть зажигательная способность, умение захватывать, очаровывать такими вещами, которые нельзя потрогать руками. Дух, душа, пронзительная совестливость… Впрочем, нет нужды сейчас подробно разбирать, что это такое — русская культура. Скажем лишь, что ею, своей принадлежностью к ней можно и нужно гордиться. И в этом смысле на нас, живущих за пределами метрополии, ложится особая ответственность — открывать ее миру, показывать, что такое — русский человек. Не пьяница, не дебошир, не наркоман, а особый, если хотите, тип человека. Что ж, может быть, именно в столкновении с другими культурами, с другой средой рождается тип «нового русского». Они, а не «новые русские» из анекдотов должны и будут жить в XXI веке, в сложном, большом мире.

Татьяна Петкова вспомнила, кстати, как Циля Лауд, председатель Еврейской общины, напутствуя молодых людей, уезжающих в Европу, сказала: если что-то случится с вами, если у вас возникнут сложности, ищите еврея, он поможет. Как было бы хорошо, если бы и мы могли сказать: если возникнут проблемы, ищите русского, он поможет.

Ну, а в заключение хотелось бы особо отметить организаторскую роль Русского музея Эстонии, быть может, необычную, непривычную вообще для музеев. Как сказал Хейго Сахк, «мы не считаем, что наше дело — лишь развесить на стенах картины». Впрочем, о планах музея, о том, как понимают свою роль его сотрудники, мы расскажем отдельно…

Copyright ©1996-2024 Институт стран СНГ