Notice: Undefined variable: links in /home/materik/materick.ru/docs/bullib.php on line 249
Материк. Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

,
18 февраля 2002

Геополитика одного конца. Центральноазиатские аномалии

М.Исин

Гибели пожизненно-демократических режимов Центральной Азии, посвящается

В силу ряда причин внимание "мировой общественности" в последнее время оказалось приковано к Афганистану. Еще полгода назад Президент Буш-джуниор не совсем уверенно предполагал, что "Талибан – это музыкальный инструмент", сегодня он же бегло и без запинки перечисляет афганские города и населенные пункты, в которых в очередной раз не удалось обнаружить Бен Ладена. Да и сами названия, каковы – пещеры Торо-Боро, Сулеймановы горы, лесной массив Спин Гхар. Звучит, как музыка. Бен Ладен и мулла Омар – эмир правоверных – тоже звучит… Но по-другому. Откуда появились эти сказочные герои и сколько их всего в современной Центральной Азии? Вопросы, на которые трудно ответить.

ТЕНЕВЫЕ БОРЦЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

"Сращивание криминальных структур с чиновниками государственных органов, их проникновение в различные ветви власти усиливают в общественном мнении ощущение незащищенности граждан, компрометирует в его глазах само государство, к которому возрастает недоверие как внутри страны, так и за ее пределами".

И.Каримов – Президент Узбекистана, из книги "Узбекистан на пороге XXI века", Ташкент, 1997, с. 87).

Проблема №1 почти каждой из центральноазиатских стран – полное срастание институтов местной власти и т.н. правоохранительных органов с родо-племенным криминалитетом. В условиях почти полной остановки промышленности и глубокого кризиса сельского хозяйства, единственным способом производства на местах остается либо производство наркотиков, либо его трафик. И данный вид бизнеса целиком и полностью освоен отнюдь не картелями международной наркомафии, а именно местными жителями, точнее – сросшимися между собой институтами формальной и неформальной власти. Наркоторговля – в Таджикистане, Туркмении, Киргизии - не способ получения прибыли, а единственно возможное занятие, дающее средства на жизнь. И данный бизнес настолько плотно и прочно вошел в органику местной жизни, что выкорчевать его оттуда, пожалуй, можно только вместе с креслами некоторых из пожизненных президентов.

Российские СМИ давным-давно прямо указывали и называли поименно чиновников-наркоторговцев из ближайшего окружения Э.Рахмонова – министра по ЧС Мирзо Зиёева, мэра Душанбе и спикера Маджлиси Милли (верхней палаты парламента), по совместительству, Махмадсаида Убайдуллоева, наконец, – командира президентской гвардии Гафура Мирзоева (журнал "Эксперт", №31, 28 августа 2000, с. 5). Толку-то. Все указанные лица и поныне не просто живут и здравствуют на свободе, но и занимают упомянутые высокие посты. Правда, мэра Убайдуллоева немного посекло осколками от подложенной в служебный "Мерседес" бомбы, а Зиёева и Мирзоева ныне обвиняют также и в бандитизме, убийствах и разбойных нападениях, но в остальном – все по прежнему. 18 января сего 2002 года рассвирепевший по требованию России Э.Рахмонов собрал и разогнал в отставку, в полном составе, всю коллегию таджикских пограничников – председателя и пять замов Комитета по охране государственной границы. Также было рекомендовано подать в отставку и командирам всех двух таджикских погранбригад – обвинение тоже – участие "на паях" в наркотрафике. Несколько ранее торговали наркотиками и были в этом уличены глава Таджикских ВВС Л.Лисицкий и зам. начальника Главного Штаба МО Н.Ким. В Киргизии в 1998 году посадили за наркоторговлю начальника таможни главного государственного аэропорта "Манас" Б.Абдымомунова – именно того самого "Манаса", который ныне – американская военная база.

Но всех таджикских военных и киргизских таможенников вместе взятых переплюнули в предприимчивости таджикские дипломаты. В мае 2000 года на въезде в Алматы со стороны Киргизии были остановлены и досмотрены автомашины таджикского посла и торгпреда, в них обнаружили героин, ни много, ни мало – несколько килограммов.

Еще 14 кг нашли в гараже и еще 62 кг в других дипмашинах посольства и на квартире торгпреда, вкупе с чеком на миллион долларов США. И посол Негматов и торгпред Нематов только разводили руками, натурально изображая крайнее изумление, – откуда героин, чей, как попал в служебные машины и квартиры – понятия не имеем.

В июне 2001 г., в интервью казахстанским "Новостям Недели", новый посол Таджикистана в Астане Акбаршо Искандаров "утешил" – все сообщения об аресте и приговоре (в СМИ называлось и конкретное число лет отсидки – 16), его незадачливому предшественнику – суть неправда. Господин Садуллоджон Негматов признан виновным только в халатности и вообще никакого срока не получил. Хорошо хоть Алматинский суд успел наделить главного героя героиновой истории торгпреда Нематова (не путать с Негматовым) 15 годам отсидки.

Возникает вопрос, а как же 80 кг. Чистого героина выскобленного из посольских машин, гаража и квартир? Хороша халатность. В большинстве стран мира полграмма героина уже считается "крупной дозой", в Таиланде и Китае приговаривают к расстрелу и за меньшие количества "белой смерти".

Кроме таджикских товарищей, аналогичным видом бизнеса грешат и туркменские пограничники (наладившие трафик по Каспию с конечным пунктом назначения в Астрахани) и узбекские СНБисты (в качестве руководителя ташкентского наркокартеля чаще всего упоминается в российской прессе сам глава Службы Национальной Безопасности генерал Иноятов).

Подробностей и последствий, правда, никаких нет, как нет и никаких надежд на скорую остановку трафика. Как совершенно справедливо пишет журналист московской газеты "Время МН" Иван Муравьев, – "В Узбекистане есть большой бай, который делает вид, что сердится. Есть маленькие баи, которые делают вид, что боятся. Но все играют по своим правилам и ничего принципиально менять не желают".

КАДРОВЫЙ ТУПИК

"Моро худо зад" - таджикская народная присказка, в переводе на русский – "Бог наказал нас".

Мало того, что местные центральноазиатские вожди бесконтрольны сами по себе, они еще и не контролируют ситуацию в собственных вотчинах. Точнее всячески пытают убедить окрестный мир в том, что держат руку на пульсе, а на самом деле только искусно имитируют процесс государственной и законотворческой, в особенности, деятельности. Да, разместил у себя в Ташкенте И.Каримов региональный штаб ООНовской организации по борьбе с наркобизнесом, да - Сапармурад Туркменбаши создал и самолично возглавил Республиканскую комиссию по правам человека, киргизский Президент Аскар Акаев периодически осчастливливает мир очередными миролюбивыми инициативами и прожектами. Есть ли за всем этим полезным шевелением смысл? Есть ли осязаемый результат?

Вопреки громким заявлениям реально Рахмонов управляет только частью своей страны. Акаев – аналогично. Каримов – частью собственной родо-племенной элиты (всего у узбеков 92 племени). Туркменбаши – на первый взгляд, подмял под себя всё и вся, но, на деле, именно его едва не свергли с президентского трона собственные танкисты в сентябре 1998 года.

Вся эта когорта Президентов – Акаев, Каримов, Ниязов (в меньшей степени Рахмонов) – появились в своих креслах достаточно случайно и именно как продукт советского наследия. Их "посадил" во главе национальных республик Центр (Москва), селекционировав наиболее удобные для себя качества. Прежде всего, учитывалась, как это казалось московским стратегам, вне-элитность данных фигур, их не встроенность в традиционные системы местной власти и клановой структуры.

Туркменбаши выбрали и поставили во главе республики только потому, что он – голимый сирота, детдомовец. Отца – попавшего в плен политрука расстреляли немецко-фашистские оккупанты, мать и остальные ближайшие родственники погибли во время Ашхабадского землетрясения 1948 года. Рос в детдоме, высшее образование получал в Ленинграде, там же женился на полу русской, полу еврейке Музе Алексеевне. Звезд с неба не хватал, но прилежно ворошил бумажки в секторах и отделах ЦК Туркменской компартии – считался там специалистом по тяжелой промышленности, как же, целых четыре месяца проработал инженером на Безмеинской ГРЭС. Затем – партком, горком, обком, ЦК…

Почти аналогичная история объясняет появление во главе узбекской парторганизации Ислама Каримова. После тотальной зачистки "старых кланов", уличенных в тотальной "хлопковой" коррупции, к власти в Ташкенте пришли ставленники Москвы – давно находившийся на дипработе Нишанов (1-й секретарь ЦК), 20-лет просидевший в лекторской группе ЦК КПСС Халмухамедов (секретарь по идеологии) и пр. "Старые" кланы – Ташкентская и Ферганская группировки – отошли в тень, затаились и пытались использовать фигуру И.Каримова в качестве тарана, призванного свалить московских ставленников. Для этой цели и были разыграны знаменитые Ферганские события 1989 года – резня турок-месхетинцев, а затем и "Ошская" киргизо-узбекская война 1990 года. Инициировав беспорядки "старая" элита недвусмысленно давала Москве понять, что управлять страной без нее – невозможно. Каримов – Самаркандский "ирони" (а по другим сведениям вообще метисированный бухарский еврей) – идеально подходил на роль промежуточной и компромиссной фигуры, которая бы временно устраивала всех. Однако неожиданно свалившаяся на голову независимость спутала все планы. Каримов получил в руки оружие, которого не было и не могло быть у его соперников – силовые структуры ранее подчинявшиеся Центру.

Похожий случай и с "призванием на президентство" в Киргизии, главного местного академика (а несколько ранее – заведующего отделом науки ЦК КП Кир.) Аскара Акаева. Соперничавшие "южные" и "северные" кланы также полагали его президентство событием сугубо временным и недолгим, компромиссным, получилось иначе. Хотя тут надо сразу отметить, Акаев – прямой потомок едва ли не самого влиятельного и известного (в XIX веке) киргизского племенного вождя – манапа Сары-багышского союза племен Шабдана, получившего от русского правительства воинское звание майора и медаль, за активное пособничество в завоевании Средней Азии, а конкретнее – разгром Кокандского ханства. Посему Аскар Акаевич в традиционной родо-племенной иерархии всегда был фигурой заметной и далеко не последней.

С интронизацией Рахмонова ситуация совсем комичная. В 1992 году, как известно, Таджикистан столь прочно погрузился в пучину междоусобиц, что конца им, казалось, не было видно. Предыдущий президент Рахмон Набиев вынужден был сначала под дулом автоматов отречься от власти, а потом и вовсе застрелиться (по другим версиям его все-таки застрелили, по официальной – он умер сам от сердечного приступа). В столице – Душанбе – царил хаос, город обложили со всех сторон боевики прорвавшегося с юга кулябского "Народного фронта", во главе с своим вожаком Сангаком Сафаровым. В этих условиях в Ходженте (Ленинабаде, точнее в пригородном кишлаке Арбоб) была собрана XVI сессия Верховного Совета, на которой все тот же Сафаров выкрикнул имя нового главы государства – никому не известного доселе директора совхоза имени Ленина из Дангаринского района и председателя Кулябского облисполкома (был на тот момент в этой должности 3 сутки) Эмомали Рахмонова. Возразить, зная крутой нрав уголовного авторитета, никто не посмел.

О Рахмонове за несколько месяцев до "избрания в Президенты", оставил любопытные заметки Махмуд Худойбердыев – "Приезжает ко мне в отряд, директор совхоза Рахмонов, глазки бегают, на ногах резиновые сапоги, говорит – "Сено-пено, надо? Возьми, брат, дешево отдам". И вот это – "Сено-пено, надо" – стало президентом страны и спустя какие-то 10 лет собирается торжественно праздновать на государственном уровне юбилей "Судьбоносной" 16-й ноябрьской сессии. По справедливости, Рахмонову надо бы отлить из чистого золота памятник Сафарову, переименовать в его честь улицы и города…

Такие люди стали президентами. Отсюда и дальнейший результат.

Беспомощность "Президента" Рахмонова (для примера) связана, прежде всего, с тем, что Таджикистан, практически, разделен на зоны влияния, где каждая группировка действует исходя из своих интересов.

Исторически, доминировали во властных структурах "северяне" – ленинабадцы или ходжентцы (Р.Набиев, К.Махкамов, Б.Гафуров). На вторых ролях были южане из Куляба и Курган-Тюбе (Э.Рахмонов, М.Убайдуллоев), на третьих – представители центральных районов – Душанбе, Гарма, Тавильдары (М.Максум, Абдулло Нури) и совсем на номенклатурной обочине – памирцы, бадахшанцы (Ш.Шотемор, М.Навжуванов).

"Обделенные" памирцы и "центральные" в ходе гражданской войны, в которой они назвали себя "демократами" и "исламистами", попытались изменить ситуацию и оттеснить от рычагов ставших "коммунистами" и "народо-фронтистами" южан и северян. Частично (в отношении ленинабадской клики) это удалось, но, в конце концов, власть монополизировали южные "кулябцы".

В настоящее время, по данным местных авторов, сами "кулябцы" во главе с Рахмоновым делятся на несколько группировок. Первое место здесь занимают "дангаринцы" - в эту группу кроме президента входят командир спецназа МВД Таджикистана Сухроб Касымов, министр безопасности Х. Абдурахимов, министр обороны Ш.Хайруллаев, министр внутренних дел Х.Шарипов, а также родственники главы государства, занимающие руководящие должности в аппарате президента и ряда министерств. Вторая группа - "пархарцы", во главе с "серым кардиналом" М.Убайдуллаевым и командующим президентской гвардии Г.Мирзоевым, а также лица, занимающие ключевые должности в правительстве РТ и являющиеся уроженцами Пархарского района Таджикистана. Третья группа - "ховалингцы", в которую входят заместитель премьер-министра страны С.Зухуров, недавно уволенный за наркоторговлю председатель КОГГ С.Камалов, начальник ГАИ республики Ш.Нуралиев. Четвертая группа - "дарвазцы", в этой группе состоят - командир погранбригады и нарко-барон, по совместительству, К.Чолов, председатель "Таджикхлоппрома" А.Баяков и родственники легендарного Сангака Сафарова. Пятая группа "кулябцы" - бывший председатель налогового комитета С.Кувватов, бывший председатель комитета по обеспечению специальным имуществом Одинаев Хикмат и один из теневых лидеров республики Рустамов Сафармад, а также братья Лангариевы.

Хитрющий самаркандский лис Каримов умело стравив между собой зачистил и "ташкентцев" и "ферганцев", которые имели своих исторических лидеров: "ферганцы" – Иманжол Усманходжаев, Усман Юсупов, Амин Ниязов, Абдулла Рахимбаев; "ташкентцы" – Сабир Камалов, Мансур Мирза-Ахмедов, Мирахат Миркасымов, Ариф Алимов, Акмаль Икрамов, Султан Сегизбаев и др.

Методично и неумолимо убирает из своего окружения Ислам Абдуганиевич любые фигуры сколь-нибудь набирающие силу, вес и собственное лицо. В последние год-два задвинул поглубже в провинцию двух потенциально становящихся опасными вице-премьеров – Бахтияра Хамидова (в Кашакадрью) и Бахтияра Олимжонова (в Сурхандарью), соответственно. В сентябре 2001 года лишился поста хокима Ташкента также в заподозренный Казим Туляганов. Рядом, вокруг, остались только бессменные спецслужбисты – КГБисты – опора и надежа режима - бессменный глава СНБ РУ Рустам Иноятов и МВД Закир Алматов. Они и есть, правая и левая рука режима Ислама Каримова. Плюс – государственный советник по кадровым вопросам Темур Алимов и вновь возвращенный на пост госсоветника сосед по махалле Исмоил Джурабеков. Стоит ли после этого удивляться топорности действий узбекских официальных лиц и органов – на всех уровнях, самых высоких, не моргнув ни одним глазом, отрицали высадку американских десантников в Ханабаде, когда уже все мировые агентства крутили ролики о посадке "Геркулесов" или история с последним референдумом о продлении сроков полномочий президента и реформе парламентской системы? В этой связи хорош анекдот – "2007 год. В Узбекистане решено провести референдум по созданию трехпалатного парламента, двухъярусного правительства, двадцатичленного Конституционного суда, общенационального стандарта пятиместной кровати и в связи с этим продлить сроки полномочий ныне действующего президента еще на пять лет".

Абсолютно зеркальная картина в знойной Туркмении. В качестве хранителя тела (и трона) Туркменбаши выдвигается глава местной КНБ и, одновременно, (с июня 2001 г.) советник Президента по правовым вопросам и координации деятельности правоохранительных и военных органов - Мухаммед Назаров – человек простой и душевный, не обремененный муками совести и бесчувственный к мольбам оппозиционных страдальцев. Лично допрашивая правозащитника Мамедова обещал, что "никому не позволит расшатывать наш Туркменистан, наносить вред нашей Родине". После предательского бегства в Москву экс-главы МИДа Бориса Шихмурадова, именно Назарову удалось хоть как-то угомонить безутешно рассвирепевшего Сердара, снять первый стресс обещаниями примерно наказать "Иуду". Шихмурадов (а точнее Шихмурадовы) – одновременно с Борисом порвал с Туркменбаши и его брат Константин – сбежали очень не во время. Ситуация в стране итак оставляла желать лучшего, в 2000-2001 годах Сердар произвел очередную тотальную кадровую чистку – убрав на покой, или под арест, последние крупные и потенциально опасные фигуры. Ныне кадровый пейзаж туркменской номенклатуры – лунная поверхность, девственная пустота, чистота и тишина, ни пылинки не шелохнется, только следы огромных кратеров от разрушительных попаданий прошлых кадровых решений. Все, что даже намеком, даже слабым позывом, походило на инакомыслие – зачищено и прочно утрамбовано в Каракумский песок. Осталось в креслах только полное и абсолютное дубьё, готовое ползая "целовать песок, по которому Оно ходило".

В этом плане знающего человека ничуть не удивила последняя инициатива (май 2001 г.) пресс-секретаря Пожизненного Демократа, некоего Какамурада Баллыева, именовать Туркменбаши Пророком. Действительно, закостенели как-то ряды основоположников – Мухаммед, Муса, Иса – пора потесниться для Сапармурада Многомудрого. Кстати, в текст молитв читаемых в туркменских мечетях уже включены (в самый конец), пожелания доброго здравия и слова благодарности в адрес Отца Туркмен.

Однако, в целом, ситуация для Туркменбаши складывается не очень… много хуже, чем для того же Каримова. Своей "дружбой" с талибами и отказом предоставить аэродромы для анти-террористической операции он крепко огорчил Запад, постоянными скандалами из-за каспийского шельфа испортил отношения с Азербайджаном и Ираном, не желанием пойти на уступки в цене за газ осложнил отношения с Москвой. Куда ему еще податься? Задружиться с Саддамом Хусейном?

Однако даже в центральноазиатском повальном застое в последнее время чувствуются новые веяния. Набирает силу Туркменская оппозиция (Народное демократическое движение) во главе с экс-министром иностранных дел Б.Шихмурадовым, буквально на днях к НДД присоединился очередной диссидент-невозвращенец – посол Туркменистана в Турции Нурмухаммед Ханамов.

Начались подвижки во внешне наиболее прочном Узбекистане. Главный редактор газеты "Ташкентская правда" Аъло Ходжаев в августе 2001 года организовал в редакции выставку материалов, снятых с печати цензурой. Естественно, не прошло и недели, как был уволен, но сам факт подобного свободомыслия поражает. В том же августе 2001 года бывший старший следователь МВД РУ Рустам Эркабаев подал иск в Конституционный суд РУ на самого президента И.Каримова. Президент обвинен в "не выполнении клятвы президента и нарушении Конституции" (ст.ст. 92, 93.1). По мнению отважного следователя – в Узбекистане не только не ведется борьба с коррупцией, но и сложилась устойчивая система сосуществования власти с криминалом. На примере опыта собственного участия в расследовании громких дел - по фактам коррупции Хорезмского областного хокима Искандара Юсупова (1997 год), а также фальсификации уголовного процесса против главы парламента (Джогорги Кенгеса) Каракалпакии Убонияза Ашурбекова, Эркебаев пришел к выводу, что необходимо срочно "обратить внимание мировой общественности на ситуацию в Узбекистане". Произвол, творимый там, действительно, поражает. Эркебаев о событиях в Каракалпакстане пишет – "В мае 1997 года в Каракалпакстан была отправлена опергруппа… Главой опергруппы назначили первого заместителя министра МВД РУ – Баходыра Матлюбова. Группа составила список предпринимателей, работников торговли, фермеров и руководителей предприятий. С целью вымогательства крупных денежных сумм, на основании составленных списков, группа провела незаконный обыск в свыше чем 100 домах, куда подбрасывали: наркотики и оружие. Данные незаконные методы спровоцировали народ Каракалпакстана и привели к массовым недовольствам. Проводя данные незаконные действия, Баходыр Матлюбов ссылался на так называемое указание Президента. При обыске я отказался подчиняться Б.Матлюбову, который приказал подбрасывать наркотики и оружие"…

И.Каримов очень гордится своей политической прозорливостью. Сходу поспешил назвать проект ЕврАзЭС - "идеей для отвлечения внимания и попыткой стяжать лавры интегриста". Себя считает – редким прагматиком. Перманентно меняет внешнеполитические ориентации и симпатии в жесткой зависимости от географии поступления очередного кредитного транша. Хотя, прагматизм ли это? Или, все-таки, обычное и вполне понятное желание подкормиться из максимально большего количества предложенных тарелок? Репутация политических флюгеров – плохая репутация. Можно успешно пытаться усидеть на нескольких стульях год-два, но на длительную перспективу – данная схема не работает. Пропадает доверие к партнеру. Причем, пропадет напрочь и всякие последующие политические лобзания с Каримовым – уже не более чем дежурное представление перед публикой.

Очень удобная позиция – все критиковать, ничего не предлагая взамен. А еще лучше – изображать из себя жертву международного заговора исламистов, террористов, ваххабистов и т.д. и т.п. по списку. Трогательные истории с чудесным спасением от покушений – тема отдельного рассказа. Конечно, есть в Узбекистане силы, которым Каримов настолько надоел, что они готовы его убрать всеми возможными способами, однако в сам день покушения 16 февраля 1999 года, когда в Ташкенте продолжали взлетать на воздух автомашины начиненные динамитом и террористами (именно так, по какой-то странной закономерности, незадачливые антикаримовские диверсанты большей частью повзрывали сами себя), давать перед камерой интервью… на улице… в распахнутом на груди пальтишке. Желая доказать свою смелость, Каримов заставил усомниться в подлинности самого события. Не было ли там режиссуры, или лукавых подстав со стороны СНБ?

ЭТО ЕСТЬ ИХ ПОСЛЕДНИЙ…

Мы называем свой нейтралитет позитивным, поскольку наша позиция носит активный, а не созерцательный характер

(Туркменбаши С. Внешняя политика нейтрального Туркменистана. Ашхабад, 1997, с. 95).

Узбекистан – островок стабильности, Кыргызстан – островок демократии, вопрос – в чем же эти островки, плавают? Государства пассивных патриотов. Пассивных – потому что вконец замученный, забитый и затурканный народ уже ни на что не способен, кроме как на обреченное одобрение любых действий своего правительства. Много говорится о стабильности режимов. И это правда. Но какова цена этой стабильности? Обнищавший вконец народ, разрушенная и разворованная экономика, отсутствие институтов гражданского общества, зато наличие и возрождение традиционалистских, архаичных социальных структур. Наконец, мало предсказуемая внешняя и внутренняя политики. В среде американских политологов прижился термин "страны изгои" или "страны риска", оба значения полностью подходят и для описания пояса самых южных государств СНГ.

"Ахмад Шах" Рахмонов затеял очередное переселение народов – программу по вывозу излишков трудящихся из Горно-Бадахшанской автономной области в соседнюю Хатлонскую (Кабодиенский и Башкентский районы), якобы – менее заселенные. Сколько в совсем недалеком прошлом было сломано копий вокруг аналогичной политики при едином Союзе. Какие только обвинения не сыпались в адрес Москвы – и геноцид, и сознательное нагнетание напряженности, однако уже более 10 лет, как нет союзного центра, но нет и выхода из тупика экономических проблем. Сегодня само Таджикское руководство решается на продолжение авантюрной переселенческой политики. Почему авантюрной – да по одной единственной причине – никаких средств в республиканском и местных бюджетах на нормальное размещение "вселенцев" нет, нет для них жилья, нет работы, нет медицинских и учебных заведений. Решая одну проблему - переизбытка рабочих рук в Бадахшане, Рахмонов тут же, на ровном месте, создает себе новую – долины Куляба и Курган-Тюбе тоже отнюдь не малоосвоенные земли, на них давно живут и еле сводят концы с концами другие люди.

Но еще больше удивил Туркменбаши. Хотя после переименования "Каракумского канала им. В.И.Ленина" сначала в "Канал им. Туркменбаши", а затем вообще в "Туркменскую реку", удивляться, кажется, было уже нечему. Был канал, рыли, строили – стал рекой – Туркменбаши выдающийся ландшафтный дизайнер.

Дальше – круче. Идея строительства "Туркменского моря" в Каракумах, на дне давно пересохшего и испарившегося озера Карашар, - это не просто глупость или авантюра, по сути дела – это преступление, как перед природой, так и перед еще живым ее творцом – человеком. Если планы великого преобразователя пустынь Туркменбаши все-таки приблизятся к осуществления – трагедия Арала покажется пустячком и скромной репетицией. Здесь речь пойдет уже о вымирании миллионов жителей, причем граждан преимущественно соседнего Узбекистана, до которого просто не дойдет Амударья.

Начинаешь невольно соглашаться с туркменской оппозицией – Туркменбаши на воле, это, действительно, прямая и непосредственная угроза человечеству.

Сказать, что Туркменбаши большой оригинал – ничего не сказать. Сам факт четырехкратного награждения самоё себя Звездой Героя родной Туркмении, говорит о многом. Особенно умиляет история с многократными "уговорами" вождя всех туркмен принять на себя четвертую звезду. Уж так упирался, и уговаривал, и просил, и даже покрикивал рассерженно на не в меру расхрабрившиеся окружение - ничего не помогло, благодарный туркменский народ "уломал" своего отца стать четырежды героем. Интересно, побьет ли С.Туркменбаши известный рекорд Л.И.Брежнева – разместившего на широкой груди 5 звезд Героя Сов. Союза и Соц. Труда? Шансы есть. В плане наград Каримов и Рахмонов гораздо скромнее, хотя уже упоминавшийся Мирзо Зиёев прошлым летом и инициировал выдвижение таджикского президента в соискатели на Нобелевскую премию. А почему нет? Где Нобель и кто Рахмонов – не важно; главное – человек хороший…

Рахмонову вообще фантастически везет. Посадивший его в президентское кресло заслуженный уголовник и лидер Кулябского "Народного фронта" Сангак Сафаров, почти сразу же погибает в загадочной ссоре со своим первым замом Файзали Саидовым (март 1993 г.), практически по аналогичной схеме гибнет в начале октября 2001 года "враг №1" – неукротимый полковник Махмуд Худойбердыев, якобы, застреленный своим первым помощником Сергеем Зварыгиным.

Смерть трижды едва не разгонявшего Таджикистан, как государство Худойбердыева – вообще-то оказалась крайне выгодной не только Рахмонову, но и Исламу Каримову, давшему временный приют Махмуду. Слишком уж самостоятельной и плохо управляемой фигурой был бывший первый начальник роты почетного караула Президента Казахстана. (именно такую должность занимал в самом начале 1990-х годов тогда еще старший лейтенант и капитан Худойбердыев).

В целом, кадровая политика центральноазиатских правителей имеет ряд характерных общих черт – 1) редкая и бессистемная чехарда представителей власти на местах – хакимов, хукумов, хякимов, а также министров экономического и социального блока; 2) редкая стабильность высшего кадрового состава спецслужб при столь же хаотичных процессах в армии.

За исключением ГэБистов есть только один пример уникальной стабильности, продемонстрированный гражданским чиновником - некий Эркин Рахматуллаев с 1992 года бессменно является 1-й заместителем МИД Таджикистана. Несмотря на все смены режимов, гражданские войны и пр. Но тому есть простое объяснение – он чуть ли не единственный специалист, бегло владеющий английским, русским, арабским, персидским и узбекским языками, других таких там просто нет.

Гораздо больше примеров обратного, – когда едва ли не кухарка (по специальности), берется управлять совершенно незнакомым видом производства. Центральноазиатские чиновники - мастера на все руки. Яркий пример – туркменский деятель Батыр Сарджаев – по единственному высшему образованию – аграрий – закончил сельхозинститут в Ашхабаде, работал поначалу в различных автотранспортных предприятиях, затем на партработе – зав. социально-экономическим отделом ЦК Компартии Туркмении, получается спец по экономике и социальным вопросам. Далее, уже в годы независимости – Ашхабадский городской хяким и… министр нефтяной и газовой промышленности, потом вице-премьер, курирующий ТЭК. Чуть погодя – министр обороны и с июня прошлого года – Управляющий Туркменской железной дорогой.

Подстать ему и новый узбекский главный военноначальник – Кадыр Гулямов - сугубо гражданский академик, доктор физико-математических наук и экс-директор НПО "Физика Солнца".

Стоит ли после этого удивляться "успехам" узбекских ВС в неравной схватке с бандой скалолазов Джумы Намонгани? В Таджикистане можно вообще успешно руководить министерством не имея высшего образования, как в случае с генералом Мирзо Зиёевым и его МЧС.

Конечно, нельзя сказать, что тот же Рахмонов или Туркменбаши совсем не занимаются воспитанием кадров. Напротив, есть у них и определенные успехи, и даже откровенные новации в данной деликатной области. Особенно ценен именно туркменский опыт по предварительному направлению будущих министров рядовыми слесарями на производство, в народ, в массы. Так в апреле 2001 года новый первый зам. министра энергетики и промышленности - директор энергетической компании "Кувват" Аннагулы Джумагылыджов определен на три месяца "простым монтером, мастером, диспетчером цеха, что поможет ему расширить знания о принципах работы всего комплекса, о плюсах и минусах технологического процесса. Только после прохождения "испытательного срока" он сможет возглавлять отрасль". (С.Ниязов). Аналогичное назначение с условием квартал оттрубить рядовым бойцом на передовой получил и новый министр обороны.

Это еще ничего, не далее как неделю назад за что-то в очередной раз проштрафившийся глава "Туркменнефти" Ильяс Чарыев, указом президента лишен трехмесячной зарплаты с отчислением в бюджет. За ошибку в прогнозе погоды лишен зарплаты глава Туркменского Гидромета и т.д.

Стоит ли после этого удивляться трагической развязке. В ночь на 13 сентября 1998 года в Туркмении восстал Казанджикский танковый полк. Накануне доблестные воины славно отметили профессиональный праздник – "День танкиста", после чего и удумали совершить государственный переворот. Сказано - сделано, рассевшись и расползшись по люкам, завели моторы, и пошли нестройной колонной на столицу Ашгабат. Увы, не дошли, кончилось горючее. От Казанджика до столицы без малого 300 километров и малость не рассчитали, забыли заправиться.

В Таджикистане кадровый вопрос тоже решается весьма самобытно – путем отстрела представителей противоборствующих команд. В сентябре 1998 г. застрелен один из лидеров оппозиции Отахон Латифи. Ответ - в феврале 2000 г. взорвали мэра Душанбе и ближайшего сподвижника Э.Рахмонова Убайдуллоева (чудом выжил). Затем в апреле 2001 г. в автомобиле расстрелян авторитетный генерал-оппозиционер Х.Сангинов. Ответ – 8 сентября 2001 года застрелен на пороге собственного дома министр культуры Абдурахим Рахимов – приятель Э.Рахмонова и старый аппаратчик. Причем убит "знаково". Рахимов возглавлял комиссию по подготовке празднования 10-летия независимости РТ, которое и должно было начаться 8 сентября 2001 г., как раз прилетел Ю.Лужков, попраздновать, а тут такое событие…

Прав публицист Борис Волхонский написавший в последнем номере таджикской газеты "Чароги Руз", - "За эти годы коммунисты стали демократами, демократы – исламистами, враги – друзьями, друзья – врагами. Теперь непонятно, кто в какой партии и какой придерживается идеи? И вообще – кто есть кто? Атеисты совершают хадж, убийцы читают лекции о гуманизме, моджахеды отдают чалму и берут взятки. В республике продается все? Лицензии на ношение оружия и вывоз хлопка, магазин и тачка на базаре, разрешение на выезд и приговор суда, "зеленый коридор" для перевозки наркотиков и заказы на теракты".

Здесь и добавить что-либо трудно и подвести итог

Copyright ©1996-2024 Институт стран СНГ