Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №112(01.12.2004)
<< Список номеров
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ВЕСТИ ИЗ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Почему полковник Канарейкин должен идти пасти коров?

Октябрь 2004  г., «Вестник форума, №9-10

Лидия Графова

В ФМС - Федеральной миграционной службе опять перестройка. Седьмая за последние шесть лет. На этот раз называется она административной реформой и будет, судя по всему, самой сокрушительной: миграционную служ­бу зачем-то сливают с паспортно-визовой. Как практически это будет происходить, я совершенно не могла себе представить, пока не съездила в Воронеж.

Из Воронежа пришло письмо за под­писью семи лидеров переселенческих организаций, встревоженных тем, что «полковника Канарейкина, настоящего друга мигрантов, хотят снимать»...

Полковник милиции с веселой фами­лией Канарейкин был назначен началь­ником Воронежской миграционной службы в ту осень 2001-го, когда вся миграция была передана (вдруг!) в ве­дение МВД. Разумеется, штатские со­трудники приняли начальника в погонах настороженно. А Канарейкин сразу зая­вил, что любит порядок и повесил в своем кабинете портрет Сталина. Стал требовать, чтобы каждый сотрудник отчитывался о том, что полезного сде­лал за день. Поставил условие: мигрант должен сразу получить убедительные ответы на все свои вопросы, «чтоб че­ловеку не пришлось без конца оббивать наши пороги». Ликвидировал долж­ность секретарши (экономия средств).

Очень скоро подчиненные увидели, что их начальник «прежде всего чело­век, а потом уж милиционер». Вопре­ки ожиданиям скептиков, Александр Дмитриевич Канарейкин сумел за три года вывести миграцию, как выража­ются переселенцы, «из мертвой зоны». Хоть из федерального бюджета на обу­стройство мигрантов выделяются кро­хи (все меньше и меньше), Канарей­кин ухитряется так рачительно вклады­вать эти средства, что, например, в про­шлом году службе удалось закупить в райцентре Лиски на три квартиры боль­ше, чем планировалось (причем, в но­вом доме с отличной планировкой). Удалось потому, что Канарейкин зак­лючил договор со строителями еще на стадии незавершенки - обнаружился в полковнике талант стратега.

Однако кому-то эти «лишние кварти­ры» показались подозрительными, и в службу зачастили разные проверки. «Ког­да другие руководители сидели сложа руки, до нас никому дела не было, - го­ворят сотрудники. - А теперь человек душу в работу вкладывает, так его надо зачем-то рентгеном просвечивать».

А тут появился еще один повод для подозрений: Канарейкин добился пе­реселения службы с окраины города, где раньше ее с трудом находили миг­ранты, в самый центр, в бывшее трамвайно-троллейбусное управление. Су­мел он сделать из этого замызганного помещения благоустроенный совре­менный офис, и весь ремонт - за счет внебюджетных средств.

«Меня некоторые побирушкой назы­вают», - говорит Александр Дмитрие­вич, смущенно улыбаясь своей по-дет­ски наивной улыбкой. Ну, как бы ни на­зывали, а умеет Канарейкин привлекать и средства, и сострадание к мигрантам. Написал, например, около 50-ти обра­щений в разные госорганы и бизнес-структуры с просьбой помочь переселен­цам - ветеранам Великой Отечествен­ной войны обрести крышу над головой. Перед Днем Победы (и в этом, и в про­шлом году) служба совместно с пере­селенческими организациями устраи­вала для ветеранов праздник в лесу -«фронтовая каша». Перед Новым го­дом Канарейкин лично объезжает с подарками многодетные семьи.

Однако, все хорошее, что успел сделать для мигрантов требователь­ный и отзывчивый полковник Канарей­кин, е заслугу ему не ставится. У се­годняшней миграционной политики совсем другие приоритеты: не забота о мигрантах, а фактически война с ними. И Канарейкин, получается, идет против течения. Но можно ли наказать начальника за его человечность? Тем более, что и вторую часть своей ра­боты - борьбу с нелегальной миграци­ей - Канарейкин исполняет образцово.

Так за что же его снимают?

Вообще-то, «снимать» Канарейки­на вроде бы никто не собирается. Его просто сдвигают вниз. И происходит это в соответствии с очередной реор­ганизацией, которая предусматривает, как было сказано выше, слияние миг­рационной службы с паспортно-визо­вой. У двух служб имеются, ясное дело, два начальника. А теперь должен быть один главный. Воронежское ГУВД выбрало не Канарейкина, хотя, казалось бы, лучшей кандидатуры, чем он, и найти трудно: мало того, что этот полковник сложнейшую пробле­му миграции освоил, так он же и паспортно-визовую службу прекрасно знает. До того, как его бросили «подни­мать миграцию», Александр Дмитрие­вич несколько лет возглавлял ПВС области. И там, судя по отзывам, тоже успел навести порядок. Теперь же при­дется ему подчиняться своему быв­шему заму по паспортно-визовой службе. У Канарейкина с тем бывшим замом отношения нормальные, но взгляды на миграцию у них разные. Переселенцы рассказывают, что в от­личие от Канарейкина, который в лю­бой трудной ситуации ищет выход, пас­портно-визовая служба никогда ни в чем не идет человеку навстречу. Так вот спрашивается: если объединенная служба будет называться миграцион­ной и, значит, острая проблема мигра­ции остается главной, зачем назначать руководителем человека, которому предстоит постигать проблему с нуля?

Я задавала этот вопрос ответствен­ным лицам в ГУВД и в администрации Воронежской области. Никто не ска­зал о Канарейкине осуждающего сло­ва, его только хвалили, но ... Возраст! Оказывается, все дело в том, что не­давно, в сентябре, полковнику испол­нилось 55 лет и по милицейским зако­нам он не может быть начальником. «Вы верите в истинность этой причи­ны?» - допытывались у меня сотруд­ники миграционной службы. Многие из них собираются, если уйдет Канарей­кин, тоже уходить.

Такая знакомая картина: самые опытные сотрудники миграционной службы то и дело мигрируют из нее прочь. Вот уже шесть лет подряд службу трясет как при 9-ти бальном шторме. И кто бы мог объяснить ло­гику всех этих бесконечных мета­морфоз и кадровых метаний? Поче­му, например, генерал Черненко А.Г., не проработав и года начальником ФМС, внезапно отбыл в Санкт-Пе­тербург, сопровождая Матвиенко В.И., а через полтора года подобно блудному сыну вдруг вернулся опять в ФМС?

«Кадры решают все», - справедли­во говорил в свое время вождь, уничтоживший, правда, миллионы самых ценных кадров. Сегодня до физичес­кого уничтожения дело, слава Богу, не доходит, однако если взглянуть на кадровую политику нашего государ­ства с точки зрения профессионализ­ма, обнаружишь (не только в мигра­ции) выжженное поле.

Что же касается конкретно миг­рации, которую то и дело поминают сегодня в связи с терроризмом, каза­лось бы, государство должно прило­жить все усилия для у крепления рабо­тающих в этой области структур. А получается как по закону подлости -прямо наоборот. Чего только не пере­жила за последние годы бедолага ФМС. То ее с Миннацем объединяли, то разъединяли, хотели одно время при­соединить к МЧС, но три года назад передали в ведение МВД. Ходили слу­хи, что в связи с тем, что милиция с миграцией не справляется (только взятки с мигрантов берет), передадут службу в ФСБ. Не передали. Зато те­перь генерал Черненко активно при­влекает сотрудников ФСБ на руководящие должности. Больше трех ме­сяцев после своего возвращения потра­тил генерал на то, чтоб составить схему обновленной службы, и вот ре­зультат: среди одиннадцати управле­ний мы не нашли ни единого управле­ния по работе с вынужденными пере­селенцами. А раньше эта работа была смыслом существования ФМС. И ста­новится совершенно ясно, что в этой совсем уж милитаризированной структуре заботливому полковнику Канарейкину места просто нет.

Почти шесть лет длится в ФМС ставший уже перманентным ликви­дационный период. Все эти годы структура занималась не столько мигрантами, сколько сама собой. Одно лишь отчасти спасало: пертур­бации происходили в основном в Мос­кве, в центральном аппарате, мало касаясь регионов. Теперь же, когда предстоит сливать воедино две служ­бы, неразбериха пойдет с самых, что называется, корней травы. Дублиро­вания каких-то функций, возможно, удастся избежать, но какие же кад­ровые потери понесет служба!

Ну, а полковник Канарейкин - чело­век неунывающий, он признался мне, что любит ходить босиком по земле и со всеми встречными здороваться. «Вот выйду на пенсию, уеду в деревню и стану пасти коров, а вы будете ко мне приезжать ... Да, за мудростью». Что ж, человек с таким авторитетом, как он, где угодно себе работу найдет. Куда более спокойную и высоко оплачивае­мую. А вот милиция (ее не ругает се­годня только ленивый) лишится сотруд­ника, которым можно было бы всерьез гордиться. Благодаря Канарейкину по­казалось было, что не такое уж гиблое это дело - передача миграции в веде­ние милиции. Переселенческие орга­низации подумывали даже провести среди руководителей миграционных служб конкурс с шутливым названием «на лучшего Канарейкина России». Не получится конкурс. И вообще сейчас не до шуток. Просто зло берет: пробле­ма миграции по сути заведена в тупик, а вокруг этой взрывоопасной пробле­мы вот уже который год идут непонят­ные бюрократические игры.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2018 Институт стран СНГ