Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №83(01.10.2003)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ПРОБЛЕМЫ ДИАСПОРЫ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.


Континент (Казахстан) №18. 24 сентября - 7 октября 2003

НАТО в Центральной Азии

Мурат Лаумулин, Алматы

Что ищет он в краю далеком, что кинул он в краю родном?
М. Ю. Лермонтов. "Белеет парус одинокий"

Уже второй год мы живем в условиях непосредственного военного присутствия военной структуры Организации Северо-Атлантического Договора (НАТО) в Центральной Азии и Афганистане. Военнослужащие, техника и военные базы стран-участниц договора, преимущественно США, дислоцируются в Узбекистане, Киргизии и Таджикистане. Когда говорят, что Соединенные Штаты разместили свои военные базы в нашем регионе, это не совсем точно: базы эти в основном натовские, хотя американцы и преобладают. В то же время некоторые объекты, аэродром в Ханабаде, например, можно охарактеризовать как контролируемый исключительно американским, а не атлантическим командованием.

Новая стратегическая конфигурация

Как провести грань между структурами, стратегией и политикой всего СевероАтлантического альянса и США? Как отделить интересы НАТО и Америки друг от друга? Насколько совпадают интересы трансатлантических партнеров в Центральной Азии, и вообще существует ли на сегодня единая стратегическая линия внутри НАТО?

Не секрет, что векторы основных участников НАТО уже давно расходятся. Европейцы во главе с Францией и Германией провозгласили курс на создание собственной армии и своих сил быстрого реагирования в рамках Единой европейской внешней политики и политики в области безопасности, которая стала официальной политикой Евросоюза после саммита в Ницце в 2000 году. Год назад США сделали ответный ход: министр обороны Дональд Рамсфельд выступил с предложением создать силы быстрого реагирования Северо-Атлантического альянса. Европейцы расценили это как попытку оказать давление на свои правительства, забрать их лучшие вооруженные силы для участия в американских военных авантюрах и тем самым заблокировать создание европейских сил.

Кризис между атлантическими союзниками вырос до стратегических масштабов накануне второй войны в Ираке в начале этого года. Соединенные Штаты второй раз после операции в Афганистане поставили на повестку дня вопрос о целесообразности существования НАТО, поскольку продемонстрировали союзникам, что вполне могут обходиться без их помощи (в Афганистане) и без их согласия (в Ираке). Прежняя зона ответственности НАТО – Европейский континент – на глазах меняет свою стратегическую конфигурацию. США приняли историческое решение о передислокации своих войск на территории Европы, где из 112 тыс. американских солдат, дислоцированных в Европе, 80 процентов были размещены на территории Германии. Уже в 2004 году начнется переброска этих сил в Восточную Европу, на территории новых участников альянса – Болгарии, Румынии, Словении, Словакии и прибалтийских государств. Но традиционные американские союзники, "старая Европа", еще не выразили свое согласие с этим планом и рассматривают его как исключительно одностороннее решение Вашингтона. Этот момент стал еще одним пунктом преткновения между союзниками. Пожалуй, Центральная Азия остается единственным регионом планеты, где участники альянса действуют в относительном согласии.

Центразбат – мертворожденный проект

Сотрудничество между странами Центральной Азии и НАТО имеет уже достаточно длительную историю. Казахстан на первых порах являлся первопроходцем и наиболее активным участником этого процесса. Решение о сотрудничестве с НАТО было принято Алма-Атой в 1992 году. Как считалось тогда, сотрудничество с альянсом даст республике дополнительные гарантии безопасности. В том же году президент Н. Назарбаев принял участие в осенней сессии Совета Северо-Атлантического сотрудничества. Характерно, что именно в Брюсселе наш лидер впервые озвучил идею о создании азиатской системы безопасности – прообразе СВМДА. Это подтверждает тот факт, что Казахстан придавал в то время большое значение сотрудничеству с западными институтами в сфере безопасности, прежде всего с НАТО.

Следует отметить, что и в Брюсселе разрабатывались стратегические планы по охвату как можно большего количества пост-социалистических государств и их подключению к геополитике Запада. Одним из важнейших инструментов такой стратегии стала программа НАТО "Партнерство во имя мира" (ПИМ). В мае 1994 года Казахстан подписал рамочный документ об участии в ПИМ, а в 1996-м в Брюсселе было подписано "Соглашение о безопасности" между РК и НАТО, которое предусматривало так называемый "регулирующий обмен чувствительной и секретной информацией" в рамках ПИМ, а также статус вооруженных сил участников соглашения на территории других участников ПИМ в случае военных учений. Для поддержания постоянных и оперативных контактов с альянсом Казахстан направил офицера связи в Монс (Бельгия), а в 1998 году была открыта дипломатическая миссия РК при НАТО. Примерно по той же схеме развивались отношения с альянсом двух других центральноазиатских государств – Киргизии и Узбекистана. Таджикистан, где только закончилась кровавая гражданская война, и Туркменистан, который все больше показывал упорное нежелание сближаться с Западом, остались вне этого процесса.

В конце века Брюссель начал менять свою стратегию в отношении центральноазиатских участников ПИМ. В 2000 году между Казахстаном и НАТО была подписана индивидуальная программа партнерства, одобренная Советом альянса. Казахстан в качестве первоочередной задачи преследовал цель расширить сотрудничество с НАТО в сфере военного строительства и подготовки кадров. На двусторонней основе такое сотрудничество уже имело место между РК и Турцией, ФРГ и США. С 1995 года казахстанские офицеры присутствуют в качестве наблюдателей на учениях в рамках ПИМ.

Учитывая будущее стратегическое значение Центральной Азии для геостратегии НАТО, Брюссель поддерживает связи между альянсом и государствами региона на высшем уровне. Впервые генсек НАТО (Х. Солана) посетил регион в 1994 году. Одной из основных тем переговоров было предстоящее (первое) расширение НАТО, которое затрагивало стратегические интересы России и косвенным образом – государств Центральной Азии. Однако главной целью визита Соланы был зондаж обстановки в регионе и выяснение позиций лидеров государств региона относительно дальнейшего расширения формата их сотрудничества с альянсом. Солана в завуалированной форме дал понять, что НАТО будет поддерживать усилия государств региона в рамках Центральноазиатского Союза по созданию автономных от ДКБ (то есть от России) военных структур.

Такой структурой, первой и пока последней, стал Центральноазиатский батальон (Центразбат), решение о формировании которого было принято на саммите ЦАС в Чимкенте в апреле 1995 года. Идея состояла в том, чтобы путем слияния контингентов трех государств создать единое военное формирование с миротворческими задачами. Энтузиазм в отношении Центразбата на первых порах был чрезвычайно большой, хотя это формирование и выглядело странновато: в одной роте говорили исключительно по-узбекски, в другой – преимущественно на киргизском, в третьей – на казахском и русском, а в ходе совместных учений все шестьсот военнослужащих батальона должны были использовать английский язык.

Свое первое крещение батальон получил в 1997 году на первых учениях в Центральной Азии "Центразбат-97" в рамках ПИМ, в которых приняли участие также подразделения США, России, Турции, Грузии и Балтийский батальон (аналогичное формирование прибалтийских республик). В последующие годы подобные учения проводились на территории Киргизии и Узбекистана. Следует заметить, что не только натовские военные принимали участие в учениях на территории Центральной Азии, но и центральноазиатские военные участвовали в учениях НАТО в Европе (например, в маневрах Cooperative Nugget-97).

Но в целом Центразбат остался мертворожденным проектом. Последние учения Казахстан провел в 2000 году в основном своими силами. Напоминанием о совместном батальоне остается наше миротворческое формирование – Казбат, которое предполагалось в прошлом году использовать в Афганистане и которое частично используется теперь в Ираке. По мере нарастания военной угрозы со стороны радикальных исламистов из Афганистана перед странами региона вырастала другая задача: формировать не миротворческие силы, а полноценные и эффективные соединения, способные отразить наступление террористических группировок. Баткенские события 1999-го и особенно 2000 года со всей ясностью поставили эту задачу на повестку дня. Государства Центральной Азии сделали попытку отреагировать на эту угрозу в рамках таких организаций, как ДКБ и ШОС. Но дело осложнялось тем, что Узбекистан тогда не входил еще в ШОС, а из ДКБ вообще вышел в апреле 1999-го.

Расширение "еврозоны" в Центральной Азии?

Брюссель зорко следил за изменением военно-стратегической обстановки в Центральной Азии. В 2000 году новый генсек НАТО Дж. Робертсон дважды встречался с Н. Назарбаевым в Астане и Брюсселе. Хотя в это время упор делался на сотрудничество между НАТО и государствами региона в рамках безобидных программ по охране окружающей среды, экологии и развития науки, в воздухе уже витал грозный призрак 11 сентября. Во всяком случае, руководство альянса проявляло серьезную озабоченность развитием событий в Афганистане и их влиянием на безопасность Центральной Азии.

Эта озабоченность западных политиков оправдалась самым мрачным образом два года назад. Необходимость проведения антитеррористической операции в Афганистане наглядным образом выявила стратегическую ценность Центральной Азии; ее геополитическое значение региона было очевидно с самого начала. Дальнейшие события хорошо известны: США и Великобритания провели в октябре-ноябре 2001 года военную операцию в Афганистане, а с декабря к ним подключились в качестве миротворцев другие члены НАТО. В январе 2002 года странам НАТО удалось добиться выдающегося стратегического успеха: была достигнута договоренность о размещении военных баз альянса на территории Киргизии и Узбекистана и некоторых поддерживающих структур – в Таджикистане.

Самое поразительное, что все это происходило на глазах у России, которая закрыла глаза на появление в регионе, который она привыкла рассматривать в качестве исключительной зоны своего военного присутствия, вооруженных сил западного альянса. Казахстану, которому пришлось маневрировать между Россией и США, в этих условиях пришлось нелегко: от Астаны также требовали предоставления антитеррористической коалиции своих аэродромов. В конце концов был достигнут компромисс: казахстанская сторона разрешила использование авиацией коалиции своих аэропортов в Южном Казахстане в экстренных случаях.

Как известно, НАТО получило в свое распоряжение следующие объекты в нашем регионе: воздушные базы в киргизском "Манасе", Ханабаде, Термезе и вспомогательную базу в Кокайты в Узбекистане, обеспечивающие объекты в Душанбе и Кулябе в Таджикистане. "Манас" представляет собой наиболее интернационализированный объект: здесь сосредоточены 1400 военнослужащих из США, Италии, Дании, Нидерландов и Южной Кореи, не являющейся участником НАТО. Американцы в "Манасе" преобладают: их 450 человек. Голландия и Дания предоставили даже для этой базы 12 истребителей. Относительно крупная немецкая группировка (200 чел.) располагается в Термезе; здесь же будет базироваться французская авиация.

В целом же Соединенные Штаты доминируют в регионе: на базе в Ханабаде дислоцированы полторы тысячи солдат, в совокупности в регионе три с половиной тысячи. И это при том, что американцы составляют две трети сил НАТО в соседнем Афганистане – восемь тысяч (остальные силы ИСАФ – 4200 чел. из 29 стран). Крупнейшим после американского является немецкий контингент – 2400 чел. В ближайшее время бундесвер будет расширять зону своей ответственности за счет размещения своих сил в Харикаре и Кундузе. Активизация бундесвера связана с новой стратегией союзников в Афганистане: максимально "разгрузить" американцев, чтобы те могли сконцентрироваться на военной операции против исламистов. В реальности этот процесс отражает начавшееся сближение между ФРГ и США после периода охлаждения из-за Ирака.

Надо полагать, что в будущем не исключена активизация европейцев – немцев и французов в Центральной Азии. Участие в военном присутствии НАТО в Афганистане и Центральной Азии дало бы возможность на практике начать строительство сил быстрого реагирования в рамках проекта по созданию единой европейской армии. Кроме того, европейцы получают возможность для самостоятельной от США стратегии в регионе, где их стратегическое, политическое и экономическое присутствие представлено достаточно широко, а военное превосходство США уравновешивается присутствием России, с которой у Европы хорошие отношения.

Американское лицо НАТО в Центральной Азии

Подозрения европейцев в том, что Вашингтон ведет в Центральной Азии двойную игру, не лишены оснований. Слишком много фактов говорит о том, что США преследуют в Центральной Азии, на Каспии и Кавказе свои собственные интересы, используя НАТО как приманку для постсоветских республик, и вовсе не намерены учитывать законные интересы европейских союзников, которые нужны ему в основном в качестве финансовых доноров. Внимательное изучение действий США в регионе позволяет сделать вывод, что Вашингтон намерен усиливать свое военно-стратегическое присутствие в регионе и доминировать здесь.

В 2002 году США предоставили финансовую помощь странам региона в размере 900 млн. долл. В этом году, несмотря на операцию в Ираке, эта сумма, возможно, будет увеличена. Несмотря на вербальные заявления о стратегическом значении Узбекистана, которое действительно велико, Казахстан по-прежнему остается в фокусе американской стратегии. США начали предоставлять Казахстану новые образцы военной техники, в частности боевой вертолет Huey-II стоимостью 2 млн. долл. каждый. Планируется также передача небоевой, вспомогательной техники на безвозмездной основе, а также пограничных кораблей и военно-транспортных самолетов СИ-130. В следующем году объем военной помощи США Казахстану вырастет в 1,2 раза (4,5 млн. долл.). Эти средства пойдут на закупку боеприпасов и снаряжения американского образца и обучение личного состава. В целом оборонный бюджет РК с 2001 года возрос вдвое за счет иностранной (в том числе американской) помощи.

Белый дом вышел также с предложением Казахстану уничтожить "излишки" стрелкового оружия советского типа за американский счет (200 тыс. долл.). Предполагается, что в дальнейшем Казахстан будет закупать преимущественно американские образцы. Аналогичная политика проводится в отношении нашего соседа Кыргызстана. Общий объем американской помощи Бишкеку составил 500 млн. долл. В рамках ПИМ в Киргизии реализуются около 100 программ и проектов. В мае руководство этой республики подписало соглашение о расширении военной базы НАТО в "Манасе".

Новое перспективное, как считают в Вашингтоне, направление американской политики в Центральной Азии – это Таджикистан. Соединенные Штаты будут обучать таджикских военных на безвозмездной основе. За два последних года США направили на материально-техническую поддержку таджикской армии 1,7 млн. долл. В целом помощь со стороны государств НАТО Душанбе составит в этом году 4 млн. долл. Все это происходит на фоне демонстративного сужения таджикско-российского военного сотрудничества: Душанбе в несколько раз уменьшил численность своих офицеров, обучающихся в России, ликвидировал институт российских военных советников, существовавший с 1994 года. И это при том, что именно Россия и ее вооруженные силы в лице 201-й дивизии долгое время обеспечивали и обеспечивают безопасность границы Таджикистана с Афганистаном.

Прощай, НАТО?

Таким образом, не вызывает сомнений тот факт, что США и НАТО в целом намерены укреплять свое военно-стратегическое присутствие в Центральной Азии на долгосрочную перспективу. Однако это достаточно сложный процесс, который включает в себя много факторов. В первую очередь Запад должен учитывать законные интересы России в области безопасности. Тот факт, что Казахстан, представляя собой чрезвычайно привлекательный объект с точки зрения стратегических баз, остался в стороне от сети баз НАТО, является отражением того невидимого соперничества между Москвой и Вашингтоном, Россией и НАТО в Центральной Азии. России удалось также восстановить стратегический баланс с НАТО в Киргизии за счет возрождения своей авиабазы в Канте.

К другим факторам риска военно-стратегического присутствия НАТО в нашем регионе относятся иранский и китайский. Это присутствие в непосредственной форме затрагивает безопасность Ирана и Китая, которые вполне уместно выражают опасение, что базы НАТО в Центральной Азии могут быть использованы американцами против них.

Вашингтон время от времени выражают недовольство тем, что Казахстан остался вне сферы стратегического присутствия США. Чтобы избежать излишнего давления со стороны американцев и в то же время сохранить высокий уровень сотрудничества с Западом, Астане придется опираться – помимо Москвы – на НАТО и европейских участников альянса. Последний визит генсека альянса Дж. Робертсона подтвердил, что Брюссель намерен расширять партнерство с Казахстаном в различных областях и усиливать свое влияние в интеллектуальной сфере за счет работы с научной элитой республики.

В этом году был сделан первый шаг по сближению НАТО с Туркменистаном. Брюссель дал ясно понять Ашхабаду, что хотел бы взаимодействовать с ним по ряду вопросов, в том числе и по обстановке в Афганистане. Но Туркменистан граничит также с Ираном и выходит на Каспий. С учетом этих моментов можно легко предсказать, что стратегическое значение Туркмении для США в будущем будет только возрастать.

Но главным вопросом остается возможность проведения альянсом единой скоординированной политики в глобальном масштабе. События последних лет показывают, что США и их европейские союзники по НАТО не всегда находят общий язык. В этом плане характерной является стратегия альянса в Центральной Азии, в отношении которой у них пока существует консенсус. Но не исключено, что позиция ЕС по развитию отношений с Россией, Китаем и Ираном, стратегии Запада на Кавказе и Каспии, часто расходящаяся с американской, так или иначе повлияет и на политику Запада в Центральной Азии, которая в один прекрасный момент может перестать быть единой. И тогда – прощай, НАТО?


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2022 Институт стран СНГ