Notice: Undefined variable: links in /home/materik/materick.ru/docs/bullib.php on line 249
Материк. Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

В Орду за ярлыком

02.10.2006. Cainfo.ru

Андрей Грозин

С 26 по 30 сентября прошел визит в Соединенные Штаты президента Казахстана Нурсултана Назарбаева. Согласно официальным заявлениям казахстанского МИДа, эта поездка должна укрепить стратегическое партнерство между Астаной и Вашингтоном. На первый взгляд в данном случае имел место обычный протокольный визит очередного лидера очередного «нефтегосударства» в «вашингтонский обком».

 Кстати, и обставлен был визит соответствующе: Нурсултан Абишевич немного погостил в родовом имении Бушей «Уокер пойнт» в Мэне, пообщался с папой нынешнего президента (как написали казахстанские СМИ, «за ужином они вспомнили прошлое, а также затронули вопрос будущего Казахстана»), побывал в Конгрессе, получил в качестве подарка флаг США, пообщался с конгрессменами и большим «другом» России вице-президентом Чейни, министрами торговли и энергетики, директором ЦРУ, открыл памятник на территории казахстанского посольства и побеседовал с Джорджем Бушем за закрытыми дверями в Овальном кабинете.

Никаких серьезных документов подписано не было, что, впрочем, ожидалось изначально. Вместе с главой Казахстана в США нанесли визит «смотрящие от ведущих групп элиты: министр иностранных дел Касымжомарт Токаев (от Р. Алиева и Д. Назарбаевой), вице-премьер Карим Масимов (от Т. Кулибаева) и руководитель администрации президента Адильбек Джаксыбеков (от самого себя и складывающейся вокруг него элитной группы «новых бюрократов»). В общем, казалось бы, ничего необычного – все как всегда.

Последнюю свою поездку в Штаты Н. Назарбаев совершил осенью 2001 года. Тогда Вашингтон активно сколачивал «антиталибскую коалицию», и визит казахстанского президента оказался весьма кстати. В то же время в самом Казахстане разворачивался внутриэлитный кризис вокруг нынешнего вице-министра иностранных дел Рахата Алиева (и, по совместительству, «старшего зятя» президента РК), но своего пика с высылкой мужа Дариги Назарбаевой послом в Вену и посадкой двух лидеров «младоказахской демократии» по обвинению в коррупции, он тогда еще отнюдь не достиг.

В 2001 году Назарбаев поддержал американцев, за что получил от Вашингтона гарантии спокойного пребывания на президентском посту и спокойную реакцию на резкое «закручивание гаек» во внутренней политике РК. Власти Казахстана тогда прикрыли ряд оппозиционных СМИ, усилили давление на оппозицию, но американцы восприняли эти гонения очень индифферентно.

Вообще, до недавнего времени – именно до 2001 – 2002 гг. – Соединенные Штаты и, шире, Запад уделяли центральноазиатским постсоветским республикам явно «остаточное» внимание, концентрируясь на ритуальных заявлениях о «богатом энергетическом потенциале региона» и не слишком активно выступая в защиту весьма немногочисленных местных диссидентов. США долго относились к новым независимым республикам Азии очень настороженно: имело место стойкое убеждение (весьма, впрочем, нелепое в то время), что мусульманская Средняя Азия является удобным «плацдармом» для динамичного роста исламистского радикализма. Как показала практика, постсоветская Азия оказалась способной к политическому и деловому сотрудничеству с мировыми державами, а исламский экстремизм пока не завоевал прочных позиций в регионе и лишь ведет затяжную борьбу со светскими режимами.

До последнего времени и экономическое, и оборонное сотрудничество строилось Вашингтоном на основе а) односторонней выгоды, б) с максимально возможной минимизацией для себя любых затрат.

В Вашингтоне сделали определенные выводы из своего «иранского опыта». Тогда, в 1979 г., исламская революция в этой стране немногим более чем за полтора месяца уничтожила плоды более чем десятилетней работы с шахским режимом, выглядевшим достаточно прозападным, но отягощенным системой кланово-родственной коррумпированности и нищетой более чем 80% населения. Схожую картину можно наблюдать сейчас и на постсоветском азиатском пространстве.

Американская стратегия по отношению к государствам Центральной Азии выглядит как разноуровневая система:

– заигрывание и прямой подкуп высших эшелонов нынешней власти с обещанием разрешить ее основные внутриполитические проблемы;

– некоторые реверансы в пользу ориентированной на Запад местной оппозиции. Ее финансирование через различные неправительственные организации и консолидация в качестве вероятного «резерва»;

– активизация экономического проникновения в регион с опорой на новые военные базы.

В то же время расширение американского военного присутствия привело к активизации внутригосударственных негативных процессов в государствах региона.

В марте 2005 года в Киргизии после недельных беспорядков и погромов в южных областях и столице страны был свергнут режим Аскара Акаева. Все прошедшие после «революционного переворота» месяцы устойчиво демонстрировали, что ситуация в стране не стабилизируется и Киргизия перманентно находится на грани превращения во «флибустьерскую республику». По всей вероятности, республика еще долго будет переживать многочисленные безрадостные последствия стихийной смены власти.

Узбекистан последние три года испытывает определенные трудности в обеспечении стабильного экономического развития своих аграрных регионов.  Экономический рост в стране (хотя и довольно стабильный за последние годы) не успевает за высокими темпами прироста населения.

В Ташкенте серьезно полагали, что экономическое и военно-политическое сотрудничество с США, на что они наивно надеялись, должно было решить узбекские экономические проблемы. Однако после жесткого подавления попытки мятежа в Андижане против руководства Узбекистана была развязана полномасштабная информационная война западных государственных и правозащитных организаций. Осенью 2005 г. в ведущих американских СМИ даже появились требования экономического и политического давления на режим. Ислам Каримов, быстро убедившись в тщетности своих прошлых надежд, ответил на это давление выводом американской базы с территории страны, полномасштабной переориентацией внешней политики на Россию и Китай и вступлением в Евразийское экономическое сообщество и Организацию Договора о коллективной безопасности.

У Штатов оставалась еще одна база в Киргизии, но официальный Бишкек устроил долгий торг вокруг пребывания американских военных и разведчиков в стране. Одно время даже казалось, что США будут вынуждены свернуть военно-воздушную базу в стране «тюльпановой революции» и перенести ее в другую страну. В качестве наиболее вероятного места будущей дислокации многие СМИ называли Казахстан.

«Вылетев» из Узбекистана с совершенно неожиданной скоростью, США буквально «на коленке» начали выстраивать новые линии своей стратегии в Центральной Азии. Появилась многократно откомментированная в российском и центральноазиатском экспертном сообществе (и, по большей части, весьма негативно воспринятая) идея БЦА – «Большой Центральной Азии». Мало кому в Ташкенте и Астане, как и в других постсоветских республиках, понравилось намерение госдепа «пристегнуть» их к такому демократическому и экономически привлекательному государству как Афганистан.

При всей, на первый взгляд, нелепости данной умозрительно-геополитической конструкции, США явно не намерены от нее отказываться (как и от еще более сомнительной идеи Большого Ближнего Востока). Заместитель Кондолизы Райс Ричард Баучер, курирующий Южную и Центральную Азию, накануне визита казахстанского лидера в США (это, конечно же, просто совпадение) в комиссии сената по международным отношениям сказал очень много интересного о планах госдепа относительно Центральной Азии. Думается, у всех лидеров бывших советских азиатских республик появился новый повод очень серьезно задуматься. Некоторым из них, имеющим в своем прошлом стаж членства в КПСС и опыт работы на высоких партийных и советских должностях, вообще можно впасть в отчаяние.

Приоритетами американской политики в этом регионе, по словам г-на Баучера, являются создание устойчивых связей республик Центральной Азии со странами Южной Азии; отрыв их от интеграционных процессов с Россией и Китаем; ослабление влияния Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и ОДКБ. Впервые эта идея открыто озвучена со столь высокой трибуны.

Особенно неприятно для нынешних политических режимов региона прозвучала такая важная задача Вашингтона, состоящая в «постепенном вытеснении постсоветских политических элит и замена их новой генерацией политиков, ориентированных на Запад». Для достижения этих целей перед Госдепом США поставлены на центральноазиатском направлении новые задачи.

Баучер заявил, что сейчас самое время для создания реальных условий усиления позиций США и Запада в политической жизни и экономической сфере стран Центральной Азии. Причем делать это можно очень просто – путем дозированного их допуска к политическим и экономическим институтам Запада и за счет усиления финансово-экономической зависимости от международных институтов, находящихся под контролем Штатов, снижения уровня их сотрудничества с РФ и КНР.

Решение задач по усилению политического влияния Вашингтона в регионе было обозначено как реализация вышеупомянутой идеи БЦА под неким «надзором» США. Это будет происходить через финансирование экономических проектов в этих странах, прямо или косвенно противостоящих интересам России и Китая. А также через снижение уровня их участия в ШОС и ОДКБ.

Экономическую политику США в регионе заместитель Райс представляет как переориентацию экономических связей стран Центральной Азии с России и Китая на Южную Азию через перспективные проекты сотрудничества с Пакистаном, Афганистаном, Индией. В числе приоритетов были выделены добыча углеводородного сырья и прокладка трубопроводов в обход территории России и Ирана, энергетические проекты по возведению ЛЭП с выходом на Афганистан, Пакистан, Индию, а также строительство коммуникаций, развитие транспорта, горнодобывающей отрасли, контроль над распределением водно-энергетических ресурсов. Естественно, все это должно реализовываться при прямом участии американского бизнеса.

Откровенно было сказано и о военно-политическом сотрудничестве: политика США в регионе должна идти через «американизацию силовых структур» – как в Грузии. По Баучеру, необходимо шире практиковать военные контакты всех уровней, оказывать «любую помощь», которая «прочно привязывала бы их к Америке» и обеспечивала бы присутствие Пентагона в Центральной Азии на постоянной основе.

Для реализации этого «громадья планов» Вашингтону необходима «опорная территория». Сейчас на роль своего «стратегического регионального партнера» США усиленно зазывают Казахстан. В последнее время Вашингтон расточает многочисленные комплименты Астане и даже активно лоббирует идею казахстанского руководства (появившуюся накануне президентских выборов в республике в декабре 2005 г.) об особой роли Казахстана как страны, призванной стать региональным лидером в ЦАР, а также в Прикаспийском регионе.

Стремление Вашингтона поддерживать и выдвигать на роль лидера в регионе Казахстан понятно: после разрыва с Ташкентом для США просто нет других вариантов – из пяти постсоветских азиатских республик лишь Ташкент и Астана могут реально претендовать на роль регионального лидера. Кроме того, прагматизм политики Казахстана в Прикаспии позволяет американским ТНК свободно вливать в нефтедобычу инвестиции и, используя их, контролировать огромную часть прибыли: если в основе нефтяного бизнеса лежит физический контроль над запасами углеводородов, то еще более важным является вопрос распределения прибылей от реализации нефти и газа.

Говоря о потенциальном доминировании в регионе Казахстана, Соединенные Штаты стремятся к собственному доминированию. Желание американцев «рулить» на Каспии и в ЦАР подается под весьма привлекательной для казахстанских властей оберткой: «Прозрачный, стабильный и предсказуемый инвестиционный климат в Казахстане не только сможет привлечь дополнительные инвестиции, но и станет источником новых рабочих мест, – высказался недавно в Астане министр энергетики США Сэмуэль Бодман, – в ближайшие пять лет объем инвестиций в Республику Казахстан может удвоиться».

В Астану один за другим стали приезжать высокопоставленные американские политики, начиная от вице-президента Чейни и заканчивая госсекретарем Райс. Это обстоятельство дало Нурсултану Абишевичу возможность в декабре 2005 года спокойно и без нервотрепки, обеспечиваемой контролируемыми Западом НПО, переизбраться (со скромными  91% голосов «за») на новый, теперь уже семилетний президентский срок – до 2012 года.

Кредит доверия США нужно оправдывать. Эксперты предсказывают, что и в этот раз Вашингтон добьется от Казахстана всего, чего хочет.

Назарбаев увяз в предусмотрительно подстроенном ему в начале 90-х годов прошлого века американцами болоте под названием «Казахгейт» (много лет тянущийся процесс по делу Джеймса Гиффена – американского бизнесмена, по словам Internation Herald Tribun, «обвиняемого в даче взяток в десятки миллионов долларов высокопоставленным казахстанским чиновникам, включая Назарбаева, с целью скрепления сделок с американскими нефтяными компаниями»). Впереди у Нурсултана Абишевича еще семь лет президентства, а затем нужно будет что-то придумать, чтобы обеспечить «преемственность власти». Высока вероятность того, что вопрос с «преемником» придется решать даже раньше 2012 года. Годы, как говорится, берут свое, да и внутриэлитная ситуация уже весьма напряжена (особенно после, мягко говоря, очень странных убийств и «самоубийств» среди высшего слоя оппозиционеров, сохранивших многочисленные связи с ведущими кланами элиты страны).

В политических системах, где власть сконцентрирована в руках одного человека, невидимая часть борьбы представляет для стабильности гораздо больший риск, чем какие-то «цветные революции» (хотя и этого исключать не следует). Элитные группы Казахстана все серьезнее думают не о текущем моменте, а о предстоящей смене первого лица страны. Сейчас борьба за влияние в рамках существующей системы власти начинает сливаться с процессами борьбы кланов за «место под солнцем» уже «после Назарбаева».

Что же касается конкретной «отдачи долгов», то, конечно же, республика будет наращивать нефтедобычу и экспорт углеводородов в западном направлении. Неслучайно Казахстан уже обязался направлять часть своей нефти в нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан, несмотря на свои обязательства перед другими партнерами. Менее важным, однако сделанным в том же направлении шагом можно считать и согласие «КазМунайГаза» поставлять нефть на литовский Mazeikiu Nafta – после покупки принадлежавшего ЮКОСу завода польской компанией ORLEN Россия с явным раздражением относится к перспективам его загрузки нефтью, поставляемой через российскую территорию.

Казахстанские власти постоянно говорят о том, что их страна через десятилетие войдет в десятку ведущих государств-нефтеэкспортеров, и в этой связи Казахстану было бы нелогично отступать от политики лавирования между мировыми центрами силы, которая приносила ему успех.

Участие в схеме «нефть в обмен на политическую поддержку» отнюдь не гарантирует ни Казахстану, ни политическому режиму страны беспроблемного существования. Общеизвестно, что Соединенные Штаты никогда не были надежным союзником ни одного государства. Вашингтон всегда и везде в первую очередь ищет противоборствующие силы, которые затем стравливаются, взаимно ослабляются и становятся полностью зависимыми от «внешнего арбитража».

В США давно уже считают постсоветских лидеров Центральной Азии политиками, исчерпавшими свой ресурс (Баучер в приведенных выше высказываниях на эту тему просто откровенно высказал то, что все и так знали). И прошедший визит президента РК вряд ли способен заставить Белый дом кардинально пересмотреть свое отношение к данному вопросу. Не стоит забывать о том, что, запустив ряд сценариев смены политических режимов на пространстве бывшего СССР («бархатные революции») Запад с конца 2003 г. резко радикализировал процесс борьбы за влияние в бывших советских республиках. Под воздействием этих механизмов обостряется борьба внутри элит в азиатских республиках. В конечном итоге эти игры, затеянные в Центральной Азии, могут закончиться очень плохо. И при всех разговорах о «стратегическом партнерстве» и обещаниях «долларового дождя» инвестиций, стратегия США на радикальную ротацию элит на постсоветском пространстве остается неизменной стратегической линией.

Пока Нурсултан Абишевич способен приносить выгоду США, он будет президентом Казахстана. Как только американские стратеги решат, что пребывание нынешнего президента и его окружения у власти несет в себе больше проблем, чем пользы, Штаты не раздумывая избавятся от них – различных методик этого процесса в США наработано более чем достаточно.

Copyright ©1996-2024 Институт стран СНГ