Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №166(01.04.2007)
<< Список номеров
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ЖИЗНЬ ДИАСПОРЫ
ПРОГРАММА ПЕРЕСЕЛЕНИЯ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.

КАЗАХСТАН



Пишем «власть», читаем – «президент»

16.03.2007. Республика (Казахстан)

Беседовала Г.Дырдина

Перераспределение полномочий в нашей стране может идти только в одном направлении, считает политолог

Выступая на заключительном заседании Госкомиссии, Нурсултан НАЗАРБАЕВ произнес такую фразу: «Определяющая цель политических изменений для нас – это движение к консолидированной демократии, к такой современной демократической форме власти, которая сможет обеспечить наиболее эффективную систему управления обществом и государством. При этом политические реформы ни в коем случае не должны привести к потере управляемости в стране».

Почему-то сразу на этот посыл главы государства мало кто обратил внимание. Но как только была озвучена идея реформы государственного управления, тут же стало понятным, что имел в виду президент, говоря о «современной демократической форме власти». Естественно, что общество отреагировало на эти новации, и к нам в редакцию стали поступать комментарии – в первую очередь от политологов и политиков, что и стало началом новой дискуссии на страницах «Республики».

Сегодня на наши вопросы отвечает политолог, редактор отдела политики журнала «Эксперт Казахстан» Николай КУЗЬМИН.

Эти новации власти не угрожают

Николай, как бы Вы прокомментировали эту фразу главы государства? Насколько вообще корректно это высказывание – об управлении обществом?

- Если под управлением обществом подразумевается контроль государства над политическим процессом, то, я думаю, это высказывание вполне корректно.

В принципе, еще со времен Черчилля известно, что и демократия плоха, но лучше пока ничего не придумали. Разумеется, можно долго рассуждать о том, какие недостатки есть в странах с демократической системой управления, какие недостатки есть в странах с авторитарным режимом или даже в тоталитарных государствах, но в случае с выступлением президента на итоговом заседании Госкомиссии мне видится принципиально важным следующее. Президент впервые, как мне кажется, открыто обозначил цель предполагаемых реформ – это повышение эффективности управления.

То есть речь не идет о соответствии неким стандартам ОБСЕ?

- Не идет. Как не идет и о приближении к каким-то передовым демократическим государствам, о чем президент говорил в других случаях. Например, когда Нурсултан Назарбаев сказал, что одобряет реформу судебной системы (он даже не конкретизировал, что именно одобряет, – оптом одобрил всю реформу сразу), то счел уместным отметить, что нам уже пора в этой сфере приблизиться к стандартам современных цивилизованных государств. Слово «цивилизованный», как вы понимаете, в нашем политическом дискурсе – это синоним слова «демократический».

Причем президент неоднократно по ходу своего выступления на Госкомиссии говорил, что власть должна остаться сильной. Понятно, что речь идет не об абстрактной власти. Назарбаев говорил именно о президентской власти. Реформа судебной системы прямой угрозы сильной президентской власти не несет, поэтому в данном случае можно сослаться на опыт демократических стран и ориентироваться на него.

В том же случае, когда речь зашла о парламенте, о его численности, функциях, полномочиях, президент сделал совершенно иную оговорку, отметив, что нам при реформировании парламента необходимо учитывать казахстанскую специфику.

Почему он так сказал?

- Потому что перераспределение власти, если бы оно происходило в нашей стране, могло идти только в одном направлении. От парламента президенту передавать-то практически нечего, а только от президента к парламенту. Значит, если эта передача вдруг будет происходить, то надо обязательно учитывать казахстанскую специфику…

И слишком много не передавать?

- Совершенно верно. И есть еще один момент, который мне кажется достаточно важным, может, даже не столько в плане анализа будущих политических реформ, сколько с точки зрения президента на эти реформы. Президент рассуждает примерно так: нам не нужен раздутый парламент, не важны его представительские функции, главное – это эффективность его работы как законодательного органа. Парламент должен принимать качественные законы.

В каком смысле – качественные?

- Соответствующие потребностям власти, скажем так. Главное, чтобы закон не расшатывал сильную президентскую власть. Впрочем, большинство законов прямого отношения к вопросам власти не имеет.

А законы, имеющие отношение к власти, должным образом откорректированы?

- Да, такие законы, как, к примеру, закон о выборах, должны формулироваться и приниматься в соответствующем виде, чтобы они не задевали основы сильной власти.

Так вот, говоря о законодательной роли парламента, президент не уделил особого внимания его представительским функциям, зато вдруг увидел представительские функции в другом органе, который на сегодняшний день в Конституции никак не обозначен. Это Ассамблея народов Казахстана. Президент счел удачным предложение (которое, возможно, появилось не без подсказки со стороны этой самой сильной власти – не самого президента, но, может, Администрации президента или людей, близких к нему), что неплохо бы усилить представительство через Ассамблею народов Казахстана. И вообще на законодательном уровне как-то определиться со статусом ассамблеи.

Так что не исключено, что представительские функции будет в недалеком будущем исполнять по факту Ассамблея народов Казахстана. Поскольку ее возглавляет сам президент, то, думаю, сильной власти и эти новации не угрожают.

Не стоит воспринимать буквально

Президент сказал, что необходимо движение к современной демократической форме власти. Вам не кажется, что он при этом подразумевал какие-то конкретные, существующие в других странах формы такой власти?

- Я думаю, что Нурсултан Назарбаев не имел в виду какие-то конкретные примеры. Он в одной этой фразе совместил сразу несколько своих стремлений. Это, во-первых, стремление к модернизации – но не в смысле транзита к демократии, а в смысле выхода на мировой уровень по определенным параметрам, прежде всего по экономическим. То есть Казахстан должен стать вровень с самыми передовыми странами по объему ВВП на душу населения и по другим экономическим показателям.

А в какой степени Казахстан при этом должен стать демократическим государством? И в какой степени власть должна стать демократической?

- Ну, не стоит воспринимать слова президента буквально. Это всего лишь фигура речи, словесный оборот. Просто так принято говорить – «демократическая власть», «деспотическая власть» и т.д.

Вообще здесь вопрос, скорее, к психологу. На самом деле не всегда понятно, когда под словом «власть» президент имеет в виду политический строй, режим в целом, и когда он под словом «власть» подразумевает себя лично. Я, конечно, не психолог, но мне кажется, что когда президент имеет в виду себя лично, когда напрашивается знак равенства между словами «власть» – «государственная власть» – «президентская власть» – «президент» – «Нурсултан Назарбаев», то тогда президент склонен употреблять такие слова, как «демократический» и прочие в том же духе. Он хочет быть демократическим президентом. Но когда речь заходит о режиме, о политической системе, тогда начинаются оговорки о казахстанской специфике, о сильной власти и т.д.

Если с этой точки зрения оценивать некоторые высказывания президента, то, может быть, что-то прояснится. Ну, что такое на самом деле «демократическая власть»? Это значит, что вся система должна быть демократической, вся совокупность законов и взаимоотношений между властью, обществом, элитой, какими-то социальными группами.

Словом, должно быть то, чего у нас нет…

- К сожалению. Но почему я считаю, что президент, говоря о демократической власти, подразумевает самого себя? Конечно, Казахстан не соответствует демократическим стандартам ОБСЕ, но при этом президент из года в год посылает людей учиться на Запад. А потом, когда ученики Гарвардов и Оксфордов возвращаются на родину, их с охотой берут и в правительство, и в банки, и в национальные компании.

Получается, президент сам себе яму копает?

- Может быть, в известном смысле, да. Хотя, как показывает практика, никто из выпускников Гарварда в политику не рвется. Все стремятся устроиться в банки. А, скажем, в политологи выпускники западных учебных заведений идти не хотят, как не хотят становиться экспертами, аналитиками, пусть даже не политическими – хотя бы экономическими.

А как Вы считаете, почему?

- Отчасти причина в том, что в банках зарплата выше. А что касается нежелания заниматься политикой, то, возможно, объясняется это тем, что люди просто не видят перспектив карьерного роста в этой сфере. Хотя и тут есть исключения. Я говорю о лидере пока не зарегистрированной правоцентристской партии «Атамекен» Ержане ДОСМУХАМБЕТОВЕ. Он учился если я не ошибаюсь, в Гарварде, и в итоге стал политиком.

Государство как корпорация

Президент поставил перед правительством задачу сделать систему управления эффективной. Как Вы думаете, поможет ли этому реформа государственного управления, о которой на днях сообщил вице-премьер Аслан МУСИН? К примеру, «двухголовость» министерств?

- На мой взгляд, эта идея очень смелая, ведь принципы корпоративного управления планируется перенести в сферу управления государством, что называется, в прямом виде.

Что такое корпоративное управление? С чего оно начинается? С того, что владелец компании, собственник, больше не выполняет функции управляющего (а на начальном этапе деятельности компании собственник, как правило, является и управляющим) и отходит в сторону – допустим, в совет директоров, сохраняя за собой все права собственника. А для управления компанией нанимает профессионального менеджера.

Мне кажется, подобное уже наблюдается в Казахстане сегодня. Как известно, Нурсултан Назарбаев создает для себя своего рода коллективный «совет директоров» в виде партии «Нур Отан» (которая будет контролировать деятельность парламента), Ассамблеи народов Казахстана (полномочия которой наверняка закрепят в Конституции), госхолдингов «Самрук», «КазАгро», «Казына» и СПК (социально-производственных корпораций как инструмента контроля над региональными элитами и акимами). Власть, таким образом, сохраняется в руках президента, но управление страной поручается как бы профессиональному менеджеру – премьер-министру.

Смотрите, ведь на Карима МАСИМОВА оказались возложены функции управления всей системой. Так, он проводит коллегии и в Министерстве обороны, которое подчиняется непосредственно президенту, и вроде бы даже в Министерстве иностранных дел, которое тоже подчиняется непосредственно президенту. Да, у премьер-министра нет власти в высоком смысле этого слова. Он не является собственником, он всего лишь наемный менеджер. Ему поручено управлять «компанией» и доказывать эффективность своей работы.

То же самое будет на уровне министерств. В каждом из них будет создан совет директоров в лице министра, представителя администрации президента, генерального директора министерства, руководителя службы внутреннего контроля и независимых директоров. У совета директоров будет власть, но управлять министерством будет специальный человек – генеральный директор, тоже назначаемый президентом.

Кстати, эта идея не такая уж и новая. Не так давно уже были намерения ввести институт статс-секретарей (сейчас это генеральные директора), чтобы обеспечить преемственность в работе министерств. Так вот, на генеральных директорах будет лежать ответственность за выполнение программ министерств, каких-то конкретных задач. А министр будет решать в первую очередь политические вопросы – принимать решения, разрабатывать и утверждать стратегические документы.

А не получится, что у двух нянек дитя без глазу останется?

- Да всякое может получиться. Я, честно говоря, никогда до этого не слышал про такого рода подход к управлению государством. Кстати, и акиматы предполагается реформировать подобным образом.

Есть ли в международной практике такой опыт, чтобы корпоративный метод управления распространялся на все государство?

- В международной практике существует опыт работы института государственных секретарей (то, что у нас хотели внедрить под названием «статс-секретари»), скажем, в Японии, Франции, Германии, ряде других стран. Этот институт создан там для того, чтобы при смене правительства сохранялась преемственность в работе. Госсекретари – это несменяемые люди, остающиеся на своих должностях, какая бы партия ни приходила к власти.

Госсекретарь – это не политический назначенец, он просто менеджер, рабочая лошадка. У него соответствующие функции и соответствующие властные полномочия – строго в оговоренных рамках. Какова степень ответственности, таков и объем полномочий. И какой бы министр ни пришел, он получает исправную, действующую «машину», поскольку госсекретарь остается на месте.

Насколько эффективной окажется корпоративная система в Казахстане?

- Сказать трудно. Я не специалист по госуправлению, но эта реформа, повторюсь, очень смелый шаг и достаточно рискованный. Оправдает ли себя прямой перенос корпоративных подходов на управление государством?.. Не знаю…

Вообще-то идея корпоративного управления была озвучена президентом еще в прошлом году, 1 сентября, на открытии третьей сессии парламента, и адресовались эти слова не уходящему премьеру (а уже тогда было ясно, что он уходящий), а конкретно Кариму Масимову. Об этом можно было догадаться, поскольку потом президент, представляя нового премьера, оговорился, сказав, что свое прошлогоднее Послание он готовил совместно с Масимовым.

Кстати, и в том выступлении, и в прошлогоднем Послании президент сказал многое из того, что он повторил в Послании этого года, правда, уже несколько детализируя, конкретизируя и слегка смещая акценты. И мне кажется, что многие задачи, указанные в нынешнем Послании, немного необычны, что ли, для Казахстана.

Можете привести примеры?

- К примеру, поставлена задача создать гражданское общество. Оно у нас само себе почему-то не организовалось, а в мире все говорят о том, что оно необходимо. Вот у нас и решили – надо предложить программу строительства гражданского общества. Я не знаю, как это сформулировано в окончательном документе, но в черновом варианте Концепции развития гражданского общества до 2015 года сказано, что решающая роль в этом деле принадлежит государству, хотя классическое определение гражданского общества в своей сути означает – это все, кроме государства.

Замечательно, что при обсуждении этой концепции звучали такого рода предложения: «А почему до 2015 года? Разве нам не по силам построить гражданское общество раньше? Давайте напряжемся – и построим!» К строительству гражданского общества относятся так же, как к строительству железной дороги!

А ведь гражданское общество должно возникнуть само, причем в процессе постоянной борьбы с государством. Естественное состояние гражданского общества – это борьба с государством. Если же государство само построит гражданское общество, то оно, как мне кажется, будет, мягко говоря, с ярко выраженной спецификой.

Демократия – реальность или метафора?

Вы уже сказали, что для президента Назарбаева современная демократическая власть – это сильная президентская власть. А вот в какой мере реформирование госуправления поможет еще более укрепить и сохранить президентскую власть? И в какой мере оно будет способствовать продвижению страны по пути демократии?

- Я не думаю, что эти реформы, которые собирается проводить правительство, будут иметь прямое отношение к президентской власти. Они, скорее, направлены на решение экономических задач.

Но ведь гендиректоров будет назначать сам президент?

- Ну, это как бы приятный побочный эффект от реформ. И, разумеется, усиление президентской власти через институт генеральных директоров, через подконтрольность региональных элит – все это будет.

Однако невозможно одновременно проводить реформы, направленные на перераспределение политической власти, и реформы, направленные на повышение эффективности управления. У нас уже сформировалась определенная структура распределения властных полномочий – в рамках этой структуры и будут проводиться политические, экономические и любые реформы. Кстати, реформа госуправления проводится в рамках нынешнего распределения властных полномочий.

Кроме того, речь уже не идет об усилении президентской власти (куда еще больше-то усиливать?), а о выстраивании каких-то дополнительных вертикалей власти, дополнительных структур, которые служат резервными. А вообще-то власть действительно сосредоточена в руках президента, и он ясно дал понять, что она в ходе политических реформ не ослабнет.

А о демократии речи вроде бы и нет, получается?

- Но президент ведь ни разу и не сказал, что мы собираемся приблизиться к некой демократии. А упоминание движения к консолидированной или еще какой-то демократии – это просто фигура речи, о чем мы с вами уже говорили. Поэтому не стоит даже это комментировать или давать этому высказыванию какие-либо оценки. Это примерно то же самое, что разговоры в России, где спорят, какая у них демократия – суверенная или не суверенная.

Но президент, когда он говорит о вещах достаточно конкретных, всегда подчеркивает, что хотел бы, чтобы Казахстан стал по определенным параметрам похожим на демократические государства. В судебной системе, например. В спорте. Чтобы у нас дороги были такие же, как в развитых демократических государствах…

То есть платье у нас свое, но кружавчики на платье пусть будут, как у них?

- Давайте будем честными – все-таки это не кружавчики. Согласитесь, демократия – не совсем тот идеал, к которому всем нужно стремиться. Демократия – это просто одна из форм управления государством, одна из управленческих моделей.

Но пока это одна из лучших моделей?

- Если верить Черчиллю, то да. А может, наш президент сейчас придумывает что-то лучше демократии?

Вы серьезно в этом уверены?

- Во всяком случае президент хочет, чтобы Казахстан приблизился к демократическим государствам по ряду показателей, которые для главы государства принципиально важны, то есть по экономическим показателям.

И что самое важное, по-моему: сегодня всем понятно – бессмысленно ожидать, что президент откажется от той модели, которая, с его точки зрения, зарекомендовала себя как вполне эффективная, и начнет выстраивать какую-то другую модель. И та административная реформа, о которой сегодня говорят, будет проводиться строго в рамках существующей системы.

Президент, судя по всему, искренне хочет, чтобы страна жила счастливо, красиво. Но при этом чтобы во главе всех этих процессов стоял он…




Казахстан: Стрельба в Казаткоме

23.03.2007. Время (Казахстан)

Геннадий Бендицкий

Все началось с игры в бильярд. Катая шары, поссорились парень-чеченец с парнем-казахом. А переросла эта ссора в такие массовые беспорядки и столкновения между местными жителями, что полицейским Алматинской области потребовалась помощь спецназа МВД РК и СОБРа ДВД Алматы. Последствия - трое местных жителей убиты на месте, один скончался в больнице от побоев, еще один с проломленной головой находится в реанимации в тяжелейшем состоянии, более сорока человек задержаны полицией. В итоге мы имеем очаг напряженности в 150 километрах от южной столицы, перекрытую на несколько часов стратегическую трассу Алматы - Хоргос и сильную головную боль для всей республики: как бы из этого конфликта не выросло что-то большее… (см. “Время” от 20. 3 и 21. 3).

В основе всего - вовсе не неприязнь казахов к чеченцам или наоборот. Причина разразившегося в прошлые выходные в селе Маловодном кровавого конфликта - банальная халатность, небрежное отношение к своему долгу, а возможно, даже коррупция людей в погонах.

Вечером 17 марта между Тахиром, младшим из братьев Махмахановых, и другим жителем села Бекжаном Салимбаевым во время игры в бильярд возникла ссора, переросшая в драку. Это видели многие. Видели и то, что в этой драке верх одержал Салимбаев. Когда “победитель” потасовки пошел домой, Махмаханов-младший догнал его на своем джипе и на глазах у всей улицы сильно зацепил бампером машины. Как потом выяснилось, при этом у Салимбаева была сломана нога, и он уже не мог сопротивляться. Но это не остановило нападавшего. Тахир Махмаханов достал травматический пистолет “Оса” и выстрелом резиновой пули перебил вторую ногу лежащему на земле Салимбаеву. После чего громко крикнул, что если кто-то хочет выяснить отношения, может приезжать к нему домой, где отпор дадут уже все 11 братьев семьи Махмахановых. После этого он уехал.

Эта хулиганская выходка должна была вызвать жесткую реакцию полицейских местного райотдела. Когда утром 18 марта Бекжана Салимбаева с переломами обеих ног друзья привезли в больницу, врач по существующей во всех клиниках инструкции обязан был поставить в известность органы внутренних дел, так как травмы у пациента были явно криминального характера. Последствия удара автомашиной и пулевое ранение перепутать ни с чем другим просто невозможно. К тому же участковому и начальнику местной полиции доброжелатели уже доложили про выходку Махмаханова-младшего. Может быть, именно бездействие местных полицейских толкнуло жителей на самосуд и вызвало беспорядки...

Сейчас утверждается, будто потерпевший сам всех убедил, что сломал обе ноги, упав с лошади. Но кто-нибудь может объяснить, зачем покалеченному человеку выгораживать своего обидчика?

Для того чтобы ответить на этот вопрос, достаточно знать статус семьи Махмахановых в этом регионе. В Маловодном их именуют “махновцами”. Ходит много разговоров о том, что они находятся в оперативной разработке полиции. Махмахановы - это как бы местные сельские олигархи. Всего их 11 братьев, старший - Шамиль, вице-президент довольно крупной корпорации “Баско”, торгующей российскими нефтепродуктами. Никто из семьи Махмахановых до сего дня судим не был и полицией не задерживался. Говорят, что в 80-х годах кто-то из них имел какие-то проблемы с законом, но факты эти официально не подтверждены. Один из братьев - Хаджимурат Махмаханов - работал на серьезных должностях в прокуратуре, в Государственном следственном комитете, последнее время занимал довольно высокий пост в управлении администрации судов в Астане. Именно он в результате этого инцидента сегодня находится в одной из алматинских клиник в состоянии комы…

Отреагируй полиция сразу как положено, прими вовремя законные меры к Тахиру Махмаханову, возбуди против него уголовное дело, задержи и помести его в изолятор временного содержания - никакого кровавого конфликта и штурма дома Махмахановых не было бы. Не было бы убитых и раненых.

Может, особый статус семьи Махмахановых объясняет полное бездействие полиции вплоть до того момента, когда у ворот их дома начала собираться толпа родственников пострадавшего Салимбаева.

Когда же к рассвирепевшей толпе односельчан из ворот вышли братья с оружием в руках, ситуацию уже было не исправить. Горстка полицейских, прибежавших на выстрелы, просто не могла остановить кровопролитие.

Кстати, вооружены огнестрельным оружием были только братья Махмахановы. Огнестрельные ранения получили только собравшиеся у их дома жители села. Порция дроби досталась даже полицейскому, пытавшемуся разнять конфликтующие стороны. И наоборот, никто из пострадавших Махмахановых не получил ни одного огнестрельного ранения, все их травмы - результат побоев.

И еще. В доме Махмахановых находились многочисленные домочадцы. Восьмидесятилетний старик-отец, женщины, дети. Никого из них ворвавшиеся в дом не тронули. Как не тронули больше ни одну чеченскую семью ни в поселке Казатком, ни в Маловодном. Ни один представитель чеченской диаспоры, проживающей в округе, не пришел на помощь семье Махмахановых. А чеченцев здесь около 100 семей, более 400 человек.

И еще один интереснейший факт. Сегодня уже общеизвестно, что в доме у Махмахановых хранился целый арсенал разнообразнейшего оружия с солидным боекомплектом. Большая часть его, кстати, была зарегистрирована. Но мало кто знает, что в этом же доме находился под домашним арестом по подозрению в совершении убийства один из братьев - 36-летний Вита Махмаханов. Честно признаться, это первый на моей памяти случай, когда подозреваемый в убийстве человек содержится не под стражей, а под домашним арестом. Да еще в доме, в котором полным полно оружия и можно целый час держать круговую оборону.

А теперь последние штрихи к сложившейся ситуации. В результате конфликта спровоцировавший его Тахир Махмаханов не пострадал. Пока разъяренная толпа рвала и калечила его братьев, ему удалось сбежать. Где он скрывается, до сих пор неизвестно.

Старшего же из братьев Махмахановых - Шамиля - в тот день в Маловодном не было. И не исключено, что окажись он дома - события могли бы развиваться совсем по другому сценарию. И вполне могло обойтись без крови.




В погромах участвовали полицейские

25.03.2007. Взгляд (Казахстан)

Алёна Шмелёва

Жители Казаткома боятся за будущее своих детей

Уже несколько дней в поселке Казатком Енбекшиказахского района, что в 60 километрах от Алматы, напряженная обстановка. Здесь в результате перестрелки погибли четыре человека и восемь получили ранения. Для контроля ситуации в поселок стянуты силы полиции, СОБР, КНБ.

Доигрались

В бильярдной произошла драка между Салимбаевым и Махмахановым. О причинах драки никто не распространяется. В результате в ход пошло оружие, и Махмаханов ранил Салимбаева в ногу из травматического пистолета «Оса». На следующий день, примерно в 16.00 часов, у дома Махмахановых послышались выстрелы, и спустя еще какое-то время их дом заполыхал огнем.

Из пресс-релиза ДВД области следует, что «Махмаханов Тахир начал производить из огнестрельного ружья выстрелы в воздух и в направлении людей. Его братья Хаджимурат и Нажмедин присоединились к брату и тоже начали производить выстрелы». Поджог дома здесь объясняется просто и коротко: «Спровоцированные противоправными действиями Махмахановых, неустановленные лица подожгли их дом и автомашину».

На следующий день поселок, где произошла перестрелка, был оцеплен спецподразделениями "Беркут" и СОБР. Через кордон полиции теперь пропускали только местных жителей после тщательного досмотра и проверки документов. В Маловодном оцепили также акимат и Дом культуры, где расположился штаб по расследованию инцидента.

Под горячую руку

Во вторник мы прибыли на места происшествий. И если в Маловодном на тот момент кипела жизнь, то ситуация в Казаткоме больше походила на военное положение. На контакт шли только жители чеченской национальности. На улице они осмелились появиться лишь после приезда руководителя чеченской диаспоры Ахмеда Мурадова, прибывшего поддержать и успокоить своих земляков. Сам Мурадов от комментариев отказался, в то время как его подопечные оказались куда словоохотливей. И все они пожелали остаться анонимами. «Мы боимся», - был общий ответ. Жители рассказывают, что неспокойно в селе стало еще три недели назад.

« Тогда двое подрались из нашего поселка. Ночью я проснулась, вышла на улицу, а тут столько машин, что я решила - свадьба у кого-то, - рассказывает жительница Казаткома. – Причем все они приезжие. И вдруг они стали кричать: «Сейчас чеченов побьем!» Но тогда их, правда, полиция забрала».

Когда же в воскресенье днем в поселке вдруг раздались выстрелы, местное население сначала решило, что кто-то вздумал погонять ворон. Люди поняли, что произошло, когда повалил дым. Женщины рассказывают, что когда они прибежали к охваченному пламенем дому, там уже находились трое полицейских и несколько представителей акимата. Машина противопожарной службы не ехала, хотя полицейские уверяли, что в «01» они позвонили. Потушить пожар жители пытались и своими силами. «Пожарка», по их словам, прибыла только через полтора часа. К этому времени дом сгорел дотла. Та же участь постигла одну из четырех машин стоящих во дворе. Остальные автомобили удалось отогнать.

Сейчас на месте еще недавно большого и красивого дома, где по выходным собиралась большая и дружная семья (старики Махмахановы вырастили 14 сыновей и 2 дочерей, которые сейчас живут в городе), огромное пепелище.

Без крыши над головой в эту ночь могла остаться еще одна представительница чеченской диаспоры, пожелавшая остаться неизвестной. Женщине подожгли сено, и если бы поднялся ветер, то пламя перекинулось бы на дом. «Кому-то выгодно, чтобы мы думали, что это сделали казахи. Но я-то понимаю, что это не так», - комментирует ситуацию женщина. - Кто-то специально раздувает это».

Бьют, стреляют, завидуют

По словам жителей, их уже несколько дней не выпускают из поселка: «Да что в город! Даже в Маловодное не пустили. Карточки на мобильный телефон хотели купить. Да и хлеб тоже. Говорят, привозили его, да, видно, совсем мало, потому что не всем хватило».

«Бьют, стреляют, жгут все подряд. А ведь здесь я с 1960 года живу, и раньше ничего такого не было. Дружный поселок был, даже стол – один на всех», - говорит жительница поселка, назвавшаяся бабой Валей.

У некоторых из жителей своя версия случившегося: «Зависть это. Завидуют Махмахановым. Живут они хорошо, у них свои магазины. В городе ресторан открыли, а все потому, что пашут, как слоны. А другие не работают, а завидуют только».

В ночь с понедельника на вторник жители улицы Виноградова услышали какой-то странный гул. Выглянув за ворота, они увидели толпу, вооруженную палками и камнями. Перепуганные люди бросились спасаться задними дворами. Убежать успели не все. Один из них, по словам соседей, с проломленной головой находится сейчас в больнице.

Когда все поутихло, люди вернулись в свои разгромленные дома. Одного из пострадавших мы застали заколачивающим окна своего дома.

«Уедем мы, - пояснил мужчина. – На Кавказ. Зачем рисковать? Семью я уже спрятал. Мы уже никому не доверяем».

Ворвалась толпа, за нею вошли менты и подгоняли тех, кто громил: «Ну, быстрее!» Машин сорок милицейских было, ОМОН был. Все вдребезги разбили. У нас сады вверху, так дети туда убежали. Восемь детей у меня, четверо внуков».

Подавать заявление в полицию мужчина не стал - не верит. Да и боится за семью.

«Это было примерно в одиннадцать», - рассказывает другой житель Маловодного, Султан Испахиев. – Мы ужинали семьей и вдруг услышали какой-то шум, крики, выбежав во двор, увидели толпу, примерно 60 человек, с камнями. Они шли, а сзади ехали четыре машины дорожной полиции. Они командовали: «Бейте в этот дом!» или «В этот не бейте!» Затем врывались в дома и начинали крушить все подряд». Полиция им даже подсвечивала фарами там, где темно было. В конце улицы несколько домов подожгли, но мы их успели потушить».

«Мы согласны уехать, - говорит Султан, - если государство выкупит наши дома. Ведь не каждый может купить себе жилье. Но зачем же громить, ломать и жечь»?

Ситуация под контролем

Нам удалось поговорить с заместителем председателя Чечено-ингушского общественно-культурного центра Сулимом Нагаевым.

.- Жители домов, подвергшихся нападению, утверждают, что акция осуществлялась при поддержке сотрудников полиции. Как вы можете это прокомментировать?

- Аким области включил меня в комиссию по расследованию данного инцидента, и с первого дня этого налета я нахожусь здесь. Возможно, что-то и было, но в целом я не могу сказать, что это было сделано при поддержке полиции. Я не могу говорить о том, чем не располагаю, во-вторых, это уже не доказуемо.

- Возможно, жители опознают кого-то…

- Если так, то я буду ставить вопрос, чтобы разобрались и привлекли к ответственности.

- К какой из версий вы склоняетесь?

Вначале все произошло на бытовой почве. Они подрались, чеченец выстрелил второму в ногу резиновой пулей. Тот ушел, но на следующий день была проведена акция устрашения. Проведена организованно, спланировано. Да еще с участием некоторых сотрудников полиции. Точно их фамилий не знаю, но местный участковый должен был знать о планируемой акции. Он знал, и он это допустил, не доложил руководству.

- Где он сейчас?

- Работает, наверное. Но, я думаю, руководство примет меры в отношении его.

- Могут ли жители Казаткома больше не опасаться за свои жизни?

- Убедить я их не могу, но хочу сказать, что с сегодняшнего дня ситуация под контролем. Ничего, Аллах даст, не будет. Тем более здесь, в Маловодном, находится заместитель министра. Он член комиссии, еще здесь находится заместитель генерального прокурора. И они будут здесь до разрешения конфликта. Правительство уже в курсе.




Серость как принцип жизни

21.03.2007. DUMAEM.RU

М.Магомедов

В начале ХХI века в Казахстане начали убивать политиков, теперь убивают людей разных национальностей и жгут дома. Страшно подумать, что дальше!

Интересно, но события последних недель все более подтверждают наши тезисы, высказанные еще в прошлом году. (Если кто помнит – материал про серость, разъедающую казахстанское общество http://dumaem.ru/indexkz.php?iq=st_show&st_kztm_id=1&st_id=1127)

Недавняя драка между чеченцами и казахами, как было объявлено официально, на бытовой почве, в принципе, еще раз демонстрирует глубину процесса люмпенизации населения страны. Этому столкновению предшествовала другая драка между молодыми уйгурами и казахами. Но данный (тоже достаточно тривиальный) инцидент не получил должной огласки благодаря идеологам из министерства культуры и администрации. По их мнению, самая эффективная идеологическая политика – это политика страуса. Они убеждены, что об этих вещах нельзя информировать население, дабы не будоражить общественное мнение. Ну еще бы, когда со всех трибун восхищаются «стабильностью межэтнических отношений», когда некоторые чиновники начинают поучать ООН и мировое сообщество как строить межнацотношения, у самих под боком молодой человек нетитульной (идиотское определение не правда ли?) нации уводит девушку у молодого человека титульной нации и в результате этого начинается бойня стенку на стенку.А оттого, что стенки в основном этнически однородны, то сразу же начинаются взаимные обвинения в неуважении друг друга на этнической почве...  Как правило, все мероприятия такого рода подогреты изрядной долей алкоголя и приводят к погромам и неоправданным смертям молодых парней.  

Но это упрощенная трактовка. На самом деле причины подобного рода инцидентов лежат в экономической плоскости. На наш взгляд, как это не печально, но процесс этот имеет естественный характер. Результат быстрых экономических реформ - это не только рост благосостояния граждан страны, но еще и серьезные массовые миграционные процессы. Село потянулось в город, точно так же как и провинция двинулась покорять обе столицы Казахстана.

Большинство пригородов крупных городов заполнено выходцами из села, в основном казахами. Увы, большинство из них с низким образовательным уровнем, соответственно с низкой степенью адаптации к городским условиям. Поскольку жилье недоступно, несмотря на все попытки правительства, начинается самострой. Чем это заканчивается мы уже тоже знаем. События в Бакае и Шаныраке продемонстрировали цену самозахвата земель. Единственная возможность зацепиться в городе это переехать в близлежащие села. Что собственно и происходит. И конечно, когда молодой человек, который не имеет специальности, например, бегает с тележкой по продуктовому рынку, или трудится разнорабочим на стройке элитного жилья, видит роскошную жизнь, дорогие автомобили, которые стоят порой дороже чем все дома в его родном ауле, точто можно от него ожидать?Тут обычно только три поведенческих варианта:

1) Покорно смириться с этим и жить, как говорят «не хватая звезд с неба». 2) Ненавидеть несправедливость системы распределения земных благ и роптать, а при случае и отомстить в какой-либо форме.

3)Постараться изменить свой мир к лучшему (образование, карьера, бизнес).

Увы, но реальность не всегда и не совсем располагает к третьему варианта поведения. Почему? Потому что в случае выбора данного пути молодой человек сразу же сталкивается с теми, кто совсем недавно прошел точно такой же путь. Они только только выбрались из его же ситуации и теперь в силу своего развития относятся к нему как к существу второго сорта. Мотивация простая : раз мне все это далось таким трудом, то почему у него должно быть все легко? И "он" начинает рассматриваться как источник дополнительного дохода. Это одна из серьезных причин коррупции. Той самой, что в том числе, служит одной из причин выбора первых двух путей.

Ну хорошо, согласимся с тем доводом, что это процесс естественный, носящий экономический характер, и, надеемся, что с ростом экономики и ростом экономического сознания положение улучшится. Но есть и еще один немаловажный аспект – политический. А тут уже все несколько сложнее.

Естественно, с ростом экономики происходит нормальный рост национального самосознания. И вот тут начинают проявляться противоречия. С одной стороны государство всячески декларирует приверженность идеалам того, что раньше называлось интернационализмом. А что происходит с другой стороны? С другой, мы становимся свидетелями серьезных попыток превратить мультинациональную страну в моноэтническую. Прикрываясь разглагольствиями о необходимости сохранения казахского языка и этноса, идет повальное выдавливание русскоязычного населения. Перевод делопроизводства на казахский язык серьезное подтверждение тому. По сути, идет неверная трактовка Конституции. Ведь если сказано что никто никого не имеет права ущемлять по языковому признаку, то, что тогда имеется в виду под навязыванием того или иного языка? Кроме языкового ценза все откровеннее искажается история, естественно, в угоду политике. Ни один факт владения землями современной территории Казахстана какими бы то ни было "инородцами" за всю историю не находит отражения в официальной истории. Более того, порой нацименьшинствам отказывают в изучении своей истории. Но тут необходимо признать, что данные факты не результат действий центрального правительства, а всего лишь примеры головотяпства местных чиновников. Это еще раз доказывает неэффективность идеологической машины современного Казахстана. Для того чтобы убедиться в этом можно для начала изучить современные учебники истории, проверить уровень руководителей системы образования, начиная с районного уровня. Ну и на закуску понаблюдать за выпусками программ новостей особенно на государственных каналах. 

Все те, кто радеет за родной язык - лукавят. Либо с определенной целью – так им проще конкурировать, либо по скудоумию. Сегодня необходимо говорить о развитии языка, а не его сохранении. Наглядным подтверждением является тот факт, что казахский язык трудно употребим в юрисдикции. Одно и то же понятие может быть по-разному истолковано. Про трудности технического перевода уже не будем говорить. Поэтому сначала, прежде чем внедрять язык повсеместно, необходима его срочная лингвистическая адаптация для современного употребления, может быть даже его унификация. А вот после этого уже вести речь о внедрении во все сферы жизнедеятельности.

Это уже политическая проблема. Именно она подогревает заинтересованность у молодых людей разных национальностей выбирать первые два пути самореализации. Для одних это проблема унижения личностной этнической самоидентификации, для других это проблема неуважения титульности личностной этнической самоидентификации. Иными словами, для казаха человек, незнающий его родного языка, становиться недругом, а для инородца (а порой для тех же казахов выросших в городе и незнающих родного языка)  - принуждающий к употреблению языка тоже становиться недругом.

Вот такой заколдованный круг. И пока его не разорвать, мы будем свидетелями драк на бытовой почве, которые будут всегда выдаваться за межэтническую неприязнь. Мы будем раздражаться от бескультурья в собственных подъездах, от хамства невоспитанных и глупых чиновников, от гор семечек во дворах, возмущаться разбитыми бутылками и всем тем, что мы называем бескультурьем. Мы будем поделены на "колбитов" и "мамбетов", на "чехов" и "йогуртов", на "красноармейцев" и "бурломанов" и на много еще кого... А разговоры о единстве людей в стране казахов так и останутся разговорами, несмотря на мириады национальных центров и даже целой Ассамблеи народов.

Разорвать этот круг не дает серость. Серости так проще жить. Самое простое деление людей на «своих» и «чужих» - это деление по языку, разрезу глаз, цвету волос. Но к чему это приводит - история уже не раз показывала. И это всегда происходило там и тогда, где и когда люди прятали голову в песок по примеру страуса. Именно так сегодня серость представленная в идеологической сфере пытается удержать ситуацию. Информацию давать дозировано и сбалансировано. Рассуждать о таких тонких вещах как политика, позволено только избранным, остальные пусть довольствовуются навязанными трактовками. На дворе ХХI век. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

В начале ХХI века в Казахстане начали убивать политиков, теперь убивают людей разных национальностей и жгут дома. Страшно подумать, что дальше!




Планы конституционных реформ в Казахстане: бег на месте

27.03.2007. Азияинформ

Аждар Куртов

В середине февраля президент Казахстана Нурсултан Назарбаев провозгласил очередной план конституционных новаций на заседании Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ. Данный орган, имеющий столь помпезное и многообещающее название, постоянно менявшийся на протяжении последнего времени, действовал в Казахстане без каких-либо особых успехов несколько лет. Его функционирование позволяло, с одной стороны, «выпускать пар», канализируя деятельность казахстанской оппозиции в строго контролируемом при помощи администрации президента русле. С другой стороны, деятельность подобного органа всегда выставлялась в качестве красивого аргумента казахстанскими властями в ситуациях, когда речь заходила о критике ситуации с демократией в этой центральноазиатской республике.

То, что сторонним наблюдателям представляется как достижения Казахстана в политической сфере, на поверку чаще всего оказывается красивой имитацией, тонкой игрой, призванной закамуфлировать истинное положение вещей. Власти Казахстана в гораздо большей степени, чем их соседи по региону Центральной Азии, овладели искусством имитации демократического процесса. Не случайно у политологов и журналистов здесь в ходу разные красивые термины, специально изобретенные придворными льстецами для восхваления местных порядков. В 90-ые годы в обиходе ученых мужей без труда можно было отыскать рассуждения о казахстанской модели «просвещенного авторитаризма».

Тогда известный термин из лексикона историков, относящийся к периоду западноевропейских реалий XVIII века, слегка видоизменили, дабы, с одной стороны, намекнуть на неразрывную преемственность развития Казахстана с всемирно-историческим процессом, а, с другой, - придать черты благородства тому неприглядному режиму личной власти президента, который функционировал в Казахстане. Ныне, толпящимся у трона правителя пиарщикам и этого показалось мало, и они заимствовали у российских политтехнологов антинаучный и насквозь лживый термин «управляемая демократия».

Оба слагаемых этого понятия нисколько не отражают реального содержания того явления, которое многие пытаются им характеризовать. Нет на самом деле объекта управления – демократии, как совокупности определенных институтов и процедур. Нет и самого управления, которое заменено другим понятием – бюрократическим манипулированием. В этом смысле объективный научный анализ был заменен на клише, свойственные тривиальной пропаганде.

На самом деле решительного и поступательного движения в направлении создания необходимых демократических институтов в Казахстане за период его независимого существования не происходило и не происходит и сейчас. На практике имеет место формирование политического режима, базирующегося на иных ценностных установках. За прошедшие годы в результате разных реформ в республике так и не удалось добиться настоящего представительства интересов широких масс, разных слоев и групп.

Политический процесс в Казахстане продолжает оставаться верхушечным, нацеленным на интересы определенной части политической элиты, а не «низов». Эта политика более сродни политиканству, она не в состоянии найти достойное адекватное решение острых общественных противоречий, она только загоняет их внутрь общества. Президент Назарбаев действительно трансформировал прежнюю систему властных отношений, сложившуюся в период власти коммунистов, но проделал это преимущественно административными методами.

В результате такого реформирования авторитарные тенденции постепенно стали господствовать над демократическими, определяя современное политическое развитие Казахстана.

В своих выступлениях сначала перед членами Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ, а затем и в послании народу Казахстана, говоря о целях предстоящих конституционных реформ, Назарбаев особый упор сделал на сохранении управляемости политическим процессом. В качестве отрицательных «страшилок» он приводил примеры Киргизии и Украины.

При этом, как-то само собой в речах главы государства присутствовало утверждение, которое выглядело как аксиома, то есть как истина, не подвергающаяся никакому сомнению: любые изменения обязаны направляться только волей нынешней власти, укрепление которой и означает укрепление государственности Казахстана.

Стремление укрепить свою власть бывает характерно не только для тоталитарных или авторитарных стран, но и для глав государств реальной демократии. Не случайно известный французский политолог Морис Дюверже применял термин «республиканская монархия». Но при этом он имел в виду принципиально иную систему власти главы государства, в которой сильный президент согласует свои действия с институтами и нормами демократии, а не попирает их по своей воле.

В Центральной Азии мы имеем совершенно другую картину. Авторитарные режимы, вбирающие в себя традиционалистские ценности, стремятся персонифицировать в лице лидера всю нацию. Здесь и право и институты демократии отодвинуты на задний план. Конституционное законодательство подчинено в основном задаче сакрализации или правовой легитимации власти, выступая исключительно ее инструментом. Этот тип власти получил у некоторых политологов название «монархической республики».

При этом типе власти формально провозглашаются демократические принципы и республиканское правление, но реально происходит закрепление президентской диктатуры, отличающейся от монархии лишь отсутствием титула. Актор, занимающий главенствующую позицию в системе власти, концентрирует максимум реальных полномочий, но маскирует их псевдодемократическими институтами.

Самая сложная проблема, с которой приходится сталкиваться трансформирующимся постсоциалистическим странам - это создание власти, способной проводить действенные экономические реформы, сохранять при этом доверие общества и оставаться демократически ответственной. Поэтому центральным институтом молодых демократий должен обязательно выступать парламент. На первый взгляд значительная часть предложенных Назарбаевым новаций как раз и относится к парламенту.

Учитывая неприятие казахстанским лидером опыта Украины и Киргизии, речь не шла о трансформации в сторону парламентской системы правления. Расточая филиппики в адрес Киева и Бишкека, в Астане забывают, что парламентаризм – это способ осуществления политики в большинстве стран, объединенных в организацию, возглавить которую так жаждет Казахстан, - ОБСЕ.

В Казахстане же громкие заявления о конституционной реформе на поверку выливаются в весьма незначительные изменения. Кстати, так уже было осенью 1998 года, поэтому в этом отношении Назарбаев повторяется. Вероятно, возраст все же берет свое. Сейчас планируется лишь скорректировать механизм формирования парламента. Сегодня его нижняя палата – Мажилис состоит из 77 депутатов, лишь 10 из которых избираются по партийным спискам. Теперь, предлагается по партийным спискам избирать половину состава Мажилиса. Вопрос же о том, что нужно повысить численность данной палаты так и повис в воздухе: Назарбаев говорил об этом только в плане продолжения дискуссии.

Здесь необходимо отметить следующее обстоятельство: современная демократия предполагает, что в парламенте должны быть представлены не просто разные политические силы, но и что парламентская система обязана отражать интересы максимально большого числа стратов, из которого состоит современное общество. В Казахстане же этот подход всегда игнорировался. Президентская структура узурпировала право выражать интересы общества, и она не нуждалась в оппонентах. Поэтому почти на всем протяжении своей новейшей истории власть пыталась не расширить и диверсифицировать народное представительство в парламенте страны, а наоборот, сократить его и искусственно оформить в гомогенную массу, которой можно будет без особого труда манипулировать.

Так, если в последний период существования Казахской ССР ее парламент – Верховный Совет состоял из 510 депутатов, то после того, как компартию республики при Горбачеве возглавил Назарбаев, его состав был сокращен до 360 депутатов. После того, как в декабре 1993 года вопреки нормам конституции в Казахстане был принудительно разогнан парламент, его состав сократят еще раз – до 177 мест. А после второго разгона парламента в марте 1995 года, - пройдет еще одно сокращение, когда нижняя палата станет насчитывать всего 67 депутатов. И только с 1998 года в состав этой палаты добавять 10 мест.

Даже, если сейчас все-таки произойдет расширение состава парламента, это не будет свидетельствовать о демократизации политической власти. Дело в том, что в Казахстане власти за последние годы фактически уничтожили легальную оппозицию. На политическом поле тотально стала доминировать искусственно созданная структура – пропрезидентская партия «Нур-Отан». Законодательно были введены чрезвычайно высокие нормы об обязательном членстве в партии, повышен до 7% проходной барьер для избрания депутатов по партийным спискам.

Характерно, что предложения изменить эти нормы, Назарбаев отверг. Тем самым, то, что власти Казахстана сегодня подают как движение к демократии – расширение выборов по партийным спискам, на самом деле прикрывает их стремление к достижению прямо противоположной цели: добиться почти полного устранения из парламента депутатов, которые могут избираться по мажоритарным округам от регионов и отражать недовольство на местах политикой центральных властей.

Зато Назарбаев высказался за расширение состава верхней палаты – Сената. Сейчас она формируется путем непрямых выборов: от каждой области и двух городов (Алматы и Астаны) депутатами соответствующих легислатур избирается по два сенатора, а еще семерых назначает сам президент (что является ярким свидетельством по сути дела феодальной практики). Всего в Сенате насчитывается 39 человек. Президент Казахстана предложил выделить для выдвижения в Сенат несколько мест от Ассамблеи народов Казахстана.

Последняя, кстати, не является конституционным органом, а представляет собой форум, в котором заседают специально отобранные представители общественности. Если даже эти новации будут реализованы, то они фактически мало что изменят. По прежнему президент Казахстана будет иметь возможность по своему желанию менять руководство Сенатом, когда в один день появляется указ Назарбаева о назначении в Сенат нового члена и тот же день послушный президенту орган избирает такого новичка своим спикером (вторым лицом в государстве, к которому отходят полномочия президента в случае его отставки).

Президент Казахстана прямо заявил, что никакого отхода от системы президентской республики не будет. Поскольку, как мы сказали выше, у Назарбаева сегодня фактически нет оппонентов в парламенте, то он может смело предлагать и отдельные идеи о расширении полномочий парламента. Возможно, парламент получит полномочия в процессе формирования правительства. Правда, в урезанном виде: комитеты парламента будут рассматривать вопрос о согласии с назначением отдельных министров. Планируется расширить такие естественные полномочия депутатов, как контроль за исполнением бюджета. Предлагает Назарбаев также наделить парламентские фракции правом законодательной инициативы.

Конечно, все эти инициативы никоем образом нельзя расценивать как решительный шаг от авторитарного правления, которое существует в Казахстане, к демократическому. В системе казахстанской модели авторитарной власти граждане лишены реальной возможности влиять на политику и контролировать действия властей. Парламент превратился в декоративный элемент системы авторитарного правления. В Казахстане нет настоящей, полноценной, а поэтому и продуктивной политической конкуренции в политической сфере жизни общества, которая на институциональном уровне выражается, прежде всего, в адекватном представительстве различных политических сил во властных легислатурах. Это автоматически приводит к авторитарному характеру властных институтов и речь, следовательно, может идти только о той или иной разновидности авторитаризма, в частности о том укрепляются, или, наоборот, ослабляются эти элементы авторитаризма, куда направлен основной вектор развития системы власти. Критика режима со стороны оппозиции в Казахстане не заблокирована полностью, но она никак не влияет на реальную государственную политику властей. Казахстанский вариант парламентаризма явно деформирован зависимостью конкретного парламентария не от волеизъявления избирателей, а, прежде всего, от благосклонности к нему властных структур.

Поэтому очередные заявленные властью планы конституционных реформ представляют собой бег на месте, демонстрацию активного движения. Политический процесс не только превратился в Казахстане в декоративный спектакль, не способный принципиально изменить что-либо во властных приоритетах, он даже стал использоваться отчасти в роли механизма внутриэлитарной ротации, то есть использоваться в качестве дополнительного орудия в междоусобице элит и приближенных к ним группировок. В этой связи как-то само собой возникает вопрос: «Кто был более честным политиков в Центральной Азии – Нурсултан Назарбаев, стремившийся прослыть демократом, или тот же Сапармурат Ниязов, не стеснявшийся вести себя как падишах, которому чиновники целовали руки?»





Шаг ВВПеред

20.03.2007. Литер (Казахстан)

Игорь Хен (Алма-Ата)

Н.Назарбаев продолжает в Москве политику "эффективного лавирования"

Вчера в Москву по личному приглашению президента РФ Владимира Путина прибыл президент Казахстана Нурсултан Назарбаев с двухдневным рабочим визитом. В центре внимания предстоящих переговоров Назарбаева с российским руководством – вопросы развития двустороннего сотрудничества. Однако все ли так просто?..

В настоящее время Казахстан и Россия – наиболее активно сотрудничающие государства бывшего СССР. По итогам прошлого года объем торговли между двумя странами превысил 12 миллиардов долларов. Кстати, президент Казахстана – частый и всегда желанный гость в Кремле. Только в прошлом году главы двух стран провели десять официальных встреч. Москва и Астана активно взаимодействуют в Содружестве Независимых Государств, Евразийском экономическом сообществе и Организации Договора о коллективной безопасности.

Помимо Нурсултана Назарбаева с Владимиром Путиным на этой неделе должен встретиться президент Украины Виктор Ющенко, который намерен посетить Москву в ближайшие дни, а белорусский лидер Александр Лукашенко в ожидании своей очереди отдыхает в Сочи. Главной темой всех переговоров станет изменение экономического взаимодействия на территории СНГ.

Многие склонны предполагать, что Нурсултан Назарбаев привез в Москву новую интеграционную идею, озвученную им в рамках ежегодного послания народу Казахстана. Речь идет об инициативе создания Евразийского экономического союза. Не исключено, что конкретные и законченные очертания данный проект получит сразу же после нынешних переговоров президентов двух стран.

Безусловно, очередная интеграционная инициатива президента Казахстана у многих скептиков может вызвать насмешливый оскал. Скептицизм основывается на истине, которая становится с каждым годом все более ясной и привычной: подобные экономические организации на территории бывшего СССР если и функционируют, то весьма неэффективно. ЕврАзЭС, ОДКБ, ЕЭП – это организации, от которых больше шуму, нежели реальных значимых подвижек в экономическом плане. И если в рамках ЕврАзЭС еще можно реализовывать какие-либо проекты, то от ЕЭП толку, что от козла молока.

Правда, наиболее здравомыслящие утверждают, что у Нурсултана Назарбаева есть свой план и виды на создание данной организации. И дело вот в чем. Сегодня динамично развивающийся Казахстан для многих очень желанный союзник, и руководству страны нужно ковать железо, пока оно еще горячо. В регионе намечается крупное перераспределение основных игроков. В нашем случае наибольшую опасность для Казахстана представляет возможный тесный альянс мировых колоссов – о союзе Пекина и Москвы слухи ходят упорно и давно. И высшее искусство в управлении страной – это превращение опасности в перспективы. Естественно, Астане нужно все более активно позиционировать себя на пространстве СНГ, дабы не быть раздавленной или "проглоченной" гипотетическим союзом Китая и России. Если этого не произойдет в ближайшее время – Казахстан из самостоятельного регионального лидера превратится в придаточное государство или, того хуже, будет мягко, но настойчиво втянут в альянс в качестве "младшего брата". Поэтому нужно, опередив события, танцевать "балет под жерновами".

Так что Астана, вероятнее всего, будет продолжать вести эффективную политику лавирования, суть которой сводится к принципу "дружим со всеми, но не против кого-то". Несмотря на это, некоторые российские политологи призывают обратить внимание на то, что Астана все более тесно сотрудничает со странами, у которых с Россией весьма натянутые отношения и которые фактически освободились от влияния Москвы.

После активной деятельности в ряде совместных проектов с Киевом и Тбилиси Астана намерена принять участие в саммите стран, энергозависимых от России, который пройдет в мае нынешнего года в Варшаве. На этой встрече в верхах будут рассмотрены возможные пути экспорта центральноазиатских углеводородов в Польшу в обход России. Астана и Варшава уже договорились о создании рабочей группы по оценке проекта присоединения Казахстана к нефтепроводу Одесса – Броды, который планируют достроить до польского города Плоцк. Кроме того, в конце марта планируется подписание соглашения об участии польской стороны в добыче нефти на казахстанском шельфе Каспия. Все это не может остаться незамеченным Кремлем и не может не нервировать руководство РФ. Ни о каком открытом конфликте между Астаной и Москвой не может быть и речи – в конце концов, и Владимир Путин, и Нурсултан Назарбаев прекрасно понимают, насколько они необходимы друг другу сегодня. Но уже сейчас ясно, что в регионе скоро начнутся большие перестановки. Думается, Казахстан в них сыграет одну из ведущих ролей. В любом случае, самое интересное только начинается.




Партнер действует из подполья

21.03.2007. Новое русское слово

Михаил Калишевский

Казахстан участвует в крупнейших транспортных и сырьевых проектах, которые планируются как альтернативные российским. Однако предпочитает делать это без комментариев.

Замминистра транспорта Азербайджана Муса Панахов заявил, что в ближайшее время к проекту строительства железной дороги Баку–Тбилиси–Карс официально присоединится Казахстан. Затем глава МИД Азербайджана Эльмар Мамедъяров сообщил, что Казахстан интересуется еще одним проектом, а именно газопроводом Баку–Тбилиси–Эрзерум. Почему о намерениях Казахстана публично объявляет не сам Казахстан? По всей вероятности, не хочет кое-кого раньше времени раздражать. Кого же?

НЕКРЕПКИЕ СВЯЗИ

Чтобы понять, кого может раздражать участие Казахстана, достаточно разобраться в том, что собой представляют сами проекты.

Запуск трубопровода Баку–Тбилиси–Эрзерум, берущего начало в азербайджанском месторождении Шах-Дениз, мощностью 20–30 млрд куб метров ежегодно, вот уже несколько лет рассматривается как средство ослабить газовую зависимость Грузии от России. Об этом официально было заявлено на саммите ГУАМ в мае 2006 года. Уже в январе 2007-го по трубопроводу в Грузию стал поступать газ, и российские "газовые объятия" существенно ослабели.

К тому же этот трубопровод – перспективный поставщик газа в Европу, и снова в обход России. Недаром этот проект с энтузиазмом поддерживает Евросоюз. "Нероссийский" газ по этой трубе, кроме Турции, могли бы получать Болгария, Румыния, Венгрия, Австрия, Греция, Италия. Понятно, что интерес к трубопроводу Казахстана с его огромными газовыми запасами делает этот проект перспективнее.

В рамках другого проекта, магистрали Баку–Тбилиси–Карс (как писала НРС, соглашение о ее строительстве 7 февраля подписали Грузия, Азербайджан и Турция), планируется новая 105-километровая ветка. Кроме того, реконструируют 183-километровый участок Ахалкалаки–Марабда–Тбилиси. Благодаря этому пропускная способность должна повыситься до 15 млн тонн грузов в год. Проект должен начаться уже в апреле–мае, а завершиться – в течение двух-трех лет.

Президент Грузии Саакашвили заявил, что новая магистраль совершит геополитический переворот в регионе. Может быть, и не так громко, но уж одним из самых удобных путей, связывающих Европу с Центральной Азией и Дальним Востоком, эта магистраль точно станет. Эксперты отмечают, что она сможет переориентировать перевозки нефти с маршрута через Босфор–Дарданеллы на сухопутный маршрут по территории Грузии. А значит, можно будет, во-первых, перевозить больше грузов, а во-вторых, удовлетворить Турцию, давно недовольную тем, что вынуждена пропускать огромные танкеры через центр Стамбула. При этом проект, в случае реализации, усилит изоляцию единственного российского союзника в Закавказье – Армении, неоднократно и безрезультатно требовавшей подключить ее к новой системе.

Казахстан (а также Китай) уже выразил желание присоединиться к новой магистрали после окончания строительства, а сейчас изучает возможность участия в строительстве. Ведь по новой дороге можно будет ездить из Карса в Казахстан, Шанхай и Гонконг. Более того, до самого Китая смогут следовать поезда из Великобритании.

ИНФРАСТРУКТУРА С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

Грузинские порты с их паромными переправами Поти–Варна, Поти–Бургас, Поти–Ильичевск уже часть инфраструктуры проекта ТРАСЕКА – транспортного коридора, соединяющего Европу с Центральной Азией и Дальним Востоком. Активно поддерживает проект Украина, предлагая в этом же коридоре задействовать свой нефте­провод Одесса–Броды, а также Польша, ставшая инициатором подключения ГУАМ к достройке нефтепровода. Планируется, что в Бродах будет построен нефтеперерабатывающий завод, а сама труба пойдет до Польши. В декабре 2006 года Виктор Янукович на встрече в Баку с премьером Азербайджана Артуром Расизаде заявил: "Украина заинтересована в организации поставок каспийской нефти по маршруту Баку–Супса, затем Одесса–Броды до польского Плоцка и далее в Европу, а также в участии в этом проекте азербайджанских компаний".

Азербайджан кроме турецкого Джейхана делает ставку на грузинские порты. В частности, грузинская госкомпания ГHКАР купила терминал в Кулеви (около Поти) и начинает перевалку нефти, поступающей туда, на танкеры. Прежде всего в направлении Румынии. Но одновременно с румынским не исключается и украинский вариант.

"АЛЬТЕРНАТИВНАЯ" НЕФТЬ

Единственное, что сдерживает реализацию и газового, и нефтяного "альтернативных" проектов, – это способность самих поставщиков обеспечить необходимый объем. То есть все зависит от Азербайджана и Казахстана.

Главные объемы каспийской нефти на мировые рынки будут идти по трубопроводу Баку–Тбилиси–Джейхан (БТД). Он предназначен в первую очередь для экспорта нефти с азербайджанского месторождения "Азери–Чираг–Гюнешли" (АЧГ). Вместе с тем еще летом 2006 года был подписан договор о присоединении Казахстана к проекту БТД, по которому до 25 млн. тонн нефти для БТД должно дать крупнейшее казахстанское месторождение "Кашаган" на севере Каспия. Однако вскоре объявили о задержке начала добычи неф­ти с "Кашагана" до 2011–2012 годов.

Казахстанские СМИ утверждают, что из-за этой задержки Европа в 2010-м не получит 50 млн тонн нефти с Каспия. Азербайджанские эксперты и официальные лица с такой оценкой не согласны. Если в 2009 году, как и планируется, добыча на АЧГ достигнет стопроцентной отметки в 50 млн, то и без нефти с "Кашагана" трубопровод будет полностью заполнен. К тому же уже есть договоренность о транспортировке небольших объемов нефти с другого казахстанского месторождения – "Тенгиз". Так что без нефти альтернативный транспортный путь не останется.

ВОТ ВАМ И "МНОГОПОЛЯРНОЕ СНГ"

"Деликатность" и даже некоторый скептицизм, с которыми Казахстан участвует в прокладке альтернативных маршрутов, во многом объясняется исключительным его положением по отношению к Москве. Казахстан способен ставить степень своего участия в этих проектах в зависимость от того, насколько Москва готова ему уступать. Проще говоря, по чуть-чуть Москву шантажировать. Например, в прошлом году президент Назарбаев добился, чтобы Россия повысила цены на закупаемый ею казахстанский газ в несколько раз – до 140 долларов за тысячу кубометров. Казахстанский президент дал понять, что в противном случае Астана проложит альтернативные маршруты транспортировки газа. Хотя в данном случае речь шла о Китае, важен сам принцип. Подобно России, больше не желающей субсидировать экономику бывших "младших братьев", Казахстан показал, что не настроен поддерживать российскую экономику за свой счет.

Одновременно Казахстан явно не намерен отказываться от преимуществ, которые дают его динамичная экономика и огромные энергоресурсы. Ведь помимо экономических дивидендов это позволяет проводить независимую и многовекторную внешнюю политику. За счет нефти и газа Казахстану все лучше удается играть в СНГ роль "еще одного полюса" – не враждебного России, но и не "сателлита". Хотели "многополярный мир"? Получите "многополярное СНГ".




Казахстан готов участвовать в проекте "Бургас - Александруполис"

21.03.2007 Кreml.org

Андрей Грозин

- Очевидно, что совпадение визитов лидера Казахстана, Украины и Белоруссии в Москву не случайно. И по одному составу лиц, которые будут встречаться с российским президентом в течение ближайшего времени, понятно, что главные вопросы для обсуждения - перспективы экономического сотрудничества четырех государств в рамках единого экономического пространства. Проект этот в последнее время продвигался, мягко говоря, не очень активно. Явно тормозились процессы согласования законодательства, касающегося экономических параметров в четырех государствах, благодаря украинской позиции. К сожалению, я не думаю, что в ближайшей перспективе украинская сторона что-то кардинально поменяет в своих подходах. А потому любые интеграционные инициативы, с которыми традиционно выступает президент Назарбаев в Москве, пока не имеют под собой серьезных оснований. Для того, чтобы процесс начал двигаться, необходимо, чтобы на Украине установилось какое-то подобие политической стабильности, чтобы появился некий основной центр принятия решений, в том числе и по внешнеполитическим проблемам.

Что касается двусторонних отношений России и Казахстана, здесь главное - перспективы, которые открываются, в том числе и перед Казахстаном, после визита российского президента в Афины и состоявшегося подписания соглашения о прокладке трубопровода Бургас - Александруполис. Как известно, российский президент после подписания этого документа сказал, что и Греция, и Болгария готовы переуступить частным компаниям часть своих будущих активов в трубопроводе. В том числе была названа казахстанская сторона. Очевидно, что "КазМунайГаз", государственная компания Казахстана, очень заинтересована поучаствовать в этом проекте, получить определенную долю в этом будущем трубопроводе, который пойдет в обход турецких проливов. Понятно, что Казахстан, хотя он преувеличивает перспективы в течение ближайших трех-четырех лет увеличить добычу нефти, с каждым годом становится все более заметным игроком если не на мировом, то, по крайней мере, на европейском углеводородном рынке. И Россия заинтересована в том, чтобы будущая нефть Кашагана, будущая большая нефть шельфа и дна казахстанского сектора Каспия пошла не по Баку - Тбилиси - Джейхан, по проекту, который продавили наши американские друзья, а по Бургос - Александруполис. Выход на глубоководные порты Средиземного моря в Греции во многом отвечает той стратегии, которую "КазМунайГаз" определяет себе как перспективу на ближайшие годы. Если действительно к 2015 году добыча в Казахстане достигнет хотя бы 120 миллионов тонн, а не 150, о которых говорилось раньше, появится достаточно значительный объем, не связанный с ранее заключенными контрактами. Сейчас в Казахстане добывается около 65 миллионов тонн нефти. И действительно есть вероятность того, что в течение ближайших 8-9 лет добыча удвоится. Россия заинтересована в том, чтобы казахстанская нефть продолжала идти по трубам, которые в значительной мере контролируются российской стороной, чтобы она не шла по гипотетическим Транскаспийским трубопроводам и не вливалась в Набукко, чтобы она в минимальном объеме шла на восток в Китай. Этот вопрос будет обсуждаться на встрече президентов России и Казахстана. Также он будет обсуждаться между лидерами двух стран в связи с другими углеводородными проблемами и трубопроводными вопросами. Это касается возможного изменения российской позиции по приобретению казахстанской стороной активов в нефтеперерабатывающем заводе в Литве, чему раньше ряд российских компаний активно   противились. Это касается возможности расширения мощности каспийского трубопроводного консорциума КТК. Очевидна взаимная увязка, и это также касается вопроса совместного участия в газовых проектах.

А вот вопрос о Таможенном союзе пока завис, как и единое экономическое пространство. Разные методики, которые применяются сторонами участниками Таможенного союза, дают разный процент   взаимной согласованности национальных законодательств. Цифры гуляют в зависимости от личных пристрастий того или иного комментатора. Пока окончательное решение этого вопроса отложено на какую-то более отдаленную перспективу, хотя с повестки дня его никто не снимал.




Китай «подкрался» незаметно?

30.03.2007. Республика (Казахстан)

Анатолий Иванов

Позиция Астаны более чем отвечает основным положениям китайской Стратегии транснационального хозяйствования

Сегодня это уже свершившийся факт – ежедневный быт подавляющего большинства рядовых казахстанцев напрямую зависит от успешных торгово-экономических отношений с Китайской Народной Республикой. При этом год за годом Китай завоевывает все новые и новые позиции в экономике Казахстана.

Если 10-15 лет назад среднестатистический житель Республики Казахстан был в основном знаком с некачественным ширпотребом, сработанным каким-нибудь кооперативом из Синьцзяна, то ныне ситуация выглядит совсем иначе. Каждый день сотни тысяч казахстанцев не только носят одежду, сшитую в соседней стране, но и слушают радио, смотрят телепередачи по приемникам китайского производства и даже едут на работу и домой в автобусах и автомобилях с клеймом «Made in China». Но и это еще не все. Ежегодно все больше и больше граждан Казахстана находят работу у предпринимателей из Поднебесной, предприятия которых появляются в РК, словно грибы после дождя, и отдают предпочтение курортам какого-нибудь китайского острова Хайнань.

Безусловно, столь активное проникновение экономики Китая в повседневную жизнь Казахстана можно объяснить географической близостью обеих стран. Достаточно сказать, что крупнейший город нашей страны Алматы находится всего лишь в 350 километрах от границы с КНР. К тому же не секрет, что Китай сегодня переживает бурное развитие, и в ближайшие 10 лет реально претендует на лидерство в мировой экономике. Но все ли так просто, как кажется на первый взгляд?

Стратегия нового мира

К сожалению, далеко не все в Казахстане знают, что активность китайского бизнеса на территории нашей страны в полной мере соответствует планам, принятым еще 10 лет назад на воистину историческом XV съезде Компартии Китая.

Именно тогда Пекин поставил перед собой цель увеличить ежегодный ВВП страны к 2020 году до $3 тысяч на душу населения и реализовать на основе теории великого Дэн СЯОПИНА программу «общества средней зажиточности». В рамках этой программы было решено с учетом специфики индустриализации Поднебесной развернуть развитие китайской экономики на 180 градусов.

В частности, в докладе тогдашнего генерального секретаря ЦК Компартии Китая Цзян ЦЗЭМИНА прозвучало, что Пекин отдает себе отчет об истощении экологических и сырьевых ресурсов страны, тогда как дешевой рабочей силы в КНР более чем в избытке. По этой причине наряду с принятой формой создания «новой науко- и техноемкой экономики, отличающейся высокой эффективностью и низким потреблением ресурсов», была разработана так называемая «Стратегия транснационального хозяйствования». Данная стратегия как нельзя лучше объясняет поведение китайских бизнесменов на сопредельных с Поднебесной территориях, в частности в Казахстане.

Как пишет синолог, ведущий научный сотрудник российского института Мировой экономики и международных отношений, профессор Виля ГЕЛЬБРАС, расшифровка положений Стратегии транснационального хозяйствования была подробно изложена в подготовленной целым рядом исследовательских институтов Китая «Книге о двух Ма».

Стоит заметить, что китайское слово «Ма», в зависимости от интонации, может означать как «мать», так и «резвого скакуна». Так вот, согласно «Книге о двух Ма», реализация стратегии предусматривает четыре этапа.

На первом этапе – в период с 1997 по 2001 годы – в Китае была проведена акция по так называемому «выращиванию групп предприятий». Были отобраны 100 наиболее перспективных промышленных групп, которые получили не только особую поддержку государства, но и право на зарубежные инвестиции и экспортное предпринимательство. И хотя сам Пекин не очень-то распространяется, о каких, собственно, группах предприятий идет речь, можно предположить, что к ним относятся, к примеру, электронная компания Sichuan из одноименной провинции Сычуань и автомобильный концерн Changfeng Group Co из провинции Хунань, кстати, родины Мао ЦЗЕДУНА. Сумма внешних и внутренних продаж вышеуказанных предприятий уже перевалила за миллиард долларов.

Тем самым и Sichuan, и Changfeng Group Co успешно подошли ко второму этапу развития Стратегии транснационального хозяйствования, реализация которой предусмотрена до 2010 года. На этом этапе Пекин предполагает развитие экспортоориентированных компаний, которые должны начать активно продвигать свою продукцию на внешний рынок, включая организацию отверточных производств в странах третьего мира. Эти же предприятия обязаны вести инвестиционную деятельность за рубежом.

Неудивительно, что первый и второй этап стратегии считаются в КНР ключевыми, поскольку в этот период должны появиться мощные китайские корпорации, способные успешно противостоять пятистам ведущим транснациональным компаниям. Более того, их активная деятельность на мировом рынке должна помочь Китаю осуществить, соответственно, третий и четвертый этап стратегии под условным названием «Идти вовне». Их реализация намечена на 2010-2020 годы.

Если на третьем этапе зарубежная деятельность китайских корпораций станет основной, они обязаны создать сеть дочерних предприятий в различных странах мира, то на четвертом этапе поддерживаемые властями Китая компании из Поднебесной должны достичь «зрелости». Данный этап предусматривает охват «всех наиболее выгодных районов мира» и международное разделение труда внутри китайских корпораций-монстров.

Три армии Китая

Стоит заметить, что великий поход «вовне» Китай намерен осуществлять (и уже осуществляет) с помощью «трех крупных армий». Нет, речь не идет о пехоте, ракетах, ВВС и ВМФ. «Армию центра» формирует группа центральных банков Китая, таких как Промышленно-торговый и Строительный банки, а также ряд отраслевых монополий.

С некоторыми из последних казахстанцы знакомы достаточно хорошо, это Китайская государственная нефтяная компания (CNPC), Китайская зерновая, масличная и продовольственная корпорация (CNCOFC) или Китайская корпорация химической промышленности (SINOCHEM). Все вышеназванные структуры уже обладают способностью конкурировать с ведущими мировыми корпорациями. Достаточно вспомнить, как в 2005 году та же CNPC приобрела за $4,2 миллиарда активы компании PetroKazakhstan.

Вместе с тем, согласно стратегии «Армия центра» должна помочь государству в организации «Армии основных предприятий». Выше уже назывались компании Sichuan и Changfeng Group Co. К ним можно добавить еще свыше 400 китайских промышленных групп, цель которых – продвижение на мировой рынок товаров, произведенных непосредственно в Китае. К примеру, перед Changfeng Group Co поставлена конкретная задача по созданию конкурентоспособного автомобиля под общей маркой Liebao («Гепард»).

Наконец, есть еще одна армия, круг которой полностью пока не определен. Это «Армия предприятий-семян». Хотя в самом Китае уже называют 68 известных предприятий страны, которые успешно поставляют свою продукцию на рынки сопредельных государств и создают на их территориях совместные производства. Пожалуй, наиболее известной казахстанцам из представителей «Армии предприятий-семян» является швейная компания «Дружба».

Казахстан и Африка – близнецы-братья?

Надо ли говорить, что от разработанных в 1997 году планов китайцы не отклонились ни на шаг? По словам одного из китайских бизнесменов, работающего ныне в Казахстане, идея создания в Китае «общества средней зажиточности» настолько захватила все слои населения Поднебесной, что сегодня каждый считает своим долгом внести свою лепту в реализацию Стратегии транснационального хозяйствования. И нетрудно предположить, какая роль отводится нашей стране в рамках ее осуществления. Скорее всего, Казахстан ждет участь африканских стран, на базе которых Китайская Народная Республика уже успешно откатала свою стратегию.

Как пишет известный сенегальский экономист Саноу МБАЙЕ, «начиная с Берлинской конференции 1883 г., которую король Бельгии Леопольд II назвал «дележом африканского пирога», Запад наделил сам себя исключительными правами на Африку южнее Сахары. Но хотя века борьбы за прекращение колониального правления и апартеида не слишком изменили данное положение вещей, сегодня влиянию Запада бросил вызов Китай, который не меньше Запада жаждет заполучить богатые запасы полезных ископаемых и ресурсов Африки». При этом, отмечает Саноу Мбайе, «шаги Китая по укреплению связей с Африкой имеют три цели: наладить надежные поставки энергетических и минеральных ресурсов, снизить влияние на континент Тайваня и усилить быстро растущее мировое влияние КНР».

Уже сегодня Китайская Народная Республика вложила миллиарды долларов в африканские нефтяные производства, в горнодобывающую промышленность, в транспортную систему, в системы выработки и передачи электроэнергии, в телекоммуникации и в иные составляющие инфраструктуры. Общая сумма инвестиций в такие страны африканского континента, как Ангола, Конго, Судан и Нигерия, составила $15 миллиардов.

Не скупится Китай вкладывать деньги в нефтегазоперерабатывающую промышленность, пишет в своей статье «Великая африканская стратегия Китая» Саноу Мбайе. По его данным, китайская нефтяная корпорация выплатила около $2,3 миллиарда за 45% акций одного из морских нефтяных месторождений Нигерии. Выделила ссуду на $2 миллиарда Анголе, которая уже в 2004 году 25% всей добываемой нефти страны отправляла в Поднебесную. Китай практически полностью контролирует нефтегазовую промышленность Судана, на юге которого из-за событий в Дарфуре 4 тысячи солдат Китайской народной армии освобождения задействованы в охране принадлежащих КНР нефтепроводов.

«Бизнес есть бизнес, и Китай отделяет бизнес от политики», – заявил как-то заместитель министра иностранных дел КНР Чжоу ВЭНЬЧЖУН в ответ на упрек западных стран в поддержке Китаем наиболее одиозных диктатур африканского континента. Не стоит исключать, что в Астане хорошо знают высказывание высокопоставленного китайского чиновника. Может быть, поэтому столь уверенно держался Нурсултан НАЗАРБАЕВ во время своего последнего, мартовского визита в Москву? В момент, когда российские чиновники выразили недовольство позицией Казахстана по вопросу экспорта казахстанской сырой нефти в Западную Европу по нефтепроводу Баку – Тбилиси – Джейхан, он очень четко дал понять, что Астана не намерена все время поддерживать экономику России.

По мнению российских наблюдателей, в последнее время Казахстан все чаще стал смотреть в сторону Китая, надеясь получить солидные дивиденды от поставок углеводородов в Поднебесную. Косвенно, считают российские эксперты, на это указывают итоги последнего визита Нурсултана Назарбаева в Пекин, состоявшегося в канун Нового 2007 года. Во время визита были подписаны 10 двухсторонних соглашений, из которых два являются симптоматичными. Речь идет о меморандуме «О намерении соединения железных дорог Казахстана и Китая через Коргас (Казахстан) – Хоргос (Китай)» и соглашении «О таможенном контроле энергоресурсов, перемещаемых через казахстанско-китайскую границу трубопроводным транспортом».

Такая позиция Астаны более чем отвечает основным положениям Стратегии транснационального хозяйствования. Известно, что, по планам Компартии Китая и в рамках Стратегии, административной столице Синьцзяна городу Урумчи предстоит стать одним из основных центров развития нефтяной и химической промышленности КНР. Не удивительно, что 2/3 поставок углеводородов на нефтехимические производства полуторамиллионного Урумчи должны осуществляться из соседнего Казахстана.

Разведанные и разрабатываемые в Синьцзяне нефтегазовые месторождения отличаются плохим качеством сырья и высокой себестоимостью его добычи. Естественно, осуществлять поставки сырья из Казахстана в Синьцзян должны исключительно только китайские корпорации. Более того, всем представителям «трех армий» рекомендовано внимательно изучить опыт работы китайских компаний на Черном континенте.

О том, что африканский опыт, с учетом далеко идущих амбиций властей Казахстана, успешно внедряется, сами за себя говорят факты. Сегодня Китай контролирует до 40% объемов добываемой нефти в нашей стране. За минувшие три года новоявленные китайские транснациональные корпорации помимо PetroKazakhstan получили контроль над такими крупнейшими месторождениями нефти и газа, как Кандыагаш, Кенкияк и Жанажол в Актюбинской области, Северные Бузачи и Каражанбас в Мангистауской области. К победе «великой китайской стратегии» можно отнести и завершившееся строительство нефтепровода Атасу – Алашанькоу, запуск которого вместе с планируемым строительством нефтепровода с юга Казахстана является одним из важнейших этапов осуществления задач, поставленных XV съездом Коммунистической партии Китая.

Но на этом, по данным канадской разведывательной службы CSIS (Canadian Security Intelligence Service), Пекин не намерен останавливаться. В своем отчете за 2005 год канадские разведчики сообщают, что «Китай намерен в ближайшие несколько лет выкупить у Казахстана и работающих в республике иностранных компаний практически все месторождения нефти». Не последнюю роль в возросшем интересе Китая к Казахстану, указывает канадская разведслужба, играют события на Ближнем Востоке, где прежние поставщики углеводородов в Китай стали контролироваться Соединенными Штатами Америки. К тому же Республика Казахстан обладает значительным количеством других полезных ископаемых, крайне необходимых для бурно развивающейся экономики КНР.

На благо метрополии

Особый интерес Китая к Казахстану объясняется еще одним пунктом Стратегии транснационального хозяйствования. Речь идет о доктрине «Превращения слабости в силу», где под «слабостью» подразумевается переизбыток рабочей силы в Китае. Согласно планам Компартии Китая, данный вопрос должен решаться за счет ее перемещения в те страны, где начинают действовать или уже работают китайские компании.

Ясные и жесткие установки стратегии поясняют роль хуацяо (китайских диаспор) в становлении «общества средней зажиточности». Закрепившись на местах, китайские мигранты должны стать движущей силой при организации на новом месте своего проживания так называемой «армии предприятий-семян», работающих исключительно на благо метрополии. Казахстан с его огромной территорией, богатой природными ресурсами, и крайне малым количеством населения (для сравнения: в не самой большой провинции Ляонин на северо-востоке Китая проживает 41 миллион человек, а в соседнем «безлюдном» Синьцзяне – всего 22 миллиона) идеально подходит для воплощения в жизнь указанной доктрины. Так что разговоры о «тихой экспансии Китая», периодически появляющиеся в казахстанском обществе, вполне имеют под собой почву.

Косвенно на то, что в Казахстане уже началось воплощение в жизнь доктрины «из слабости в силу» указывает и деятельность китайских компаний. В данном случае разговор идет не о нарушениях трудового законодательства Казахстана – незаконный ввоз китайскими бизнесменами неквалифицированной рабочей силы из КНР стал чуть ли не обыденным делом. Обращает на себя внимание готовность предпринимателей из Поднебесной, в отличие от их коллег из Западной Европы и США, вкладывать значительные финансовые средства в проекты, не сулящие получения скорой прибыли. Данный факт, безусловно, подкупает власти Казахстана, которые мгновенно соглашаются на участие китайского бизнеса в реализации различных долгосрочных программ. Но китайцы не были бы китайцами, если, словно шахматисты, не просчитывали бы свои шаги на несколько ходов вперед.

Взять, к примеру, принятое властями Казахстана решение о строительстве центра развлечений «Жана-Или» на берегу Капшагайского водохранилища с одновременным возведением четырех городов-спутников между Алматы и Капшагаем, рассчитанных на население 100 тысяч человек в каждом. Известно, что китайские компании намерены вложить в этот проект $10 миллиардов. Кто-нибудь задумывался, каким образом Казахстан намерен заселить эти города, где стоимость жилья, скорее всего, будет неподъемной для подавляющего большинства населения страны?

Вместе с тем стоит отметить, что за последние 200 лет в мире не нашлось ни одного государства, которое удержалось бы в своих изначальных границах. И если раньше территориальный вопрос решался путем применения военной силы, то в условиях современного мира особой необходимости в этом нет. Получать контроль над желанными землями можно как экономически, так и демографически – путем изменения национального состава населения. Ярким примером последнего является проблема Косова.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2022 Институт стран СНГ