Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №150(15.07.2006)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЯВЛЕНИИ К.Ф.ЗАТУЛИНУ И ДРУГИМ ГРАЖДАНАМ РФ ЗАПРЕТА НА ВЪЕЗД НА УКРАИНУ.
ЖИЗНЬ ДИАСПОРЫ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Россия будет прирастать соотечественниками

03.07.2006, Эксперт №25 (519)

Николай Силаев

Утвержденная президентом программа возвращения соотечественников далеко не идеальна. Однако она важна хотя бы тем, что впервые в новейшей российской истории руководство страны предлагает осмысленную миграционную стратегию.

Владимир Путин вновь обратился к теме демографии — как и в последнем послании. Президентский указ «О мерах по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом», вступивший в силу на прошлой неделе, предусматривает первые реальные шаги по реализации идеи, которая обсуждается уже по меньшей мере десяток лет. Речь идет о привлечении в Россию русскоязычного населения из-за рубежа.

Президентским указом утверждена государственная программа содействия переселению. Пожалуй, впервые в документе такого статуса открытым текстом о миграции сказано то, по поводу чего уже давно имеется согласие в обществе, но что власть долго стеснялась говорить вслух. О том, что Россия теряет население в стратегически важных регионах, что миграционный поток практически не контролируется и это приводит к диспропорциям на рынках труда, что привлечение мигрантов должно предполагать четкую организацию их расселения и занятости, говорили и раньше — в частности, последний миграционный закон исходил именно из этих принципов. Однако до сих пор власть говорила о мигрантах вообще, здесь же прямо заявлено, что первоочередная задача — привлекать не просто мигрантов, а людей, «воспитанных в традициях российской культуры, владеющих русским языком, не желающих терять связей с Россией».

Что же касается конкретных механизмов, то указ президента требует от региональных властей представить проекты региональных программ содействия переселению до начала следующего года. Несколько регионов Сибири и Дальнего Востока должны представить свои программы еще раньше — к сентябрю. Иными словами, именно эти регионы будут заселяться в первую очередь. По госпрограмме, переселенцам обещают оплатить проезд, выплатить подъемные, в течение шести месяцев платить пособие, обеспечить здравоохранение и образование. Территории, на которых предполагается расселять мигрантов, будут разделены на три категории в зависимости от стратегической важности, экономических перспектив, демографической ситуации. С учетом категории будет предоставляться тот или иной набор обещанных государством благ. Переселенцам, участвующим в госпрограмме, также в приоритетном порядке будет предоставлено право на получение разрешения на временное проживание, вида на жительство, гражданства России. В качестве меры по закреплению мигрантов на тех территориях, где они более всего требуются, госпрограмма предполагает, что, если мигрант решит покинуть «территорию вселения» раньше двух лет после приезда, он должен будет вернуть государству подъемные.

Пять миллионов наших людей

Та часть экспертного сообщества, которая в течение последних лет рисует апокалиптические картины демографической катастрофы и видит спасение страны в привлечении масс мигрантов «числом поболее, ценою подешевле», восприняла президентскую инициативу весьма критически. Общий их пафос сводится к тому, что при всем желании Россия уже не привлечет на свою территорию все 25 млн русскоязычного населения, которые, как считается, остались за пределами России после распада СССР. Большинство из них вполне освоилось в новых независимых государствах. Многие уже вернулись сами, без всяких государственных программ. В итоге максимум, который может привлечь государственная программа, — 4–5 млн. А если учесть, что страна теряет едва ли не миллион жителей в год, от программы едва ли стоит ожидать решения демографической проблемы в масштабах страны.

Однако, во-первых, и 4–5 млн адаптированных к российскому менталитету и российской культуре (бытовой и производственной) граждан — это тоже немало и при реализации мер по стимулированию рождаемости (программу мер по этому направлению предложил президент в своем послании), а главное, по борьбе со смертностью (этим пока всерьез никто не занимается) может дать очень значимый эффект. Во-вторых, стремление переселиться в Россию все еще сильно среди соотечественников за рубежом. «Миграционный потенциал соотечественников велик, уехали в Россию далеко не все, кто хотел, — говорит эксперт Института стран СНГ Екатерина Роберова, — и с этой точки зрения государственная программа весьма актуальна».

Впрочем, у программы есть и реальные узкие места. Несмотря на попытки принять меры по закреплению мигрантов-соотечественников в регионах, где они более всего нужны, механизм этот может оказаться весьма неэффективным. Что помешает переселенцам, получившим льготы и подъемные, через два года покинуть гостеприимный регион и отправиться в ту же Москву или другие преуспевающие регионы России? А это будет лишь способствовать той самой стихийности миграционного потока и дисбалансу на рынке труда, на предотвращение которых, по идее, направлена госпрограмма. По логике указа, за эти два года мигранты должны обжиться и пустить корни, но, судя по опыту других стран, два года — срок для этого недостаточный. Так что, по мнению экспертов, возможно, придется либо увеличить срок возврата подъемных, либо предусмотреть дополнительные льготы или субсидии, на которые переселенцы могут рассчитывать по истечении двух лет.

Кроме того, по мнению Екатерины Роберовой, в программе не хватает представления о неоднородности сообщества соотечественников. Между, например, русскоязычным студентом из Латвии, русскоязычным специалистом из Казахстана и русскоязычным пенсионером из Узбекистана различий больше, чем сходства. У них совершенно разные представления о личных перспективах, сумме подъемных и привлекательной «территории вселения». «Программа могла бы быть более эффективной, если бы она учитывала такие различия», — считает г-жа Роберова.

И еще один аспект. Есть два разных подхода к работе с соотечественниками за рубежом. Первый — содействовать переселению в Россию. Второй — развивать русскоязычные диаспоры внутри самих стран. Причем оба направления одинаково важны. И делая акцент на переселении, важно, чтобы параллельно не была прекращена и работа по развитию диаспор, которые являются важным инструментом распространения российской культуры и российского влияния. И если сегодня вопрос эффективности диаспор для конкретных задач России еще вызывает сомнения, то в качестве вложения на будущее эта политика может быть совсем не бесполезна.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2020 Институт стран СНГ