Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №175(01.09.2007)
<< Список номеров
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ЖИЗНЬ ДИАСПОРЫ
ПРОГРАММА ПЕРЕСЕЛЕНИЯ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.

КАЗАХСТАН



Партия власти уже победила

17.08.2007. Независимая газета

Александр Желенин

Казахстан формирует новый парламент

Завтра в Казахстане пройдут досрочные выборы в Мажилис – нижнюю палату парламента. Но уже сегодня можно с большой долей вероятности предсказать, какие партии станут парламентскими и сколько их будет. Эксперты прогнозируют, что нижняя палата нового казахстанского парламента будет двухпартийной.

Досрочные парламентские выборы были назначены президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым после того, как он распустил прежний состав Мажилиса в связи с внесенными в мае нынешнего года поправками в Конституцию. Эти поправки изменили систему исполнительной и в особенности законодательной власти. В частности, если предыдущие парламентские выборы проводились по смешанной мажоритарно-пропорциональной системе, то нынешние проходят исключительно на пропорциональной основе.

Избирателям предстоит проголосовать за партии, зарегистрированные Центризбиркомом. Таких семь. Напомним, что в Казахстане, как и в России, для прохождения в парламент существует 7-процентный барьер. На днях стало понятно, что преодолеть его смогут две, максимум три партии. Это подтверждают и результаты социологического исследования, опубликованные исследовательской компанией Ksilon Astana CG. Согласно опросу, партию "Нур Отан" ("Свет Отечества"), которую возглавляет Нурсултан Назарбаев, поддерживают 75,1% граждан. Умеренно оппозиционную демократическую партию "Ак жол" ("Светлый путь") во главе с бывшим депутатом Алиханом Байменовым – 6,9% голосов потенциальных избирателей. Эксперты утверждают, что, учитывая допустимую погрешность всех опросов, демократы скорее всего перешагнут избирательный барьер и войдут в парламент. Тогда он станет двухпартийным, но с сохранением в нем большинства от правящей партии.

Оппозиционная Общенациональная социал-демократическая партия Казахстана (ОСДПК) Жармахана Туякбая, претендовавшая в начале избирательной кампании на 30% голосов, согласно тому же опоросу, получает пока всего 3,4%. По мнению заведующего отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрея Грозина, данные опроса вполне отражают наметившуюся тенденцию. "За два дня до выборов можно сказать, какие будут результаты. В парламент пройдут две партии, может быть, три. Помимо "Нур Отана" и "Ак жола", возможно, это будет Партия патриотов Гани Касымова, набирающая пока 2,1%, или Общенациональных социал-демократов", – говорит Грозин. По его мнению, социал-демократы как наиболее радикальные из зарегистрированных оппозиционных партий скорее всего в парламент не пройдут.

Однако пока с уверенностью можно говорить только о двух моментах. По словам Грозина, "Нур Отан" победит с "результатом, который будет варьироваться от 70% до 90% голосов. И о том, что в новом составе казахстанского парламента оппозиция все-таки представлена будет и, вероятнее всего, в лице партии "Ак жол".

Накануне избирательной кампании представители ОБСЕ неоднократно подчеркивали, что во многом от качества проведения выборов будет зависеть, займет ли Казахстан место председателя в этой европейской структуре в будущем году. Исходя из требований европейского сообщества к избирательному процессу, можно предположить, что, какой бы убедительной победы ни добился "Нур Отан", формирования однопартийного парламента власти не допустят.




Казахстан лишился шанса стать председателем ОБСЕ

20.08.2007. KM.RU

Факты: Демократическая партия Казахстана «Ак жол» («Светлый путь») заявила, что «официальные предварительные итоги голосования не отражают истинного волеизъявления народа». По мнению авторов этого заявления, на выборах имели место «подтасовки и фальсификации». В связи с этим «Ак жол» настаивает на пересчете голосов и требует создать комиссию с участием всех политических партий для проверки и оценки итогов голосования.

По предварительным данным ЦИК Казахстана, партия «Нур Отан», которая заручилась поддержкой 88% избирателей, одерживает убедительную победу на парламентских выборах. И хотя сам по себе высокий уровень поддержки партии Назарбаева перед выборами ни у кого не вызывал сомнений, почти 90% голосов, якобы полученных ею на выборах, дали как оппозиции, так и отдельным представителям международной общественности говорить о нарушении демократических процедур.

Очевидно, что сам президент Казахстана не был заинтересован в том, чтобы ставить под сомнение демократический характер политического процесса в стране. Таким образом, как говорил один известный политический деятель, речь, очевидно, идет о «перегибах на местах». Впрочем, дело сделано, и казахские власти вряд ли пойдут на то, чтобы пересмотреть итоги выборов. Со стороны это выглядело бы несолидно. Так что теперь у всех недоброжелателей казахского лидера (особенно у тех, кто считает, что председательство Казахстана в ОБСЕ в 2009 году неприемлемо) появляется очень серьезный козырь для критики Астаны. Которая, впрочем, вряд ли может стать действенным рычагом давления на позицию руководства страны, учитывая высокий личный рейтинг Назарбаева в Казахстане, а также заинтересованность всех ведущих мировых игроков в казахских энергетических ресурсах.

В этой связи обращает на себя внимание сдержанный характер критики прошедших выборов со стороны представителей ОБСЕ. Можно представить себе, как отреагировали бы европейские правозащитники в том случае, если на выборах в Белоруссии пропрезидентская партия получила бы 88% голосов избирателей. Лукашенко, скорее всего, объявили бы в установлении «личной диктатуры» под прикрытием формальных демократических институтов. Однако в Казахстане есть нефть и газ — обстоятельство непреодолимой (для Запада) силы, что сразу же сделало формулировки ОБСЕ общими и достаточно обтекаемыми. Так, например, глава миссии краткосрочных наблюдателей ОБСЕ Консиглио Ди Нино уже заявил, что большая часть заключений наблюдателей имеет позитивный характер. Он даже отметил, что выборы в Казахстане стали большим шагом вперед, поскольку «все партии смогли выступить в СМИ, смогли высказать свои позиции в теледебатах». По большому счету озвученные ОБСЕ претензии сводятся лишь к характеристике избирательного законодательства страны как «ограничительного». При этом обращается внимание на наличие 7-процентного барьера для прохождения партий в парламент. В то время как само по себе это обстоятельство ни о чем еще не говорит — подобные нормы действуют в целом ряде «развитых демократий».

Результаты парламентских выборов в Казахстане в эксклюзивном интервью KM.RU прокомментировал руководитель отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин:

— Считаю, что в значительной степени выборы отражают действительную электоральную картину в Казахстане. Понятно, что большинство населения страны отождествляет партию «Нур Отан» с президентом, а его самого — со стабильным курсом. А, надо сказать, в казахстанском обществе очень сильны настроения поддержания стабильности любой ценой. Кстати говоря, в этом смысле граждане Казахстана мало чем отличаются от граждан России. Другое дело, что окончательные цифры (около 88% проголосовавших за «Нур Отан», в то время как ни одна другая партия не преодолевает 7-процентный барьер) очевидно свидетельствуют о применении административного ресурса.

Дело в том, что судьба каждого губернатора (акима) напрямую зависит от той «электоральной картинки» во вверенной ему территории, которую получит ЦИК. Так, по итогам последних президентских выборов акимы тех областей, в которых был зафиксирован наименьший процент голосов, отданных за президента, очень быстро расстались со своими постами. И каждый аким попытался добиться в своем регионе максимально приятной для власти картины. Поэтому процентов 10-15%, несомненно, акимы «партии власти» просто пририсовали. Я не думаю, что эта инициатива шла сверху. Наоборот, президент был заинтересован в том, чтобы одна-две оппозиционные партии были представлены хотя бы десятком депутатов в парламенте. Это тот самый случай, когда говорят: «Услужливый дурак хуже врага». Тем более что на общем фоне такое количество депутатов не сделало бы никакой политической погоды и проблем для Назарбаева.

Для того чтобы создать работающую фракцию, необходимо хотя бы какое-то единство оппозиции, чего сегодня абсолютно не наблюдается. А во-вторых, оппозиции потребовалось бы не менее 15% голосов. Но эту цифру ей не удалось бы получить в любом случае, даже если выборы были бы абсолютно честными и прозрачными и не вызывали бы никаких нареканий не только со стороны наблюдателей от СНГ, но и ОБСЕ (что практически невозможно, по определению). По моей оценке, партия власти имеет в Казахстане поддержку на уровне не менее 65-70% голосов.




88 % - одному... или выборы в Казахстане состоялись

20.08.2007. Немецкая волна

А.Вайскопф

После появления информации Центризбиркома о том, что партия Нурсултана Назарбаева со своими 88-ю процентами голосов забрала все без исключения места в новом составе нижней палаты парламента Казахстана, провластные СМИ республики стали, буквально-таки каждые 5 минут убеждать население в легитимности прошедших выборов в мажилис. В качестве «тяжелой артиллерии» казахстанской пропагандисткой машины выступили не столько наблюдатели за выборами из стран СНГ, сколько представители США и стран Западной Европы.

Отдельные издания умудрились даже преподнести, как положительную, оценку предварительных итогов парламентских выборов, высказанную главой миссии наблюдателей БДИПЧ/ОБСЕ Любомиром Копаем, который сказал следующее (цитируем): «Я никогда не видел демократическую страну, в которой только одна партия в парламенте». Ну а если слова Копая интерпретируются, как восхищение развитием демократических институтов в Казахстане, то надо ли говорить, что критические высказывания с приводимыми фактами, свидетельствующими о многочисленных нарушениях в ходе выборов, считаются не допустимыми. Как итог, какой республиканский телеканал ныне включишь, всюду прославление «безоговорочной победы» партии «Нур-Отан» и её лидера – президента Казахстана Нурсултана Назарбаева:

Фрагмент эфира республиканского телеканала «Хабар»

- Если коротко резюмировать итоги, можно сказать, что казахстанцы отдали свои голоса за стабильность и эволюционное движение вперед. Один из главных факторов – это успехи курса преобразования, которые Нурсултан Назарбаев, лидер «Нур-Отана» проводил все эти годы. Экономические достижения и рост материального достатка лучше всего убеждают избирателей в правильности проводимой политики.

Но так говорит официальная пропаганда Астаны, на деле же в Казахстане очень много тех, чей голос отныне будет неслышен не только в правительстве республики, но теперь и в парламенте, заметил в интервью «Немецкой Волне» известный казахстанский правозащитник Евгений Жовтис:

- Все, кто думает иначе, выдавлены вообще из какого-либо поля. То есть они отстранены от какой-либо политики. И это является, с моей точки зрения, ярким примером, что мы идём в противоположном направлении от демократических устремлений всего человечества. Потому что демократия – это, прежде всего учёт мнения меньшинства, и создание механизма, который позволял бы максимально это мнение меньшинства учесть. А теперь это меньшинство попросту турнули ото всюду! Его нигде не присутствует. У нас нет коалиционных правительств, где были бы представители разных политических сил, а теперь нет даже парламента такого. То есть, у нас теперь нет ничего!

Как это ни парадоксально, отметил в интервью «Немецкой Волне» Евгений Жовтис, даже распущенный в июне текущего года, после принятия конституционных поправок Нурсултана Назарбаева, парламент третьего созыва, был более демократичный. Достаточно сказать, что там помимо членов «Нур-Отана» были представители ещё трёх политических партий – «Ауыла» (Село), Коммунистической народной партии Казахстана и партии «Ак жол» (Светлый путь). Теперь же, подчеркнул правозащитник, правящая элита под руководством Назарбаева, по сути, закрепила своё стремление двигаться вперед в прошлое:

- Если Вы посмотрите по городам и весям нашей республики, то увидите, что здания «Нур-Отана» уже стоят рядом со зданиями акиматов. То есть это, как было в Советском Союзе. Обком, горком, райком, а рядом горисполком. То есть, там, где исполнительная власть, рядом так называемый политический контролёр, куда входит вся исполнительная власть. Сейчас выстраивается та же система, когда партия «Нур-Отан» является политическим инструментом правящей бюрократии, правящей элиты, и через этот инструмент практически президент и его окружение контролируют все ветви власти.

При этом Евгений Жовтис заметил, что даже странно, что Нурсултан Назарбаев решил провести некое подобие выборов. С точки зрения правозащитника, было бы гораздо честнее, просто объявить «Нур-Отан» единственной партией в стране, а все остальные политические партии попросту запретить. Результат был бы тем же.

Не менее саркастичен в оценке итогов прошедших в Казахстане парламентских выборов, оказался и популярный в стране политик Галымжан Жакиянов, по его мнению:

- Назовите это великой победой разума. Как угодно назовите! Назовите это маразмом, я не знаю, в общем-то, всё будет правильно. Что тут комментировать?

Как заметил Жакиянов, когда он услышал итоги парламентских выборов, первое что ему пришло в голову, это слова Черномырдина о том, что хотели как лучше, а получили, как всегда. Так вот, язвительно отметил Галымжан Жакиянов, в Казахстане власти хотели, как лучше, чем на выборах в парламент в 2004 году, а получили ещё лучше.

В заключение надо отметить, что оппозиционная партия социал-демократов объявила, что категорически не согласна с итогами выборов в нижнюю палату парламента Казахстана. По данным лидеров Общенациональной социал-демократической партии, наблюдатели которых находились практически на всех избирательных участках страны, 18 августа ОСДП получило около 30 процентов голосов избирателей.




Кто жил в СССР, тот у нас не смеется

24.08.2007. Республика (Казахстан)

Редактор

Об особенностях нашей суверенной и очень управляемой демократии

Весь мир – театр, сказал кто-то. Какое верное замечание! Осмелимся развить этот тезис и заявить: Казахстан – это театр-гротеск. У нас все как у других, но более правильно и отчетливо выражено. Президент не просто президент, а Первый, и второго в ближайшие десятилетия, дай бог здоровья Елбасы, не будет. Министр информации – не просто член правительства, а оракул почище древнегреческих, а как он все замечательно объясняет! Мир внемлет казахстанскому соловью, а рыдает от умиления: какие люди зарывают свои таланты в пески Евразийского континента!

А какие у нас политические процессы, быстрые и точные, таких нет ни у кого – на изменение Конституции требуется всего 18 минут! Раз-два – и республика из президентской превращается в президентско-парламентскую, правда, разница между ними лишь в слове, но это, так сказать, неизбежные издержки процесса ускоренной демократизации. А захочет Елбасы, скажет: «Три-четыре» – и мы станем ханством, самым демократичным, светским и процветающим в регионе. А потом хлопнет в ладоши – и Казахстан уже федерация. Каждой дочери – по собственному султанату!

Не понимают отдельные граждане своего счастья. Что губит человека советской формации, когда он попадает в западный супермаркет? Избыток товаров и необходимость выбирать. Так вот, наш Великий и Неповторимый Нуреке, политик и государственный деятель, равный Петру Первому в России, Шарлю де Голлю во Франции и Аврааму Линкольну в США, решил эту главную проблему казахстанского электората – теперь тому не надо думать, за кого голосовать, потому что независимо от того, что начеркал избиратель в бюллетене, его голос правильно посчитают.

А наш монолитный парламент! Что бы ни говорили завистники, мы довели до совершенства этот институт демократии. Что творится в других странах! Там в парламентах спорят, ругаются, козни строят, а бывает – до мордобоя доходит. К тому же из-за политических разногласий президентам и королевам приходится то и дело распускать его! А у нас там одна партия, в которой что ни депутат, то молодец на службе Отечеству и Президенту. Если Елбасы скажет, то наш депутат и самораспустится, и закон, закрыв глаза и уши, примет, и осанну пропоет. А все почему? Да потому что все они дети одной, очень правильной партии – «Свет Отечества» называется. И так сильно бьет этот свет на своих членов, что все прозревают, а те, кому не положено смотреть, – слепнут. Именно поэтому кто-то видит исторические заслуги Нурсултана Абишевича, а кому-то не выпало такого счастья.

Нет, что бы ни говорили, а «Нур Отан» – это партия мирового класса: 700 тысяч членов, и все как на подбор. А как она построена?! В первых рядах лучшие люди – министры, акимы, прочие высокородные чиновники. За ними люди второго сорта – интеллигенция всякая, профессора, и потом все остальные – до двадцатого сорта, то есть те, кто живет на одну пенсию, что выплачивает президент. А какая она мощная! Может своими членами заполнить все без исключения государственные должности, даже беспартийным не оставить!

Есть такие партии на хваленом Западе? Нет. Была одна, КПСС называлась, но и той, чтобы править, приходилось создавать блок с беспартийными. А наша может править сама. А все почему? Да потому что ее возглавляет Елбасы, а все остальные в ней – верные его слуги, готовые на любую должность, лишь бы президент сказал.

А как богата наша земля! В ней и нефть, и цветные металлы, и прочего выше крыши. В третьем тысячелетии это лучше, чем СКВ. На доллары или евро можно купить машину, ну лоббистскую компанию на Западе. А на нефть можно купить ОБСЕ! Представляете, отдаешь месторождение кому надо или позволишь нефтепровод построить – и все, получаешь пост председателя. А лет через 10, когда мы будем добывать не 60, а 150 миллионов тонн, попробуем купить ООН и Альфу Центавра. В ООН наш Елбасы будет рулить, а Альфу Центавра мы переименуем, ну сами знаете в честь кого – чтобы не просто на века, на миллиарды лет!

Понятно, что при таких богатствах нам все завидуют. Вы думаете, почему эти западники оппозицию поддерживают? Чтобы демократию построить, как у них? Черта с два. Просто они понимают, что их президенты не чета казахстанскому. А как его заполучить к себе? Только вынудив уехать из страны. Но ничего у них не получается! Потому что Елбасы все знает, все понимает, все умеет и всем советует.

Вот приехал к нему коллега из России, вроде крутой парень, на подлодках плавает, на истребителях летает, врагов мочит даже в сортире, а все равно политического мастерства и мудрости не хватает. Заканчивается у него второй президентский срок, а изменить конституцию и разрешить себе третий опасается. Чудак! Самое главное в этом деле – начать, а там дело само пойдет. Главное же, не забывать каждый раз сбрасывать счетчик: не важно, сколько ты на престоле, главное – чтобы законно. А законно тогда, когда ты сам Закон. Захотел – отвел человека в суд, захотел – забрал оттуда.

Поэтому бесполезно нас учить, особенно демократии. Все демократии, что были до нашей, это неудачные версии, можно сказать, издержки роста. Казахстанская демократия – это не просто особый путь развития, он чистый, как слеза президента и надежный, как его рука. Поэтому, что бы ни говорили враги, ни утверждали завистники – Казахстан идет верным путем к верной цели. Пусть говорят: кто жил в СССР, тот у нас не смеется. Они еще поговорят у нас!




Демократия нового типа

24.08.2007. Новое поколение (Казахстан)

Юлиана Жихорь (Астана)

Страна постепенно привыкает к результатам прошедших парламентских выборов. Ведь, несмотря на то, что в победе правящего "Нур Отана" мало кто сомневался, столь разгромного поражения оппозиции не ожидали даже в Ак Орде. В среду Центризбирком распределял депутатские мандаты. Хотя термин "распределял" в данной ситуации кажется немного циничным. Ведь все кресла еще четыре дня назад "достались" единственной победившей партии. И распределять тут просто нечего

Итак, партия "Нур Отан" победила со счетом 88,41 процента. Вся оппозиция в сумме шести партий не набрала даже 12 процентов. Казалось бы, внушительная победа. Особенно если учесть, что на парламентских выборах 2004 года вся партийная "солянка", ныне составляющая правящую партию, набрала в сумме чуть больше 79 процентов.

Однако прогрессивную статистику немного подмачивает другой результат - на выборах президента. Оказывается, персонально президенту население доверяет на три процента больше, чем его партии. Так что "Нур Отан", казалось бы, столь устойчиво занявший государственную власть на ближайшую пятилетку, все же потихоньку сдает свои позиции.

Весь вопрос: кому?

За три года с момента прошлых парламентских выборов партийная система страны претерпела значительные изменения. Партии делились и объединялись, создавались и самоликвидировались. Однако основные игроки, несмотря на измененный внешний вид, по сути, остались прежними.

Например, нынешняя Объединенная социал-демократическая партия плавно переняла бразды претендентов на власть у избирательного блока "Оппозиционный народный союз коммунистов и ДВК". Несмотря на нынешние их заявления о повальной подтасовке результатов голосования и "политическом воровстве голосов граждан", официальные итоги для нее положительные. Если в 2004 году эта оппозиция набрала 3,44 процента, то на нынешних выборах на процент больше - 4,54. Видимо, именно к ОСДП перекочевала часть сторонников президента, но противников его партии.

Будем считать...

В данной ситуации речь идет именно о партии, поскольку пару лет назад, во время президентской кампании, нынешний лидер ОСДП смог увлечь идеей своего президентства всего полтора процента избирателей.

Так что можно сказать, что социал-демократы стали первым партобъединением нового типа - с отсутствующим ярко выраженным лидером. И в ситуации внутрипартийной борьбы за власть (в конце концов, слишком много начальников - тоже плохо) 269 тысяч человек проголосовали не за персонально господина (как это было, по большей части, с "Нур Отаном"), а за идею.

Правда, не следует забывать, что политтехнологии ОСДП на этих, как, впрочем, и на других выборах, основаны не на технике "заражения" электората своими идеями, а на игре в обиженных. На вопрос (в кулуарах), почему же социал-демократы не привлекли на выборы экспертов-политтехнологов, которые бы профессионально внедрили в умы программу партии, социал-демократы разводили руками и приводили "их" цифры подсчета голосов, из которых видно, что, как минимум, в одном регионе за оппозицию выступила, как минимум, половина голосующих. Мол, коли есть половина, зачем тратить деньги на экспертов? Тем более что, как считают эти политики, административный ресурс им ничего не позволит. В общем, вновь играют в "униженных и оскорбленных" задним числом.

"Ак жолу", несмотря на его лояльность к правящей партии (недаром эту партию называют проектом Ак Орды по созданию оппозиции в Казахстане), повезло еще меньше, чем ожидали. Если в 2004 году за "Ак жол" проголосовало более 12 процентов населения страны, то в нынешнем партия еле перевалила трехпроцентный рубеж.

Кстати, не исключено, что и это количество сторонников в "Ак жоле" скоро сократится. Сразу после выборов лидер партии Алихан Байменов выступил с заявлением о намерениях его партии опротестовать итоги выборов. Буквально на следующий день зампред "Ак жола" Максут Нарикбаев заявил, что нужно признать безоговорочную победу "Нур Отана" на выборах. Ибо "не признать итоги голосования - означает не соглашаться с мнением подавляющего большинства казахстанцев".

Думается, что после такого фокуса Нарикбаеву придется откочевать со "Светлого пути", забрав с собой сторонников собственной партии "Адилет". 24 августа "Ак жол" соберет расширенное заседание президиума, где, вероятно, и будет рассмотрено неполиткорректное поведение зампреда.

Про остальные партии-лилипуты говорить вообще стыдно. Чего хотели добиться Партия патриотов и "Руханият", второй раз выставляя себя на посмешище, никому не понятно. Ведь они даже не набрали 50 тысяч голосов. Так, у ППК в 2004 году набралось 26 287 сторонников, в этом - 46 436; у "Руханията" в 2004-м - 20826 голосов, в 2007-м - 29 159.

Как это ни странно, но "Ауыл", которому пророчили широкую поддержку сельского населения, смогла дотянуть лишь до 89 тысяч голосов электората, или полутора процентов голосов. Снизилась электоральная поддержка и у народных коммунистов. Так, если на прошлых выборах КНПК поддержали 94140 человек, то на нынешних (учитывая основной электорат партии, видимо, за счет естественной убыли населения) - всего 76799, за счет чего партия потеряла целых полпроцента.

Как бы то ни было, но последние две партии набрали необходимый минимум сторонников, и разбирательство Минюста на тему: "А сколько у вас членов партии, требуемых для ее существования (по закону - минимум 50 тысяч)?" - им не грозит. Зато к ППК и "Руханияту", судя по всему, с этим вопросом скоро обратятся компетентные органы. Ведь, если учесть пожелания президента о создании в Казахстане двухпартийной системы, именно эта парочка - первые кандидаты на вылет.

В общем, "обкатка" первых казахстанских выборов по новой схеме прошла не совсем гладко. Ожидаемого многоголосия в парламенте не получится. Ведь, как сказал наблюдатель от ОБСЕ Любомир Копай: "Я никогда не видел демократическую страну, в которой только одна партия в парламенте". Остается только надеяться, что мир поймет особенности "казахстанского пути" к демократии.




Казахстан: "победоносное шествие демократии"

27.08.2007. Столетия

Аждар Куртов

Южный сосед России – Казахстан известен в мире, прежде всего, своей нефтью. Не будь столь богаты ее недра этого государства, интерес к нему был бы минимальным. Но, если вам доведется пообщаться с большинством современных казахов, то вы увидите, что они вполне искренно считают: их страна – это образец успеха.

Перед нами феномен травмированного успехом национального сознания, не желающего понимать, что богатство недр - это не заслуга ни народа Казахстана, ни его политиков. Это заслуга Всевышнего...

Нурсултан Назарбаев сумел за долгие годы своего правления хорошо "отрегулировать" казахстанское общество. Причем во всех отношениях: и в экономическом, и в политическом, и в идеологическом, и даже в демографическом. В последнем случае из многонациональной союзной республики Казахстан намеренно был превращен в этнократическое государство с одной доминирующей нацией. Это в России долгие годы попытки ряда политиков принять законы, регламентирующие репатриацию в нашу страну граждан, для которых Россия является единственной исторической родиной, неизменно наталкиваются на возражения либеральных правоведов о том, что это, мол, нарушит статью конституции РФ, гарантирующую всем ее гражданствам равенство, независимо от их национальности. В Казахстане власти такими терзаниями себя не мучают. Они поступают просто. Декларируют все то же равенство наций, но на практике организуют жизнь таким образом, что все рычаги власти и богатства почему-то оказываются в руках представителей только одного титульного этноса. Да и государственная поддержка переселению в Казахстан граждан из других государств оказывается только казахам и никому другому.

В зарубежных СМИ Казахстан часто называют султанатом, явно намекая на имя президента Назарбаева.

Однако и в политическом отношении Казахстан также на самом деле весьма походит на султанат. Ведь султанат – это восточная система власти одного человека. Причем система по восточному изощренная, лукавая и циничная. До сих пор в АТР сохранились султанаты, где правителей формально выбирают. На Востоке вообще любят пускать пыль глаза, пытаясь всеми силами уверить внешнего наблюдателя в том, что здесь царят вполне цивилизованные порядки, мало чем отличающиеся от остального мира.

И при советской власти, когда Нурсултан Абишеич возглавлял коммунистическую партию республики, и шестнадцать лет, правя независимым Казахстаном, всегда в своих публичных речах Назарбаев неизменно говорит о том, что он стремится сделать Казахстан демократическом государством. Вот и в этом году, выступив инициатором очередных изменений в конституции, он говорил о демократии, как неизменной цели своего "политического служения народу". В очередной раз было обещано: во-первых, развить в Казахстане многопартийность; во-вторых, радикально поделиться полномочиями главы государства с парламентом, и, в-третьих, продемонстрировать всему миру то, что молодое государство твердо следует по пути демократии.

И это продемонстрировали результаты прошедших парламентских выборов? Собственно они никого не удивили. Пропрезидентская партия "Нур Отан" получила не просто большинство мандатов в Мажилисе (нижней палате казахстанского парламента), и даже не конституционное большинство. Эта партия получила абсолютно все депутатские мандаты.

Ни один из кандидатов других шести партий, участвовавших в выборах, до законодательной власти не был допущен.

И дело здесь отнюдь не в том, что в Казахстане был сохранен установленный еще в 1998 году семипроцентный заградительный барьер. Дело в другом. Ведь результат выборов показал, что все три заявленные президентом при реформе конституции цели так и не были достигнуты. Ведь никакой реальной многопартийности не получилось. Многопартийность – это система, при которой партии участвуют в осуществлении государственной политики. А если в такой политике принимает участие только одна партия, – это называется иначе. Пожелай Назарбаев действительно двигаться к многопартийности, он не стал бы оставлять столь высокий заградительный барьер, не стал бы перед выборами впервые заявлять о том, что никто иной, а именно он является и номинальным и реальным руководителем "Нур Отана". Если бы Назарбаев действительно стремился к многопартийной демократии, то он мог бы изменить весьма суровые нормы законодательства Казахстана в отношении политических партий. Ведь в Казахстане действуют такие нормы: партия, для того чтобы ей быть зарегистрированной и, тем самым, способной принять участие в выборах, должна насчитывать в своих рядах не менее 50 тысяч членов. Могут возразить: "Такие же нормы существуют и в России!" Да, существуют. Но в России населения в девять раз больше, чем в Казахстане. То есть в Казахстане нормы в те же девять раз жестче и недемократичнее, чем в России.

Кстати численность пропрезидентской партии "Нур Отан" достигает 700 тысяч человек. Если рассматривать эту цифру в процентном отношении к численности взрослого населения страны, то получиться, что в Казахстане переплюнули даже известную советскую традицию: процент состоявших в КПСС был меньше. Но КПСС была идеологической партией, а вся идеология "Нур Отана" укладывается в примитивную формулу: "всегда идти след в след за президентом".

Рухнул и второй заявленный тезис – о перераспределении полномочий от президента к парламенту. В самом деле: какая разница, как в конституции прописан механизм формирования правительства. Раньше это осуществлял единолично президент Казахстана. Теперь эти полномочия отошли к парламенту, то есть опять-таки Назарбаев, как глава единственной представленной в парламенте партии, будет решать: кто достоин министерских портфелей. И в чем же здесь принципиальная разница?

Кстати, тезис о том, что казахстанский президент поделился полномочиями с парламентом, весьма лукавый и в других отношениях.

Ведь, если это было так, то Назарбаев наверняка не сохранил бы в конституции нормы, которые грубейшим образом ущемляют все три основных функции любого парламента. Начнем с представительной функции парламента. Она состоит в том, что парламент избирается народом, и представляет его интересы. Но в Казахстане не совсем так обстоит дело. Например, в верхнюю палату парламента – Сенат, президент и раньше имел право единолично назначать 7 сенаторов, а после нынешней реформы конституции он это свое право еще и прирастил на такое же число своих ставленников. Такая практика напоминает право монархов (тех же султанов на Востоке) назначать пользующихся их доверием людей в совещательные органы (на Востоке они назывались диванами).

Сохранилась деформация и второй функции парламента – законодательной. Принцип разделения властей нарушен формулировками многих норм конституции, написанной еще в 1995 году под диктовку Назарбаева в отсутствии парламента, который был им разогнан.

Наконец, парламент реально лишен и своей третьей контрольной функции, часть полномочий в рамках которой обычно парламент использует через институт импичмента. Реальная ответственность главы государства в Казахстане сведена к минимуму. В конституции Казахстана президент фактически гарантирован от возможности отрешения его от столь любимой им власти. Он не несет ответственности за действия, совершенные им при исполнении своих обязанностей. За единственным исключением: ответственность может возникнуть только… за государственную измену. Под государственной изменой же казахстанское законодательство признает лишь умышленное деяние, совершенное с целью подрыва или ослабления внешней безопасности и суверенитета государства, выразившегося в переходе на сторону врага во время войны или вооруженного конфликта, оказании иностранному государству помощи в осуществлении враждебной деятельности против республики. В переводе на общедоступный язык это означает, что глава государства может свободно нарушать и законы и конституцию. За это импичмент наступить не может. А за что он может наступить – это вряд ли придет в голову облеченному всей полнотой власти президенту.

Можно ли после этого верить тому, что демократия в Казахстане шагает семимильными шагами?




Казахстанская армия – небоеспособна

15.08.2007. Позиция.kz

Антон Лисицын

С приходом нового министра обороны казахстанская армия постепенно начинает нормализовываться. Но для того чтобы вылечить вооруженные силы от ставших уже хроническими коррупции и систематического воровства, следует коренным образом перестроить систему контроля силовых ведомств.

"В этих условиях нельзя подготовить офицера…"

Сомнения в боеспособности нашей армии, откровенно говоря, были всегда. Однако "блестящая" отчетность говорила об обратном. После прихода в министерство обороны гражданского Ахметова ситуация хоть в части правдивости показаний поменялась в лучшую сторону… Едва выйдя из отпуска, Даниал Ахметов сразу же отправился проверять вверенные ему части и подразделения.

И если раньше пресс-релизы минобороны почти всегда исполнялись в лучших традициях боевых листков (цели поражались всегда и полностью, личный состав неукоснительно демонстрировал слаженность действий, а уровню укомплектованности вооружением и военной техникой в войсках удивлялись все – от зарубежных военных атташе до отцов-командиров и самих войск), то нынешнее сообщение явно выбилось из этого ряда.

– В военно-морском институте, где готовятся кадры для военно-морского флота, не печальная картина, а крайне удручающая. Здесь нет материально–технической базы, ни одной единицы оборудования, даже понятия "оборудование" нет. В этих условиях невозможно подготовить офицера высшего звена Военно-морского флота Республики Казахстан, – такое обескураживающее заявление сделал Даниал Ахметов в ходе посещения гарнизона Актау.

Трудно вспомнить, когда в бочку с медом неизменно победных реляций шлепался такой черпак дегтя. Можно, конечно, расценить эту критику сверху как явный выпад в сторону бывшего руководителя оборонного ведомства. Но у многих военных и людей, связанных с армией, появилась надежда на то, что возможен открытый разговор о проблемах армии.

– На последней проверке уровня готовности аэромобильных войск, составляющих резерв Верховного главнокомандования, выяснилось, что батальон, обеспечивающий связь с войсками, не может выполнить поставленную перед ним боевую задачу, что он как подразделение недееспособен, – рассказывает бывший заместитель командующего аэромобильными войсками генерал-майор запаса Махмут Телегусов. – Что это значит? Это значит, что войска резерва остались без управления. Такое уже случалось – в 41-ом году, когда советские войска, подвергшиеся внезапному нападению, отступали под ударом превосходящих сил противника. У нас же подобный "разгром" произошел в мирное время, на фоне положительных донесений. Не снимая вины с себя и других офицеров, хотел бы тем не менее задать вопрос – как военная инспекция выставляла отличные оценки части, которая была просто-напросто небоеспособна?

О том, что показуха в армии не только не приносит пользы, но наоборот – наносит войскам огромный вред, знает, наверное, всякий. Широко разрекламированные прошлогодние учения "Или-2006" продемонстрировали только одно – умение военного руководства ставить впечатляющие спектакли. В войсках маневры назвали "балетом". А в трансляции с места условных боев телеканалы показали атаку кавалерии – в конном строю и чуть ли не лавой.

За красивое и эффектное зрелище, устроенное, строго говоря, для единственного зрителя – Верховного главнокомандующего, пришлось расплачиваться вооруженным силам. Небогатые армейские ресурсы, предназначенные для плановой боевой учебы, были растрачены за время подготовки и проведения "балета". Заменяет ли такая "демонстрация боевой мощи" регулярные учения подразделений? Для военных ответ на этот вопрос очевиден.

Учения по истреблению террористов происходили на фоне докладов о трудовых успехах аудиторов Счетного комитета. В частности, проверяющие из Счетного комитета указали, что оборонным ведомством только в 2005-2006 годах были допущены нарушения на сумму свыше 1,4 миллиарда тенге.

Как сообщил по итогам проверки 2005-2006 годов Счетный комитет, "отсутствовало согласованное взаимодействие министерства обороны и министерства индустрии и торговли по вопросам формирования оборонного заказа. Это позволило минобороны приобретать в пределах утвержденной суммы военную технику без учета ее количества и номенклатуры, предусмотренных в паспорте соответствующей бюджетной программы". Другими словами, оборонное ведомство приобретало абы что, а не то, что было утверждено в бюджете.

Столь же успешно военные осваивали и средства, выделенные на строительство объектов оборонного значения. Аудиторы нашли, что "министерство обороны слабо контролирует ход строительства военных объектов".

– Допускаются удорожание проектно-сметной документации, несоблюдение ее утвержденных показателей, а также оплата фиктивных актов и завышенных объемов выполненных работ , – уточняли в Счетном комитете.

Культ личности министерского масштаба

Кадры, как известно, решают все. И было бы правильным предположить, что такие "высокие" показатели в сфере военного строительства – не случайность, а результат продуманной и планомерной кадровой работы в недрах министерства обороны.

В обращении к общественности группа офицеров выражала удивление, как начальник административного департамента министерства полковник Сагымбеков смог получить боевую награду, медаль "За воинскую доблесть" и четыре раза досрочно производился в новое звание, не участвуя в боях, не окончив военной академии и не пройдя основных должностей в войсках.

Упреков в письме офицеров удостоился также полковник Рыспаев – начальник департамента кадров. По мнению составителей заявления, этот чиновник министерства обороны должен нести ответственность за нарушения воинской дисциплины и законности в частях, перекосы в кадровой работе.

– Мы хотим сказать, что во время нахождения в должности министра обороны Мухтара Алтынбаева в армии фактически сложился внутриведомственный культ личности. Подбор и расстановка кадров осуществлялась по критерию личной близости и преданности руководителю, – заявил один из офицеров, подготовивших заявление. – Все это нанесло значительный ущерб вооруженным силам.

Претензии у многих военнослужащих есть и к тем, кто представляет их интересы в исполнительных и законодательных органах власти. Подполковник Ерлан Сарсенбаев, представляющий вооруженные силы в парламенте, если верить данным все той же записки, поданной в аппарат минобороны, не имеет военно-специального образования и ни дня не служил в гарнизонах.

– Это беда вооруженных сил. Посмотрите, в комитете по обороне находятся люди, обычно имеющие отдаленное отношение к армии, – говорит анонимный офицер. – Как могут те, кто не тянул лямку, защищать интересы военнослужащих?

Конечно, письмо офицеров можно счесть обычным заявлением обиженных неудачников, обойденных чинами и наградами. Находясь вне армии, трудно судить, насколько оправданы упреки группы офицеров своим руководителям. Но именно по этой причине очень обоснованным представляется такой пассаж в заявлении: "Чем объясняется крайняя закрытость для общества положения дел в силовых органах государства? Ссылкой на необходимость соблюдения военных секретов. Думаем, что такой поход некорректен, так как обычных граждан не интересуют планы применения войск, боевого и мобилизационного развертывания, образцы новейшей военной техники. Нам надо знать – что творится в армии, поскольку там служат наши мужья, сыновья, жены и дочери, иметь контроль за расходованием народных денег, быть уверенными в обеспечении нашей безопасности".

– Несмотря на наличие нескольких проверяющих органов, силовые структуры остаются во многом вне контроля общества. Для того чтобы страна имела представление, что же творится в силовых министерствах, следует создать отдельную инспекционную комиссию, например, из военных и работников правоохранительных органов, находящихся в запасе, – предлагает Махмут Телегусов. – Это позволит им оценивать положение дел в силовых структурах непредвзято, так как они не зависят уже в служебном отношении от руководителей ведомств. К тому же они,как профессионалы, не позволят себя обмануть. Это конкретное предложение, но в целом необходимо поднять вопрос оценки деятельности того же минобороны. В этом заинтересованы в первую очередь военные, я имею в виду настоящих профессионалов, преданных своему делу.




Алиев не истерик - он просто поторопился

17.08.2007. Взгляд (Казахстан)

Елена Тихомирова

Президент опирается на бюрократов и олигархов

Чуть ли не главным событием последних дней стал отказ австрий¬ских властей отправить бывшего зятя президента на родину. По мнению западной прессы, опальный чиновник намерен установить связи с казахстанской оппозицией за рубежом и уж тогда открыть «чемодан с компроматом». Отечественные официальные лица делают хорошую мину при плохой игре, а аналитики прогнозируют снижение шансов Казахстана на достойную роль на международной арене.

В преддверии выборов подобные скандалы крайне нежелательны, а, по словам директора Группы оценки рисков (ARG-Казахстан) Досыма Сатпаева, электоральный процесс окажет на западную верхушку действие, обратное желаемому. Созданные президентом механизмы и институты контроля над элитой и обществом иллюзорны и ненадежны, считает политолог, и рано или поздно мы увидим ожесточенную драку.

Не видать ОБСЕ своих ушей

- Не кажется ли Вам, что за отказом австрийских властей могло стоять что-то кроме желания соблюсти закон?

- Мне кажется, нет смысла не доверять официальной точке зрения австрийской стороны. Нужно понимать, что если речь идет о европейском государстве, то все официальные заявления, связанные с отправлением правосудия, опираются не на «телефонное право» и не на подковерные игры, а на четкое исполнение законов. Если австрийские власти посчитали, что казахстанские правоохранительные органы не предоставили им достаточных доказательств вины Рахата Алиева, что суд над ним на территории Казахстана с их точки зрения будет необъективным и несправедливым, то они об этом и думали, когда делали заявление. Я здесь не вижу никаких интриг.

Здесь есть существенные ошибки и проколы со стороны казахстанской правоохранительной системы. На самом деле кто мешал задержать Рахата Алиева, когда он был еще на территории Казахстана? Не создавая себе сложностей с экстрадицией, с многодневной перепиской с австрийскими коллегами, постоянными заявлениями, что его вот-вот выдадут? Всего этого можно было б избежать, если бы правоохранительные структуры Казахстана были более расторопны.

- Многие считают, что пребывание Рахата Алиева в родных пенатах для власти крайне нежелательно.

- Я так не думаю. Руководству страны еще более невыгодно присутствие Рахата Алиева за границей. Давайте просто исходить из прецедента: власти Казахстана уже один раз обожглись очень серьезно - с делом Акежана Кажегельдина. И я надеялся, что они получили серьезный урок такого рода, когда присутствие за рубежом хорошо информированного оппонента президенту вредит политической элите. Рахат Алиев - достаточно агрессивный игрок, это человек, который отнюдь не собирается уходить в тень и писать мемуары. Судя по тому, как он реагирует на происходящее в стране, постоянно оповещает общественность о своих намерениях через интервью, он будет вести себя достаточно активно именно с точки зрения формирования неблагоприятного для правящей элиты Казахстана общественного мнения.

- Можно ли утверждать, что гипотетическое председательство в ОБСЕ в связи с делом Рахата Алиева стало еще более отдаленным?

- Честно говоря, я не хотел бы связывать это напрямую. Вне зависимости от того, кто бы проталкивал эту идею - бывший зять президента или кто-либо иной, здесь есть ряд факторов, играющих как на пользу Казахстану, так и нет. К сожалению, факторов, которые не на пользу, намного больше. И потом основная часть государств-членов ОБСЕ уже заявила о том, что индикатором, позволяющим определить готовность Казахстана, станут эти парламентские выборы. Даже не их результат, а как они будут проводиться.

Учитывая, что казахстанская оппозиция по-прежнему, как и в 2004 году, очень мощно критикует власть по поводу отсутствия конкуренции, я не думаю, что эти выборы упадут в копилку нашей дипломатии и позволят претендовать на этот пост. Не стоит забывать, что с самого начала были очень большие сомнения, в Европе у нас был один наиболее мощный лоббист - Германия, и ее помощь была существенной. Но, учитывая, что США и Великобритания до сих пор занимают очень жесткую позицию, а на их мнение ориентируются многие европейские государства, думаю, что это и будет препятствовать нашим попыткам занять пост председателя ОБСЕ. А Рахат - это просто дополнительный негативный фактор, который еще больше портит нам всю картину. Особенно если он начнет дозированно закидывать информацию, те или иные пикантные подробности жизни и деятельности нашей элиты.

Контакт будет?

- Как Вы считаете, есть ли у экс-посла возможности наладить какие-либо контакты с казахстанской оппозицией за рубежом?

- Древние были правы, когда говорили: враг моего врага - мой друг. Сейчас многие мои коллеги рассуждают по поводу возможности объединения усилий тех же Акежана Кажегельдина и Рахата Алиева. Но есть политический прагматизм, а есть политическая принципиальность, и очень часто эти понятия конфликтуют друг с другом. Если исходить из точки зрения политического принципа, то для Акежана Кажегельдина Рахат - не самый лучший партнер. Тем более он никогда не олицетворял демократическую оппозицию, а, прямо скажем, наоборот, рассматривался как один из основных противников любых демократических начинаний.

События 2001 года показали, что он может вести себя достаточно жестко по отношению к тем людям, которые предлагали иной вариант политического развития страны. Сила Рахата Алиева состоит в том, что он источник пикантной информации. Компромат - это не только оружие нападения, это и оружие сдерживания. Это такой «ядерный чемоданчик», который можно с собой постоянно носить, но это не значит, что ты когда-либо нажмешь кнопку. Зато все знают, что он у тебя есть. Думаю, что в Казахстане будет продолжаться активная работа по дальнейшему «демонизированию» образа Рахата Алиева. Но я лично сомневаюсь, что наша оппозиция - что внутри страны, что за рубежом - будет рассматривать его в качестве стратегического партнера.

- Как бы Вы оценили поведение самого Рахата Алиева? Некоторые аналитики утверждали, что в его действиях нет никакой стратегии, а есть непродуманность и даже истерика.

- Человек достаточно грамотно подошел к возможности своей невыдачи с территории Австрии, думаю, он прорабатывал такой вариант и неслучайно выбрал эту страну в качестве бастиона, просчитал низкие шансы нашего правосудия его заполучить. Видно, что здесь не было спонтанности. Другое дело, что, возможно, он готовил себе тыловую базу, но не ожидал такого быстрого развития событий. Если бы не было его политических заявлений, касающихся поправок в Конституцию и желания баллотироваться на пост президента, если б ситуация вокруг Нурбанка замкнулась просто на внутренней разборке, даже если б там пахло криминалом, то Алиев находился бы в стране и держался бы на плаву.

Нурбанк был серьезной ошибкой, Алиев переоценил свои возможности, и он банальную борьбу за собственность перевел в политическую плоскость, чем воспользовались его многочисленные противники. Человеку, у которого изначально было больше противников, чем союзников, конечно, стоило бы десять раз задуматься и вспомнить очень известный афоризм: глупцом является тот, кто, живя в стеклянном доме, начинает швыряться камнями. Он начал войну с представителями элиты, при этом сознавая, что противники могут использовать его оружие - компромат - против него самого.

Ядерная кнопка Рахата Алиева

- Здесь немного странно выглядят его заявления против президента лично.

- Эти заявления он сделал, когда понял, что проиграл в этой войне. Скорее всего, так: что было на уме, то сорвалось с языка. Не будем забывать, что многие участники событий 2001 года подтверждают: он уже тогда намекал на то, что у него были планы государственного переворота. Я думаю, что Рахат имел собственный план политического развития страны после ухода президента Назарбаева, в котором отводил себе центральную роль. Беда в том, что игра началась немножко раньше и он не успел выложить все козыри. Здесь фактор времени заставил его высказать то, о чем он думал уже давно. Политические заявления хорошо сформировались в его голове.

- Возможно ли примирение между президентом и экс-зятем?

- Примирение возможно, прецеденты уже были, когда публичное покаяние перед президентом приводит к публичному же прощению. Эти люди продолжают на территории Казахстана успешную деятельность - в бизнесе, СМИ и так далее. Повторюсь: присутствие Рахата Алиева за пределами страны, неконтролируемое присутствие, - это серьезный фактор угрозы. А если подтвердится, что он начал переговоры с американскими правоохранительными структурами по поводу Казахгейта…

В Казахстане появился свой Березовский. Это ситуация, как будто сделанная под копирку. При этом образ Березовского тоже «демонизируется» настолько, что создается впечатление, будто все без исключения проблемы России связаны с ним одним. То же самое сейчас происходит с Рахатом. И, как в случае с российским олигархом, силовые методы едва ли будут приемлемы. Сейчас обе стороны взяли тайм-аут.

- Скоро мы узнаем много тайн сильных мира сего?

- Я еще в 2001 году говорил, что в войнах элиты есть один большой плюс: чем больше олигархи дерутся между собой, тем больше тайн начинает вылезать наружу. И поверьте мне, что, когда здесь начнется серьезная смена власти, мы еще очень многому поразимся. Возможны даже в прямом смысле этого слова «скелеты в шкафах».

- А когда она начнется?

- Я думаю, что не стоит рассматривать поправку снятия ограничений срока полномочий для первого президента как гарантию его пожизненного нахождения у власти. Давайте посмотрим до 2012 года, это последний рубеж, когда президенту надо будет определиться: либо остаться, либо определиться с преемником. То есть даже заранее нужно показать элите, кто сможет его заменить. С точки зрения главы государства это был бы оптимальный шаг. Появление неожиданной фигуры может стать нежелательным с точки зрения стабильности. И с точки зрения все той же стабильности было бы наилучшим вариантом, если бы президент, оставив свой пост, сохранил возможность влияния на политические процессы. Например, как Дэн Сяопин.

Что касается предстоящих парламент¬ских и вообще всех уже прошедших выборов, понимаете, у меня разочарование вызывает не то, что оппозицию зажимают. К этому надо было готовиться, и этого следовало ожидать. Разочаровывает то, что все эти выборы не приводят к изменению ситуации в целом. Вся система по-прежнему базируется на одном человеке, перевода в плоскость стабилизирующих институтов не происходит. Я недавно задал одному представителю «Нур Отана» вопрос: назовите мне хоть один дееспособный политический институт, который мог бы обеспечить преемственность власти? Он назвал Ассамблею народов Казахстана. Это вызвало у меня недоумение. Взгляните на наше политическое пространство - оно сейчас напоминает пустыню.

Красивая декорация власти

- Ассамблея народов - это, конечно, сильно сказано. А есть ли, на Ваш взгляд, структуры, которые могут гарантировать мирную смену власти?

- Я их ищу и пока не нашел. «Нур Отан»? Это партия-пустышка, она слетит после ухода ее лидера. Интересный момент: подчеркивается, что это партия президента, а не народа. Партия держится за лидера, как вагончики за локомотив, а не наоборот, как должно быть. Неправительственные организации? Они искусственно поделены на своих и чужих. СМИ (четвертая власть) ослаблены, разделены между группировками и не могут быть объективным игроком. Политические партии несамостоятельны, они даже не могут создать коалицию.

- Есть мнение, что президент из СПК и других подобных структур создал альтернативную схему управления.

- Она искусственна. Когда начинается процесс консолидации партийных, политических ресурсов, тут же начинается процесс консолидации и в экономике. Президент понимает, что нацкомпании стали настолько финансово могущественны, а, следовательно, и политически опасны, что необходимо их дробить и объединять под общую, но другую крышу. А наличие большого количества пропрезидентских партий - тоже минус.

Пример «Асара» показал, что эти партии могут создать конкуренцию. Во всех процессах объединения - политических, экономических, медийных - именно Администрация президента является ключевым игроком. Это говорит о том, что именно эта единица бюрократической пирамиды находится на вершине, там принимаются все важнейшие решения. Тем не менее эффективность деятельности созданных схем не доказана, возьмем, к примеру, «Самрук». По факту как нацкомпании были монополиями, так и остались, как доминировали, так и доминируют. КПД «Самрука» никем не высчитан.

Бюрократия и олигархи сегодня - самые влиятельные игроки, именно на них делает ставку президент. Но вся проблема в том, что эта группа настолько разношерстна, настолько разобщена столкновениями, что единственный «обруч», который держит эту «бочку» вместе, - сам президент.

- Предстоящие выборы не смогут изменить расклад?

- Выборы не сыграют абсолютно никакой роли. Я не могу понять, какая была конечная цель этой стратегии. Ну, хорошо, «Нур Отан» получит большинство, оппозиция отойдет на периферию, но как это скажется на долгосрочности стабильности в стране? Послушный и продажный парламент, по словам Акежана Кажегельдина, - это как стул без ножек. Он может стоять возле стены, но вот сидеть на нем нельзя. Когда президенту понадобится реальная, а не иллюзорная политическая поддержка, парламент не сможет ее обеспечить. Минувшие дебаты показали, как много общего у провластных кандидатов и оппозиционных. Все это политические, возможно, красивые декорации, это не бетон, которым закладываются основы государства.




Казатомпром делает "мертвую петлю"

19.08.2007. Gazeta.kz

Дмитрий Перцев

Вполне возможно, что в ближайшее время казахстанская компания потеряет интерес к поставкам на российский рынок природного урана.

Причем, стоит заметить, что стратегия "Казатомпрома" понятна и прагматична.

Недавно он подписала эксклюзивное соглашение с Гуаньгдонской компанией по поставкам урана для нужд китайских ядерных реакторов, заняв половину рынка природного урана в Китае.

Теперь "Казатомпром" пошел дальше - он стремится получить доступ к западному рынку и технологиям, чтобы на основе более глубокой переработки сырья поставлять готовое ядерное топливо на мировой рынок.

Технологический прорыв казахстанской компании может означать следующее: Казахстан все активнее внедряется на западные рынки, и, может так случиться, что свободного урана для поставок в Россию просто не будет.

Все началось с того, что "Казатомпром" вознамерился приобрести пакет акций американской группы компаний Westinghouse Electric, которая занимает более 50% мирового рынка атомных реакторов. Если сделка совершится, то "Казатомпром" получит доступ на мировые рынки. России это невыгодно по двум причинам. Во-первых, Казахстан постепенно теряет интерес к поставкам природного урана на обогатительные предприятия России. При таком стечении обстоятельств Россия может лишиться сырьевой базы в Казахстане. Во-вторых, ставка Казахстана на американские технологии чревата для российского "Атомэнергопрома" потерей сырьевой базы выгодных контрактов на строительство новых энергоблоков, особенно на территории стран Содружества.

Чего хочет "Казатомпром"

2014 год Казахстан хочет сделать знаковым. Именно к этому времени с помощью полученных у американцев технологий Казахстан намерен полностью прекратить поставку на внешний рынок природного урана, перейдя на экспорт готового продукта с высокой добавленной стоимостью - тепловыделяющих сборок, собранных не по российским, а по западным стандартам. Сделку по приобретению пакета акций Westinghouse необходимо обсудить с японской корпорацией Toshiba, которой контролирует 77 процентов акций.

Обычно, в предпродажное время достаточно трудно получить объективную информацию. Toshiba не комментирует информацию о возможной покупке, но по сведениям японских СМИ речь идет о покупке 10 процентов акций примерно за 488 миллиона долларов.

Вообще, переориентация урановых поставок на рынки США, Европы и Азии является для Казахстана стратегическим направлением развития бизнеса. В советские времена урановая промышленность Казахстана была представлена урановыми рудниками и Ульбинским металлургическим заводом, производящим топливные таблетки для российского типа атомных реакторов. Чтобы стать значимым игроком мирового рынка, Казахстану необходимы технологии производства новых видов топлива для западного типа реакторов.

Не секрет, что благодаря приобретению акций американской атомной компании "Казатомпром" намерен получить доступ на западные рынки ядерного топлива.

Логика в такой покупке есть. Вне зависимости от пакета акций "Казатомпром" получит главное - выход на мировой рынок. Уточню, мировой рынок западных реакторов. При этом нелишне будет напомнить, что половину реакторов в мире построила компания Westinghouse.

В этом году Казахстан добудет 7,6 тысячи тонн природного урана. К 2010 году "Казатомпром" планирует увеличить добычу до 15 тысяч тонн и выйти по этому показателю на первое место в мире, обогнав при этом мировых лидеров - Австралию и Канаду, на долю которых приходится сегодня 24 и 28 процентов мировой добычи.

Атомная энергетика во всем мире развивается довольно активно, и не за горами время, когда топлива для ядерных реакторов будет не хватать. В ближайшие годы дефицит может составить до 16 тысяч тонн урана, поэтому стратегия казахстанской компании по наращиванию добычи оправдана. И, судя по всему, идет процесс не только физического прироста добычи, но и поиск технологий, с помощью которых природный уран будет доведен до уровня топлива для ядерных реакторов.

При этом в Казахстане прекрасно понимают, что рынок реакторов советского типа, на которых специализируется Россия, узко сегментирован, и там нет достаточных ниш для активного роста. Поэтому "Казатомпромом" осуществляется стратегия переориентации с советских технологий на западные.

Еще одним свидетельством того, что "Казатомпром" и Toshiba договорились, служит информация, распространенная агентством Bloomberg. Как свидетельствует соответствующая лента новостей, японский производитель ядерных реакторов Toshiba Corp. обсуждает с Marubeni возможность покупки у нее доли в урановом совместном предприятии (СП) в Казахстане. По данным японских СМИ, Toshiba планирует приобрести 22,5-процентную долю в СП.

Речь идет о доле в проекте "Харасан", к эксплуатации которого планируется приступить в нынешнем году. Проектной мощности в 5 тысяч тонн урана в год (комбинированная добыча) планируется достичь к 2014 году, далее до 2050 года предполагается сохранить ежегодную добычу на этом уровне.

Проблемы россиян

Сейчас вся добыча урана в России сконцентрирована в трех местах. В Читинской области, недалеко от города Краснокаменска, добывается 93 процента российского урана. Здесь его добычу шахтным способом осуществляет Прииртышское производственное горно-химическое объединение, входящее в корпорацию "ТВЭЛ", остальной уран добывают методом подземного выщелачивания предприятия "Далур" и "Хиагда", находящиеся в Курганской области и Бурятии. Полученный урановый концентрат перерабатывается на Чепецком механическом заводе.

Россия уже страдает от нехватки урана, притом к 2020 году ситуация, если не принимать экстренных мер, станет критической. Ведь по принятой в России амбициозной программе страна намерена довести долю атомной энергии до 25 процентов. Грандиозный план подразумевает ежегодное строительство двух энергоблоков мощностью по гигаватту каждый.

Сейчас в России в год добывается 3 тысячи тонн урана, а потребляется около 9 тысяч тонн. Для покрытия дефицита используются запасы, накопленные еще в советские времена (примерная оценка 200 тысяч тонн). Если принятая атомная программа воплотится в жизнь, то к 2020 году потребности в уране вырастут до 16 тысяч тонн. Если не увеличить к тому времени добычу урана в пять раз, Россия может превратиться из экспортера ядерного топлива в импортера. Не надо забывать, что она обслуживает еще и десятки зарубежных реакторов, построенных по российской технологии.

Глава "Росатома" Сергей Кириенко не склонен столь драматизировать ситуацию, хотя не скрывает, что такая проблема существует.

По разведанным запасам урана, считает он, Россия занимает третье место в мире после Австралии и Казахстана - это 850 тысяч тонн. Россия может работать спокойно, не получая импортного урана. Она усилила работы по его разведке, и не только геологические, но и архивные. Ведь в советское время в любой экспедиции был человек с дозиметром. Тогда многие из разведанных месторождений казались нерентабельными. При той рыночной цене урана - 30 долларов за килограмм - и себестоимости добычи 80-90 долларов бедные месторождения разрабатывать было нецелесообразно. Но сейчас, когда цена на уран в мире подскочила до 300 долларов, они становятся рентабельными.

Внешнее благополучие

Внешне российско-казахстанскому сотрудничеству в ядерной сфере ничто и никто не угрожает. Россию не оттеснили от казахстанского урана, и лучшим тому подтверждением может служить подписание соглашения о создании на базе Буденновского месторождения российско-казахстанского совместного предприятия по добыче урана мощностью 4000 тонн в год. Его разработка вкупе с мощностями уже действующего СП "Заречное" дает возможность России перекрыть добычу урана в два раза.

Правда, как заявляла казахстанская сторона, принцип нового СП отличается от принципов, по которым до этого были созданы совместные предприятия "Заречное" (с Россией), "Инкай" (с Канадой) и "Катко" (с Францией). Сейчас доли во всех СП компании получают на принципах взаимной выгоды. К примеру, если Казахстан допускает какую-то компанию к добыче природного урана, то есть "Казатомпром" пускает ее в бизнес, то она, в свою очередь, должна пустить нас в аналогичный бизнес там, где это интересно казахстанской компании (вспомните, как выстраиваются отношения с японской Toshiba).

Именно такой принцип будет реализован и в новом СП на месторождении Буденновское. В данном случае "Казатомпром" поменял долю в добычном предприятии на долю в российском предприятии по обогащению урана в Ангарске.

И самое главное в сделке, которую затеял "Казатомпром". Аналитик ИК "Финам" Тимур Хабицев считает, что "покупка доли акций одного из лидеров атомной промышленности - довольно громкая заявка Казахстана на укрепление своих позиций на глобальном рынке. Это игра по-крупному, и она позволит "Казатомпрому" войти в число инжиниринговых компаний и предприятий, обладающих полным ядерным циклом".


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2022 Институт стран СНГ