Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №56(15.07.2002)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА: КАКИМ ПУТЕМ ИДТИ РОССИИ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
УКРАИНА
БЕЛОРУССИЯ
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Белорусская деловая газета № 1184,
4 июля 2002

Реформирование силовых структур

Андрей Александрович

Сокращение мускулов

Белорусские силовые структуры вступили в период затяжного реформирования. Вслед за Министерством обороны сокращения и реструктуризация начались в МВД, КГБ, МЧС, Госкомитете пограничных войск и других ведомствах. Однако желание урезать количественный состав силовиков, похоже, не подкреплено расчетом социальных последствий таких реформ.

Методы и объекты реформирования силовые ведомства, кроме Минобороны, афишировать не желают. Причин тому можно назвать несколько. Нет четкой общей концепции реструктуризации силовых структур. Президент поставил задачу сокращать управленческий аппарат — и сокращение началось. Причем каждое ведомство стало урезать штаты по-своему. Основным контингентом, брошенным в жертву реформам, стали люди пенсионного возраста. Следующие на очереди — сотрудники вспомогательных подразделений. Но, судя по всему, руководители ведомств оставляют за собой право в последний момент переиграть некоторые аспекты собственного реформаторства. И это тоже причина нежелания публично что-либо конкретизировать.

Самая крупная после армии сокращаемая структура — Министерство внутренних дел. Как сказал, отвечая на вопрос корреспондента «БДГ», заместитель министра — начальник Следственного комитета (СК) МВД генерал-майор Леонид Глуховский, «реорганизация идет для того, чтобы сконцентрировать основные силы на основных направлениях. Это криминальный блок, охрана общественного порядка, следствие и дознание». По его словам, в свое время в МВД был «перегиб» — вспомогательные службы, службы обеспечения получали приоритет. Их было значительно больше по количеству, а «потолки» званий у сотрудников таких служб были не меньшие, чем в оперативных подразделениях. Теперь подобного положения не будет.

От конкретизации масштабов и сроков сокращения Л. Глуховский уклонился, сказав, что он «не кадровик и не министр, а это скорее их цифры». Но отметил, что к реорганизации в МВД идут очень осторожно, так как за каждым сокращением стоят конкретные люди. «Мы даже больше идем по тому пути, — сказал генерал, — чтобы кого-то разаттестовать, чтоб это были вольнонаемные люди. А сокращение в основном идет за счет вакансий и пенсионеров».

Что же касается Следственного комитета, то, по словам Л. Глуховского, несмотря на то, что сегодня нагрузка на следователей уменьшилась (это связано с уменьшением количества преступлений и появлением службы дознания), работы у его подчиненных по-прежнему остается много. Кроме того, когда создавалась служба дознания, 140 человек из СК были переведены туда. Так что дальнейших сокращений среди следователей не ожидается.

По некоторым данным, сокращение в системе МВД может достигнуть 25 тыс. штатных единиц. Однако реально в лучшем случае треть этого числа будут составлять реальные работники. В основном станут сокращаться вакансии, хотя и людей этот процесс также не минует. Уже сейчас вне стен привычных кабинетов оказываются 50-летние пенсионеры. Перспектива тихо почивать на заслуженном отдыхе крепких еще, здоровых мужиков не очень-то устраивает. Но альтернативы им не предлагают. А что делать сержантам, которые также могут попасть под реорганизационный каток и которые, кроме как дубинкой махать, ничего не умеют? Но программ по их социальной адаптации и ресоциализации нет. Каждый должен решать, как жить дальше, самостоятельно.

Серьезному реформированию подвергается и КГБ. Штатная численность в нем должна сократиться на 10%. Но в КГБ, помимо центрального аппарата, есть структура на «отпущение» — управление военной контрразведки. Бывшие «особисты» логично вписались в 30-тысячное сокращение Вооруженных сил. Кроме того, планируется сократить рабочих и служащих КГБ. Однако, как заявил его председатель Леонид Ерин в интервью Интерфаксу, «никто из наших сотрудников не будет уволен». Так что, видимо, можно ждать прибавления в армии сексотов.

В Госкомитете погранвойск реформирование уже фактически завершено. Сокращение коснулось сотрудников центрального аппарата и управленческих структур погранотрядов. В подразделениях, непосредственно охраняющих границу, никаких штатных изменений не произошло.

В Министерстве по чрезвычайным ситуациям также идет урезание количества управленцев и технических служб. Здесь также собственно спасателей-огнеборцев оно практически не затрагивает.

Чем чревато появление безработной армии профессионалов-силовиков для общества — объяснять не стоит. Но на самих реформированных министерствах и ведомствах это особо не отразится. Да, сперва будет сложно. Однако в соответствии с законом сохранения если где-то чего убывает, значит, где-то того же прибывает. К примеру, уже в этом году в Мозыре, Речице и Пинске должны появиться вновь созданные роты внутренних войск. Они будут заниматься охраной общественного порядка. В МЧС создается собственная авиация с сопутствующими службами. Не исключено, что новые подразделения и вакансии возникнут и в других структурах. Кто туда пойдет работать? Разумеется, «сокращенные» специалисты. Не могут же все стать предпринимателями или самодостаточными пенсионерами. А учитывая, что в соответствии с июньским указом президента «О сокращении численности работников территориальных органов республиканских органов государственного управления» на 10% будут урезаны не только силовики, но и чиновничество, то и в нереформированных госучреждениях появятся новые кресла. Но вряд ли такую систему можно назвать продуманной социальной программой.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2019 Институт стран СНГ