Notice: Undefined variable: links in /home/materik/materick.ru/docs/bullib.php on line 249
Материк. Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Кашаган и Европа: векторы пока не сходятся

05-07.03.2007. Gazeta.kz

Акрам Асроров

Недавно СМИ сообщили о том, что промышленная разработка месторождения Кашаган откладывается на 2011-2012 годы.

Тем самым затягивается процесс создания Казахстанской каспийской системы, которая должна связать месторождение с нефтепроводом "Баку-Джейхан".

Специалисты разрабатывали две схемы поставки казахстанской нефти на терминалы Азербайджана: танкерный флот или нефтепровод. В конце концов, остановились на втором варианте.

Но в связи с очередным переносом сроков освоения Кашагана, деньги на проводку нефтепровода тоже придерживаются. Насколько долго, пока не может сказать никто.

Европа намеревалась к 2010 году получить до 50 миллионов тонн нефти из Каспийского региона, но и эти ожидания обмануты.

Складывается впечатление, что Кашаган изначально задумывался как политический пиар в стремлении США ослабить нефтяные вожжи Москвы в отношении Старого Света.

СПРАВКА: С геологическими запасами в 4,8 млрд. тонн нефти Кашаган является крупнейшим месторождением в мире, открытым в последние 30 лет. Разработку ведет консорциум Agip KCO, состоящий из Eni (оператор), ExxonMobil, Royal Dutch Shell и Total (владеют по 18,5% акций), ConocoPhillips - 9,3%, Inpex и "КазМунайГаз" - по 8,3%.

Европейская стратегия

В рамках новой энергетической стратегии Европейский Союз пытается решить свои энергетические проблемы за счет поставок каспийской нефти и из других источников в мире.

Наиболее активным сторонником идеи ослабления российской энергетической петли выступает еврокомиссар по энергетике Андрис Пиебалгс.

Именно ему принадлежат слова искренней обеспокоенности ЕС ситуацией на казахстанском нефтяном рынке. Он предупреждал Астану о том, что уже купившие два крупных актива китайские компании, возможно, займутся в Казахстане резервацией ресурсов. В переводе с экономического языка это означает - застолбить месторождение и регулировать добычу. Естественно, исходя из потребностей Поднебесной.

Крайняя настойчивость всегда сопряжена с неискренностью. Так и в случае с европейскими чиновниками. Они отдают себе отчет в том, что на фоне упрямой России, не собирающейся ни подписывать энергетическую хартию, ни допускать к стратегической экспортной трубе европейцев, любые другие поползновения на Восток чреваты недопоставками энергоресурсов на европейский рынок.

Казахстан уже сделал два шага в этом направлении. Первый шаг - запустил нефтепровод "Атасу-Алашанькоу" проектной мощностью 20 миллионов тонн ежегодно. ЕС осознает, что пробный камень в виде нефтепровода со временем может превратиться в целую систему нефтепроводов, а мощности будут расти по мере густоты экспортных маршрутов в Азиатско-Тихоокеанский регион.

Второй шаг - пустил на казахстанский рынок китайские компании CNPC и Citic. Пока казахстанское законодательство в два этапа пыталось ограничить иностранное присутствие на нефтяном рынке, китайцы успели скупить две канадские компании. Правда, пришлось поступиться 50-процентными долями в обоих проектах для "КазМунайГаза", но, по большому счету, для Китая - технические характеристики нефтяных активов имеют мало значения. Главное - зайти, выход они сами найдут.

Беда европейцев в том, что у них нет мощных рычагов давления на Россию, а отказаться в угоду политическим амбициям от энергопоставок они никак не могут. Единственный шанс сохранить лицо при довольной плохой актерской игре - попытаться привлечь к Транскаспийскому газопроводу Казахстан, Азербайджан, Туркменистан и Узбекистан.

Ошибка американцев

Изначально война в Ираке предусматривала установление контроля над районом, где добывается львиная доля мировой нефти. Мало кто верил в то, что режим Саддама Хусейна разрабатывал оружие массового поражения, или его аналоги.

С момента оккупации прошло несколько лет, а стабильностью и процветанием в Ираке и не пахнет. Наоборот, недавно администрация инициировала усиление американского контингента в этой стране, что говорит, во-первых, о выходе ситуации из-под контроля и неэффективности режима, установленного в Ираке американцами. Во-вторых, и это еще более важно, не видно конца войне, субсидируемой за счет американских налогоплательщиков. Победные реляции военного командования на поверку оказались лишь очередной пропагандистской кампанией. До мира в регионе Персидского залива еще далеко.

На фоне бессилия США в Ираке усложняется обстановке на палестинских территориях, а Иран все чаще выступает с идеями, способными если не сейчас, то в будущем нарушить мировую гегемонию американцев. Безусловно, один Иран не в состоянии создать даже подобие антиамериканского союза. Но, как справедливо полагают в Тегеране, Россия может стать становым хребтом давно муссируемой идеи "газового ОПЕК".

Иран предложил, Россия думает. Судя по всему, необходимость объединения стран-производителей газа перед американской угрозой, сегодня понимают все, но никак не могут высказать свое согласие в публичной форме.

Есть еще идея "энергетического клуба стран-членов ШОС", родившаяся в октябре 2005 года в Ташкенте. Тогда дочь президента Узбекистана Гульнара Каримова озвучила ее на энергетической конференции. Форум стал своеобразной презентацией Центра политических исследований, который она тогда возглавила. Вкратце, это союз производителей и потребителей энергоресурсов в рамках ШОС с потенциальным присоединением к нему стран-наблюдателей Ирана, Индии, Пакистана и Монголии.

Стратегическая ошибка американцев в том, что они взвалили на себя непосильную ношу. Попытка контролировать добычу нефти в Персидском заливе путем оккупации одной из стран вызвала сильную обеспокоенность со стороны стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Китай, Индия, Южная Корея и Япония инициируют создание нефтепроводов из России и Казахстана. Астана, в свою очередь, очень надеется, что по газопроводу, строительство которого начнется в 2010, можно будет пустить на Китай часть туркменского газа.

В ситуации, когда вслед за трудоемким текстилем в Юго-Восточную Азию уходят энергоносители, не может не беспокоить США и их союзников.

Факторы риска

Американцы всегда делали ставку на нефтепровод "Баку-Джейхан". Поставка нефти из Каспийского региона в обход России со временем должна была перерасти из вопроса экономического в политический. Если Путин не желает подписывать энергетическую хартию и пускать на свой энергетический рынок Европу, так тому и быть. Мы построим нефтепровод, который покажет прикаспийским государствам, что прямые поставки в Европу возможны и даже экономически выгодны.

Для той же Европы - это козырный туз в колоде в диалоге с Москвой. Вы собираетесь в рамках диверсификации поставок строить нефтепровод "Восточная Сибирь-Тихий океан", пожалуйста, но мы примем на себя Кашаган и ресурсы Азербайджана.

16 июня 2006 года к БДТ присоединился Казахстан, взявший на себя обязательства ежегодно поставлять в систему 25 млн. тонн нефти.

Другая ключевая страна-поставщик, Азербайджан обеспечивает закачку такого же объема сырья. Как показывает практика, любые привлекательные проекты могут потерять свою привлекательность, когда сталкиваются с суровой действительностью.

Перенос сроков промышленной добычи на Кашагане рождает множество проблем. В первую очередь, экономических.

Чтобы оправдать проект БДТ ценой в 5 млрд. долларов, нужна кашаганская нефть. Это головная боль нынешней американской администрации, а вполне может статься, и следующей.

Американцы обещали Старому Свету джокер в виде нефтепровода "Баку-Джейхан" и стабильность поставок нефти из района Персидского залива.

Сегодня понятно, что БДТ будет работать наполовину своей мощности, а усиление американского военного контингента в Ираке предполагает, что стабильности в Персидском заливе нет. Еще неизвестно, как ляжет карта, когда Вашингтон захочет преподать урок хороших манер Ирану.

Кашаган, по сути, одна большая неразрешимая в ближайшей перспективе проблема. Начало добычи на месторождении переносилось несколько раз.

Первоначально Agip называл 2005 год, затем - 2008 год. За перенос сроков казахстанские власти получили от консорциума 150 млн. долларов.

Однако в 2006 году, в свою очередь, казахстанское правительство заявило, что добыча начнется в 2009-2010 годах. Похоже, что и этот срок был неокончательным. Agip KCO теперь заявляет, что добыча начнется не ранее 2011-2012 годов.

Политизация Кашагана налицо. Экономический интерес Астаны видится в том, что к 2015 году здесь намерены утроить добычу сырья до 150 млн. тонн нефти в год. Но, с другой стороны, как показывает ситуация вокруг проекта, Астана не спешит включать кашаганскую нефть в мировой энергетический баланс.

Можно предположить, что перенос сроков освоения месторождения связан с конъюнктурой на мировых нефтяных рынках. К 2011-2012 году станет ясно, какие инструменты станут наиболее влиятельными в нефтяном ценообразовании. К тому же, станет понятна и конфигурация нефтепровода ВСТО, который строит компания "Транснефть" на азиатский рынок. Западное направление поставок через БДТ Казахстану понятен. Не совсем ясен объем азиатского рынка энергоресурсов. Китайцы настроены стимулировать Астану увеличивать прокачку нефти по "Атасу-Алашанькоу" и склонны продемонстрировать, что рынок Поднебесной не менее привлекателен, чем рынок европейский.

В подобной ситуации Астану можно понять: прежде чем отрезать нужно семь раз отмерять. И потом множество вопросов по возможностям Кашагана.

Способно ли месторождение дать столько нефти, чтобы оправдать надежды президента АО "КазМунайГаз" Узакбая Карабалина? График был разработан следующий: 2008-2010 годы - до 21 млн. тонн, 2010-2014 - 42 млн. тонн, 2015-2041 - до 56 млн. тонн ежегодно.

В связи с переносом сроков по освоению Кашагана и этим планам предстоит пройти коррекцию. Сейчас трудно сказать, насколько серьезную.

Это создает некоторую нервозность на нефтяном рынке Европы, нарушает планы американцев, ставит под сомнение экономическую целесообразность БДТ, и вообще путает все карты.

Суть да дело

Очень занимательно проследить динамику событий с тех пор, как 17 февраля было объявлено о переносе сроков по освоению Кашагана.

Спустя неделю в Астану приехал помощник госсекретаря США по делам Южной и Средней Азии Ричард Баучер и министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедьяров. Совпадения, конечно, случаются, но в энергетическом секторе все имеет свою закономерность. Американцы, судя по всему, получили заверения Астаны в том, что перенос сроков по Кашагану больше не предвидится.

Азербайджан должен был уточнить позиции сторон по Каспийскому транспортному коридору и возможностях Казахстана наконец закачать в трубу недостающие 25 миллионов тонн нефти.

Как все на самом деле получилось, непонятно. Однако настрой уезжающего на родину Баучера и неплохое настроение Мамедьярова позволяют говорить о том, что больше никаких переносов не будет. На самом деле, во всей этой истории с Кашаганом есть момент, который трудно проанализировать.

Международный консорциум по Кашагану сегодня обвиняют во всех смертных грехах. Куда смотрели, когда готовили технико-экономическое обоснование (расходы на разработку выросли с 10 до 15 млрд. долларов), и почему не смогли решить технические проблемы. Что касается последнего, то официально главной причиной отсрочки проекта является, по мнению оператора, "сложная геология резервуаров высокого давления" и риски, связанные с большой концентрацией смертоносного сероводородного газа. Кроме технических проблем существует целый блок политико-экономических, который члены консорциума предпочитают не комментировать.

Статус Каспийского моря еще не до конца определен, поэтому нефтяным компаниям трудно строить долгосрочные планы, а иностранным инвесторам - вкладывать деньги. Часто в большой "каспийской игре" вместо "синицы в руках" можно получить и "журавля в небе". Далеко не всегда прогнозируемые запасы совпадают с реальными возможностями месторождений. И самое важное. Сегодня мало кто задумывается над тем, а нужно ли вообще форсировать освоение каспийской нефти? Есть ли стратегическая необходимость в быстрейшем вовлечении каспийских ресурсов в мировой энергетический рынок?

Чем больше на мировом рынке казахстанской нефти, тем выше уровень конкуренции между Россией и Казахстаном. Сейчас они работают на одних и тех же рынках.

Но борьба в одном регионе может стать вредной в других. Как сейчас и происходит. Россия и Казахстан фактически конкурируют на одном экономическом пространстве - на Каспии - за инвестиции. В среднесрочной перспективе начнется конкуренция за рынки, что неминуемо приведет к снижению цен, в первую очередь, за счет расходов на рабочую силу и социальную сферу. Это очень интересно нефтедобывающим компаниям, но никак не государствам.

Что делать

Астана и Москва могут выработать единую политику в плане развития топливно-энергетических комплексов двух стран. Общее происхождение, структурные связи, география комплексов - вот свойства, которые характеризуют родственные ТЭК. Вероятно, конкуренция между Россией и Казахстаном может развернуться на европейском рынке, куда направлены ресурсы Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), БДТ, нефтепровода "Одесса-Броды", лоббируемого Россией нефтепровода "Бургас-Александруполис".

Рынок Азиатско-Тихоокеанского региона, куда Москва тянет нефтепровод "Восточная Сибирь-Тихий океан" (ВСТО), а Астана уже имеет нефтепровод "Атасу-Алашанькоу" (в общей сложности проектной мощностью 100 миллионов тонн нефти в год).

У Москвы и Астаны нет такой жесткой организационной структуры, как ОПЕК у государств Ближнего Востока. Вследствие чего их влияние на конъюнктуру цен на мировых энергетических рынках минимально. Потому, принимая во внимание возможные конкурентные войны между ними, следует переформатировать потенциальную конкуренцию в потенциальную кооперацию.

Союз потребителей энергоресурсов на европейском рынке сформирован благодаря функционирующей структуре Евросоюза. Для полной картины мира не хватает еще одного союза - потребителей и производителей в рамках ШОС.

Возможно, в рамках этой региональной организации появляется структура, способная объединить интересы многих стран. В своей недавней мюнхенской речи российский президент Путин слегка напугал Запад тем, что страны БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай) способны уже в среднесрочной перспективе трансформировать свое преимущество в темпах экономического роста в геополитические рычаги давления.

Но только в случае…

Если Москве удастся в рамках "энергетического клуба" предложить взаимовыгодные условия экспорта углеводородов из Центральной Азии. Если же Россия этого сделать не сможет, продолжая по инерции использовать старый опыт, то в среднесрочной перспективе потеряет глобальный контроль не только над регионом, но и партнеров по энергетическому бизнесу.


Copyright ©1996-2024 Институт стран СНГ