Внимание! Вы находитесь на старой версии сайта "Материк". Перейти на новый сайт >>> www.materik.ru

 

 

Все темы Страны Новости Мнения Аналитика Телецикл Соотечественники
О проекте Поиск Голосования Вакансии Контакты
Rambler's Top100 Материк/Аналитика
Поиск по бюллетеням
Бюллетень №187(15.03.2008)
<< Список номеров
НА ПЕРВОЙ ПОЛОСЕ
В ЗЕРКАЛЕ СМИ
ВЕСТИ ИЗ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ
ЖИЗНЬ ДИАСПОРЫ
ПРОГРАММА ПЕРЕСЕЛЕНИЯ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ
БЕЛОРУССИЯ
УКРАИНА
МОЛДАВИЯ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ЗАКАВКАЗЬЕ
СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
Страны СНГ. Русские и русскоязычные в новом зарубежье.

Русский язык Образование Культура



В странах СНГ сокращается количество русских школ, культурных центров и СМИ

29.02.2008, www.regnum.ru

В подавляющем большинстве стран СНГ статус русского языка не определен, вследствие чего на постсоветском пространстве наблюдается сокращение числа русских школ, культурных центров, а также печатных СМИ, выходящих на русском языке. Об этом, как передает корреспондент ИА REGNUM, 29 февраля заявила президент Фонда "Наследие Евразии" Елена Яценко на проходящей в Москве международной конференции "Русский язык в новых независимых государствах: реалии, возможности, перспективы", организованной Фондом "Русский мир".

По словам Яценко, в странах СНГ были проведены социологические исследования, результаты которых показали, что подобная ситуация с русским языком сложилась в результате проводимой в большинстве государств СНГ политики. Она сообщила, что наиболее неблагоприятная политика в области законодательства в отношении русского языка проводится в странах Прибалтики и Закавказья и только в двух странах - Белоруссии и Киргизии - русский язык имеет высокий статус. В Белоруссии он признан государственным, а в Киргизии русский является официальным языком.

По словам Яценко, наиболее остро проблема с обучением русскому языку стоит в Армении, Таджикистане, Узбекистане. В этих странах, по ее словам, практически нет русских школ и классов. Яценко привела статистические данные: доля обучающихся на русском языке в Армении составляет 1,2%, а в Таджикистане - 2%. Между тем репрезентативный опрос показал, что в этих странах есть высокая потребность изучения русского языка и местное население положительно относится к расширению его преподавания.

Между тем 45% респондентов в Грузии высказались против оказания поддержки развитию русского языка со стороны официальных органов власти России, аргументируя это тем, что это вмешательство во внутренние дела.

В Армении, Таджикистане, Киргизии и Молдавии, напротив, участники опроса выступают за то, чтобы такая поддержка оказывалась.

Опрос в странах СНГ показал такой результат: около половины респондентов считают, что знание русского пригодится в жизни и поэтому этот язык важно знать, отметила Яценко. По ее словам, исследования выявили две группы стран по уровню владения русским языком, так в Белоруссии, Казахстане и Украине доля русскоговорящих превышает 80%. К группе стран, менее 50% населения которых владеют русским, она отнесла закавказские республики, а также Литву. В Азербайджане, Грузии, Латвии, Литве, Эстонии русский язык распространен незначительно, здесь он вытеснен титульным языком из всех основных сфер общения, да и население не проявляет особого желания изучать русский язык, сообщила Яценко.




Образование на русском: исходя из реалий

07.03.2008, "МЭ" Суббота"

Элла АГРАНОВСКАЯ

Недавно Международный университет Audentes получил аккредитацию магистерских программ по специальности «организация бизнеса», что в полной мере относится и к программам на русском языке. Отвечая на вопрос, в какой мере этому университету приходится конкурировать с другими вузами, дающими высшее образование на русском языке, в частности, с открывающимся Екатерининским колледжем, исполняющий обязанности ректора профессор Пеэтер Мюйрсепп настаивает на том, что в данном случае не стоит говорить о прямой конкуренции.

«Екатерининский колледж входит в состав Таллиннского университета, и, насколько я понимаю, на русском языке там будут преподавать только общие программы – по социальным и гуманитарным наукам, тогда как наш подход отличается, прежде всего, тем, что охватывает весь учебный процесс», — подчеркнул профессор Мюйрсепп.

Рассказывая о том, что русскоязычное образование в структуре Международного университета Audentes имеет очень четкое и постоянное место, исполняющий обязанности ректора уточняет: «У нас есть конкретные программы и конкретные специальности, которые мы преподаем на русском языке, – организация бизнеса на бакалаврском и магистерском уровне, а также международные отношения, пока только на уровне бакалавриата, но и здесь мы намерены открыть магистратуру. Это не означает, что наши студенты не могут изучать некоторые предметы на эстонском или английском языке, все зависит от желания, и есть молодые люди, которые пользуются этой возможностью. Однако принцип таков: молодой человек, чей родной язык русский, может с самого начала обучения в нашем университете вплоть до получения магистерской степени учиться на русском языке».

Надо заметить, что в настоящий момент это довольно уникальное явление в нашей стране. Чем руководствовался Audentes, не отказывая молодым людям в возможности получать высшее образование по-русски в течение всего учебного процесса? «Кратко на этот вопрос можно ответить так: мы исходим из реалий, — говорит профессор Пеэтер Мюйрсепп. — У нас в стране еще есть молодые люди, которым удобнее учиться на русском, нежели на эстонском или каком-нибудь другом языке. А потом, рядом с нами — русскоязычный мир, если можно так выразиться. Это, прежде всего, Россия, но не только Россия. Люди, для которых русский язык является родным, живут и на востоке от нас, и на западе, и на юге. И у нас есть хорошие преподаватели, доктора наук, они хорошо подготовлены, они способны читать лекции на других языках тоже, но все же их родной язык русский, на котором они лучше могут передавать студентам свои знания. Мы хотим дать им эту возможность и в будущем».

— Стало быть, вполне можно утверждать, что Международный университет Audentes сегодня представляет собой модель нашего общества: в ваших стенах отражается все, что происходит в стране, за исключением, быть может, противоречий нашего общества?

— Вы совершенно правы, мы об этом думали, и наша цель, чтобы так оно продолжалось и дальше. Наша модель действительно вырабатывалась, и сегодня смело можно утверждать, что она успешно работает. Безусловно, наши сотрудники и студенты – люди с различным мировоззрением и личным пониманием того, что происходит в стране. Но у нас каждый может свободно выражать свое мнение, мы свободно полемизируем друг с другом, и наш опыт показывает, что мы действительно способны обходиться без каких-либо серьезных проблем и противоречий. Конечно, как в любом университете, у нас бывают острые дискуссии по многим вопросам. И я не могу сказать, что по всем пунктам достигается абсолютное согласие. Но если есть какое-то противоречие или недоразумение, мы анализируем ситуацию и до сих пор всегда находили позитивное разрешение.

— Известно, что в любом университете далеко не все студенты, поступившие учиться на первый курс, успешно преодолевают весь путь, вплоть до получения диплома. Насколько в университете Audentes велик отсев среди русских студентов: в норме или все же сверх нормы?

— Наоборот, я бы даже сказал, что подавляющее большинство русских студентов успешно оканчивают университет, как принято говорить, в номинальное время: за три года бакалаврской учебы и за два года магистерской. Англоязычные и эстонскоязычные студенты в этом смысле гораздо подвижнее, — говорит исполняющий обязанности ректора.

Словом, как утверждает профессор Мюйрсепп, русскоязычное образование занимает в Audentes свое достойное место, став органичной составляющей университета. «И пока существуют молодые люди, заинтересованные в том, чтобы получать высшее образование по-русски по тем программам, которые мы предлагаем, пока есть преподаватели, которые могут квалифицированно давать им знания, мы будем продолжать работать в том же русле, как это делали до сих пор», — заключает собеседник.




Языковой акцент эпохи

06.03.2008, Молодежь Эстонии

Наша газета уже не раз рассказывала о семинарах для учителей русского языка, которые в разных городах Эстонии проводит Таллиннский Институт Пушкина. Как правило, на них выступают виднейшие специалисты из лучших вузов России. С педагогической общественностью встречался, например, ректор Государственного Института русского языка им. А.С. Пушкина Ю. Прохоров. Перед учителями русского выступали профессор того же российского вуза Э. Азимов, профессор Московского Государственного университета им. Ломоносова В. Елистратов и другие.

На этот раз серию семинаров в Тарту, Пярну и Таллинне, в которых участвовали преподаватели русского языка как иностранного почти из всех регионов Эстонии, в том числе и с островов, провела Наталья БИТЕХТИНА, старший преподаватель кафедры теории и практики преподавания русского языка как иностранного факультета повышения квалификации Государственного Института русского языка им. А.С. Пушкина в Москве.

С ней беседует журналист Нелли Кузнецова.

— Год русского языка, объявленный ранее указом президента России, увы, закончился. Тем не менее Государственный Институт русского языка им. А.С. Пушкина продолжает, как показывает практика, планомерно и, я бы сказала, целенаправленно, простите уж за столь казенное словцо, вести эту работу, в том числе и за рубежом. И ваш приезд сюда, Наталья Борисовна, очевидно, можно рассматривать как продолжение, как развитие этой темы, столь важной для нас. Не так ли?

— Конечно. Наш институт был создан более 40 лет назад именно для того, чтобы поддерживать распространение русского языка в мире, помогать преподавателям русского как иностранного, разрабатывать для них методики, принимать их на курсы повышения квалификации, организовывать для них стажировки, встречаться с ними как можно чаще. И это понятно. Преподаватель иностранного языка, в том числе, разумеется, и русского, должен постоянно подпитываться новыми методическими знаниями, он должен ощущать неразрывную связь с языковой средой, с культурой той страны, где распространен, где господствует преподаваемый им язык.

Мы развиваем сотрудничество со многими государствами Европы, Ближнего и Дальнего Востока, не говоря уже о СНГ. И для нас особенно важно, чтобы там, в этих странах, нам было на кого опереться, чтобы был какой-то центр, который и организует, и проводит всю эту сложнейшую подготовительную работу. Иначе наш институт никогда бы не смог справиться с огромными задачами, которые стоят и перед ним самим, и перед учителями в этом плане.

В Эстонии таким партнером, очень надежным, я бы сказала, является наш тезка — Институт Пушкина. Мы постоянно ощущаем высокий профессионализм его руководителей, его сотрудников. Я говорю это отнюдь не для красного словца. Я работала в разных странах, в том числе и в бывших республиках Союза, мне есть с чем сравнивать. И я вижу, что работа с учителями здесь ведется не от случая к случаю, когда, знаете, провели мероприятие — и с глаз долой, а очень планомерно, систематически, что Институт Пушкина создал организации учителей русского языка по всей Эстонии, и они, эти организации, постоянно получают нужную информацию и, главное, сами объединяются вокруг Института Пушкина, стремясь расти профессионально. Понимаете, есть встречное движение — вот что меня поразило и обрадовало.

— Учителя русского языка в эстонских школах пережили тяжелые времена, особенно в начале 90-х. Им пришлось вынести, а иной раз выносить и теперь, враждебное отношение к России и русским, негативное отношение к русскому языку. И то, что он выжил в эстонских школах, то, что желающих изучать наш язык становится все больше, напрямую связано с их подвижническим трудом, с их любовью и уважением к своему делу. Вы это почувствовали, общаясь с учителями на семинарах?

— Конечно. В Пярну, например, где в аудитории собралось более 30 учителей из разных уездов, а также и с островов, я попросила поднять руки тех, для кого русский язык является родным. И поднялись всего три руки… Но такого большого, такого искреннего интереса к тому, о чем я говорила, к тем материалам, которые привезла из Москвы, такого желания знать больше, работать лучше, честно скажу, я не встречала, увы, порой и в русских аудиториях.

Кстати, благодаря Институту Пушкина, работающему в Эстонии, благодаря его руководителям Андрею Красноглазову и Инге Мангус мы в Москве смогли получить достаточно полную и точную ориентировку относительно того, что, собственно, нужно учителям русского языка в эстонских школах, что именно они хотели бы узнать, услышать. И собираясь в Таллинн, я уже знала, какую аудиторию я здесь увижу, с чем мне придется столкнуться. А это ведь очень важно. Такая предварительная информация, прямо с земли, как говорят милиционеры, помогает разработать совершенно конкретную программу, нужную, полезную именно для этой аудитории, для этих учителей. Тем более, что с помощью того же Института Пушкина я уже знала, как работали и что именно сделали московские профессора здесь, на семинарах до меня. Именно поэтому мы смогли подготовить хорошую, как говорили нам эстонские учителя, полноценную программу для них, включающую в себя и лингвистику, и практические занятия, и занятия, связанные с современными тенденциями в развитии русского языка, русской культуры.

По-моему, очень важно — и это настоящая находка Института Пушкина, делающая честь и профессионализму его руководителей, и их серьезному, вдумчивому отношению к делу, — то что семинары проходили не только в Таллинне, но и в других городах Эстонии, до которых учителям легче добраться из своих уездов. Не все ведь могут оторваться от работы, от дома, от детей и т.д.

— А тут, как говорится, Магомет сам идет к горе. Но скажите, Наталья Борисовна, что нового для себя как специалиста по русскому языку вы увидели, узнали здесь? Удовлетворил ли вас, скажем, уровень владения русским языком у учителей, работающих в эстонских школах? Не хотелось бы обидеть учителей этим вопросом, но ведь многие, живя в эстонской глубинке, оторваны, по существу, от русской языковой среды…

— Знаете, я уже 28 лет работаю преподавателем русского языка как иностранного. А знакомство с этой профессией началось задолго до того, как я окончила Московский Государственный университет. Мой отец занимался преподаванием русского языка как иностранного. Моя мама и сейчас, несмотря на возраст, работает в Московском Государственном университете. Она доцент, преподаватель русского как иностранного. И у моего брата та же специальность. В общей сложности наша семья отдала этой профессии 110 лет.

— Поразительно…

— И вы понимаете, что накоплен очень большой опыт. Мне приходилось бывать в разных странах, встречаться с разными учителями. И должна сказать, что как раз в Эстонии ситуация с преподаванием русского как иностранного далеко не самая худшая. Ведь в большинстве европейских стран преподаватели русского — это не носители языка, это люди разных национальностей, выучившие русский. Не случайно во многих странах существуют разные учительские сертификаты. Кто-то, скажем, имеет право преподавать русский язык в старших классах гимназий, а кто-то может работать лишь в младших, в начальной школе.

Эстонские же учителя все-таки какую-то часть своей жизни прожили в большой стране, не изолированно от русской языковой среды. Да и сейчас могут слушать радио, смотреть телевизор, читать газеты и т.д.

Так что знание русского весьма неплохое. Я могу сравнивать. В нашем институте, я имею в виду Государственный Институт русского языка им. А.С. Пушкина в Москве, учатся, проходят стажировку преподаватели русского из разных стран, в том числе из Китая, Вьетнама, из Африки и т.д. Там, конечно, уровень владения языком разный. Я, кстати, помню, что учителя русского языка из Германии, например, приезжали к нам на стажировку не столько для того, чтобы познакомиться с разными методиками, сколько для совершенствования своего собственного русского языка.

Между прочим, может быть, и здесь стоило бы подумать о такой форме занятий, курсов. Ведь понятно, что учителя русского языка в эстонских школах имеют сейчас меньше возможностей развивать практику своей русской речи. Почему бы для них тому же, скажем, Институту Пушкина не ввести такую форму повышения квалификации, как занятия, где упор делался бы на совершенствование собственных практических языковых навыков?

Впрочем, должна сказать, что вряд ли надо требовать совершенства в знании языка, который преподает тот или иной учитель. Чемпион мира по фехтованию, например, далеко не всегда может быть хорошим тренером в этом виде спорта. Человек, который, быть может, позже овладевал языком, подчас оказывается лучшим учителем, чем тот, для которого этот язык с детства был родным. Потому что тот, который с трудом сам проходил эту науку, знает, где и какие ошибки могут быть. Он подчас даже лучше может подсказать ученикам, как преодолеть трудности, как справиться с ошибками. Достигнув успеха собственным трудом, пройдя все сложности, он уже на опыте знает 10 или больше вариантов решения возникающих проблем. Я говорю, конечно, о преподавании русского как иностранного…

Кстати, быть может, именно тем, что мои нынешние слушатели, эстонские учителя русского, вложили в свое время столько труда, души, любви в изучение этого языка, и объясняется та удивительная, теплая, внимательная, сочувственная атмосфера, которая возникла на наших занятиях. Атмосфера некой общности, сотрудничества, дружественности, хотя, наверное, все эти люди и не были прежде знакомы друг с другом. Но это поразительное ощущение общей цели… Я уезжаю отсюда с чувством огромного уважения к этим людям…

Говорю об этом и вспоминаю своих слушателей — учителей русского в Армении.

— Ну, им, очевидно, приходится совсем нелегко, ведь процент русскоязычного населения там совсем невелик. Не то, что у нас — треть населения страны…

— Да, и тем не менее эти люди знают, зачем и для чего работают. Они, учителя, понимают, что здравый смысл заключается в том, чтобы жить с соседями в мире, здравый смысл заключается в том, чтобы дети знали язык большой страны, которая расположена рядом и в которой так много возможностей для учебы, работы, бизнеса и т.д. Добрососедство — это то, что обыкновенный, простой человек ощущает, что называется, на собственной шкуре, простите уж мне некоторую фривольность языка.

Мой опыт общения с учителями в разных странах, в том числе, конечно, и в Эстонии, хотя здесь общение было довольно кратким, говорит о том, что если у учителей есть точное понимание того, что именно они делают и для чего, то они объединяются, чтобы отстаивать свое дело, свою позицию на всех уровнях.

Кстати, в Армении, о которой я уже упомянула, есть сейчас очень большая — на уровне государства — программа по восстановлению русского языка в школах. Напомню, между прочим, что русских школ в Армении нет, там ведь русских, как вы уже правильно сказали, очень мало. Но многие люди, и, что еще, быть может, важнее, государственные деятели, понимают, что для молодежи, владеющей русским языком, открываются в России возможности, каких нет в маленькой Армении. И русский язык, наряду с каким-нибудь иностранным, преподается там с первого класса. Существует и множество факультативных программ. Словом, создаются условия для овладения русским языком, вообще языками без каких-либо политических амбиций, пристрастий и т.д. Мы уже пережили ситуацию «железного занавеса», мы знаем, что это такое. А мир открыт, весь мир прозрачен, он общается. И не надо об этом забывать.

Вообще-то известно, что любой насаждаемый сверху, насильно предмет будет отвергаться, отторгаться детьми, подростками, молодежью, если ученик не понимает, что даст ему в будущей практической жизни этот предмет. Это аксиома, это правило, многократно проверенное жизнью. И поэтому, какие бы решения ни принимались непрофессиональными в этой сфере людьми, жизнь все расставит по своим местам. Рано или поздно…

— Похоже, вы получили немало поводов для размышлений, работая с нашими учителями, с Институтом Пушкина в Эстонии…

— Да, мы говорили о многом с учителями. О том, например, как работать в классах, где есть иноязычные дети. Это всегда нелегкая проблема для учителя, особенно, если преподаваемый язык не является для него родным, а в классе сидят носители языка, пусть даже маленькие. Как не потерять при этом достоинства, авторитета и не создать в классе атмосферу недоверия, вражды, конфликта?

Или о том, например, как вводить в обучение элемент игры, на уроках языка это очень полезно.

Я увожу с собой множество впечатлений. И буду рассказывать коллегам в Государственном Институте русского языка им. А.С. Пушкина о предложениях эстонских учителей, о работе нашего тезки — Института Пушкина, в частности, о воскресной школе для русских детей, обучающихся в эстонских школах, о вечерах «У самовара», которые устраиваются здесь для эстонцев, изучающих русский язык, и еще о многом другом.

Не могу умолчать и еще об одном сильном впечатлении, которое касается лично меня. Так уж сложилось, что именно в эти дни у меня был 50-летний юбилей. И надо было видеть, как трогательно поздравляли меня эстонские учителя, как в мой день рождения хор из 30 человек спел для меня поздравительную песню на эстонском языке. Это было незабываемо…




Изучение русского языка на Украине

26.02.2008, http://www.ia-centr.ru

Екатерина Иванова

Екатерина Иванова: Изучение русского языка на УкраинеПроблема изучения русского языка за рубежом, особенно в странах бывшего Советского Союза, в последние годы приобретает все более острый характер. В поддержку изучения русского языка за рамками страны правительство создает специальные организации, но к сожалению каждая страна хочет видеть по - своему как свою историю, так и свой суверенитет, составной частью которого является национальный язык.

Украина - страна, где русский язык так и не приобрел свой окончательный официальный статус. Как указывается в исследовании Института социологии Национальной академии наук Украины (ИС НАНУ) Украина фактически является двуязычной страной.

Наибольшее распространение русский язык получил в восточных и южных регионах, где он является более привычным, чем украинский, для 92 % граждан. Русский язык также доминирует как язык повседневного общения в столице Украины - Киеве. В то же время на западе страны доля населения, использующего русский язык, незначительна (4-5 %, по данным фонда «Общественное мнение»).

Стоит отметить, что многие граждане Украины, которые считают родным другой язык, используют русский язык в силу разных причин дома или на работе. Согласно данным опроса, проведённого Киевским международным институтом социологии (КМИС), русский язык использует дома 43-46 % населения Украины (то есть столько же или даже чуть больше, чем украинский язык). Таким образом, большинство граждан Украины владеет русским языком в той или иной мере.

За последнее время на Украине происходит сворачивание образования, теле- и радиовещания на русском языке, принимаются различные постановления государственных ведомств и местных органов власти, которые ограничивают сферы использования русского языка.

Распределение государственных средств на поддержку негосударственных языков показывает дискриминацию русского языкового сообщества. В 2004-2006 гг., согласно информации Государственного комитета Украины по делам национальностей и религий, румынское языковое меньшинство, которое более чем в 84 раза меньше по сравнению с русским, получило в 12 раз большую государственную помощь, а белорусское языковое меньшинство, второе по численности на Украине после русского, вообще не получило государственного финансирования. Таким образом, правительство Украины показывает свою заинтересованность в том, чтобы русский язык не получил статус второго национального языка Украины. Хотя конституция Украины, гарантирует свободное развитие, использование и защиту русского и других языков национальных меньшинств Украины.

Споры о придании русскому языку статуса национального языка Украины начались с 1989 года, когда на Украине был принят закон «О языках в УССР» Значительная часть украинского общества полагает, что русский язык должен стать вторым государственным или официальным, поскольку около половины граждан Украины пользуется им в повседневном общении. Эта идея наталкивается на серьёзное противодействие тех, кто считает, что государственным языком Украины должен являться украинский язык, а русский, как язык национального меньшинства, не должен признаваться государственным, пусть даже и вторым.

Наличие официального статуса у двух или большего числа языков является распространённой практикой в современном мире (например, в Швейцарии, Финляндии). Безусловно, язык является главным фактором национальной самоидентификации, но если почти половина страны свободно говорит на другом языке это не дает правительству права ущемлять интересы русскоговорящего населения. Русский язык оценивается украинской властью не только как средство влияния России,  но и как фактор влияния на предвыборных агитациях.

 Законодательство Украины, действительно, во многом ущемляет права русскоязычного населения. Законы "О рекламе" и "О судопроизводстве" требуют использования государственного украинского языка даже в тех регионах, где проживает в основном русскоязычное население. Делопроизводство также должно вестись на национальном - украинском языке. Что касается телевидения, то и здесь действует меморандумом Национального совета по телевидению, который предписывает частным телеканалам в обязательном порядке дублировать на украинский язык все русскоязычные телепередачи. В 2007 году Конституционный суд Украины фактически запретил показ кинофильмов на русском языке (по телевидению и в кинотеатрах) без дублирования на украинский или без украинских субтитров. При этом в ряде регионов, к примеру, в Одессе, Крыму, Днепропетровске кинотеатры, отказывались показывать фильмы на украинском языке, чтобы не потерять кинозрителей.

   В то же время печатная продукция выходит на русском языке, а некоторые СМИ позиционируют себя как двуязычные. Так, по информации министерства юстиции Украины с начала 2007 года было зарегистрировано 1117 изданий, из которых меньше половины одноязычных (292 - с украинским языком издательства, 192 - русскоязычных). Все остальные были зарегистрированы, как многоязычные издания.

 Полунасильственная украинизация населения оборачивается серьезными проблемами для молодых специалистов и для читателей печатных СМИ, так как в  высших учебных заведениях подготовка специалистов ведется на украинском языке. Таким образом уровень русского языка с каждым годом становится  хуже. А востребованность специалистов свободно владеющих русским языком, остается достаточно высокой.

Интересна и закономерность постановки проблемы статуса русского языка на Украине. Чаще всего ее вспоминают перед выборами, когда определенная позиция в этом вопросе повлечет за собой процент голосов. Но как только выборы заканчиваются, проблема русского языка становится неактуальна.  

Таким образом, признание статуса русского языка как регионального или как второго государственного языка Украины, остается открытым вопросом.  На данном этапе  развития  Украины как государства, защищающего интересы живущих в нем граждан,  русский язык оказался заложником, превратившись из проблемы, которую нужно решать  вне политического контекста, в один из основных рычагов давления на выборах. И несмотря на то, что 10-я статья Конституции Украины гарантирует «свободное развитие, использование и защиту» русского и других языков национальных меньшинств и обязывает государство содействовать изучению языков международного общения. Но, несмотря на это, русский постепенно, но целенаправленно вытесняется из всех сфер жизни общества.




Казахстан: кризис культуры, время собирать камни

25.02.2008, http://zonakz.net

Алексей ЛОБАНОВ

Социальные процессы, явления, системы обладают своеобразной двоякостью. С одной стороны они отличаются, как правило, большой инерционностью и консерватизмом. Десятилетиями, если не столетиями жизнь проходит день за днем и каждый последующий день похож на предыдущий. С другой стороны, сфера обитания человека обладает способностью молниеносного (в историческом плане) слома, преображения, нарушения или даже разрушения привычного порядка вещей. Для подтверждения данного тезиса даже не нужны особые исторические изыски. Они и так у нас у всех перед глазами.

Причем слом системы зачастую происходит не благодаря, а вопреки всем и всяческим ожиданиям и обстоятельствам. Разумеется, по прошествии времени ученые мужи обстоятельно расскажут и докажут, что все это было неизбежно потому то и потому что.

Живой иллюстрацией является судьба Советского Союза. Империя выглядела несокрушимой. Даже сторона - антагонист, желавшая крушения советской империи всеми фибрами души, признавала, что это невозможно в какой-нибудь просматриваемой перспективе. Но вот случилось! Да, Запад положил немало сил и средств для достижения этой цели и все это оказало какое-то воздействие, но не Запад впрямую оказался причиной крушения великой империи.

Влияние яйценоскости пингвинов на “биржевой курс” Зеленого базара

Впрочем, отойдем несколько от этой темы и вернемся к реалиям сегодняшним. А реалии таковы, что государства, созданные на обломках империи, миновали какой-то начально-промежуточный этап развития и в свою очередь вступили в этап определенной стабильности. И палитра здесь не слишком ярка, но всё же разнообразна. От стабильной беспросветности и безысходности в Таджикистане, до скромной, с некоторыми надеждами, стабильности в стенах Евросоюза для прибалтийцев. Мы же в этом окружении смотрелись, или вернее, казались себе, как минимум “Титаником” среди обшарпанных лодочек. Жизнь же показывает, что на каждый “Титаник” приготовлен свой айсберг. И некоторое количество холодной воды на “голову” нашего общества может оказать всеобщее оздоравливающее действие от непомерной эйфории. Случившийся и перманентно развивающийся кризис поставил наше правительство в определенной степени в положение известной унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла. Проблема, по сути, не в кризисе, как таковом. Ибо кризисы приходят и уходят с неизбежностью смены времен года. Вопрос в другом, в том, что размах и масштаб кризиса спровоцированы алчностью элит и пассивностью правительства при этом. Ведь не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять “пирамидальную” сущность строительного бума, соответственно нетрудно было и предвидеть, чем все должно закончиться. И для того чтобы понять все это, не надо было быть ни Спинозой, ни даже Егором Гайдаром. В итоге на сегодня наши министры старательно изучают “новые ворота”. При такой практике на смену одним воротам вскоре появятся другие, о которые будет расшибать лбы очередная правительственная генерация.

Все происходящее в нашей экономике производит впечатление некой сюрреальности, фантасмагории. В сущности, по идее, нашей реальной экономике меньше, чем кому бы то ни было должны были бы угрожать экономические кризисы, или влияние этих кризисов должно было бы быть достаточно ослабленным. Наша экономика, безусловно, сырьевая, мы имеем исключительно богатые недра. Т.е. в сущности это равнозначно тому, что в наших закромах лежали бы золотые слитки, которые не могут обесцениться. Плюс к этому, мы при любых погодных условиях производим избыточное количество зерна, голод как бы и не грозит.

Если обратиться к примеру нашей северной соседки России, то мы видим, по сути, во многом самих себя. Так вот, тамошнее правительство заверяет мир, а в первую очередь свой народ, что мировой кризис не коснется России в катастрофической форме. Правда, слова – это всего лишь слова. Однако мы уверены, что правильное антикризисное управление, подкрепленное политической волей, способны сделать слова делом. И это при том, что не сырьевой сектор экономики в России весьма развит (конечно, его качество отдельный разговор). У нас же этот сектор присутствует вообще чисто номинально. Фондовая биржа, как бы есть, но проблемы, связанные с ней напоминают мораль из рязановской песенки – какие проблемы могут быть с тещей, когда у тебя нет жены. Т.е. постоянные ссылки на ипотечный рынок США, фондовый кризис и другие мировые катаклизмы вряд ли могут существенно повлиять на удойность наших местных коров или яйценоскость кур в совхозе “Путь Ильича”.

Возможно, и у нас есть отдельные персоны, которые владеют недвижимостью в Штатах или собираются ее приобрести, но что-то подсказывает, что этим персонам американская ипотека по барабану вовсе.

Голой задницей да в крапиву

В плане вербальном у нас складывается занимательная ситуация. До буквально вчерашнего дня, у нас, как в анекдоте, слово “кризис” было, а объекта, обозначенного этим слово, как бы и не было. Теперь же признано, что предмет (кризис) имеет место как бы быть, но вот слова такого нет (в мировой практике есть негласный запрет на употребление слова “кризис”).

В этом плане интересный материал дает в “Новой газете” Галина Дырдина, по материалам пресс-конференции Григория Марченко. Наш “авторитет”, “тяжеловес” и вообще “гуру” с определенной подначкой и язвительностью (а может нам показалось?) сообщает – мол, “все хорошо, прекрасная маркиза…”. Рады за г-на Марченко и Народный банк, если у них и вправду все хорошо. Но прозрачная мораль ясна. Все риски нашего рынка были хорошо известны загодя и, при всем уважении к г-ну Марченко, не только ему, да вот “жаба” ребят задушила. Согласимся и с тем, что “рука помощи” только развратит наш бизнес в еще большей степени. Так что, не помогать нашим банкам и строителям? Да нет, конечно, помогать надо! Но, вульгарно говоря, чувствовать они себя должны при этом, как, сидя голой задницей в крапиве или на муравейнике.

Если уж они или правительство (ради их спасения) залезли в общенациональный Фонд или того чище в пенсионный, то, во-первых, все должно быть прозрачно. А во-вторых, вернуть средства должны не просто в обязательном порядке, но и “сторицей”. В прямом значении этого слова. Вот тогда и будет не келейно-кулуарно, с возможным “распилом” помощи, а с полной ответственностью перед государством, народом, да и своим карманом.

То, что у нас неладно что-то с экономикой простому обывателю ясно и без объяснений. Тем более, что ты ему, обывателю, объяснишь про какие-то там темпы инфляции, когда конкретные продукты подорожали буквально в разы?! Например, тот же народный деликатес сервелат. Или простая капуста теперь стоит, как заморские бананы, а бананы дороже, чем на Чукотке. И даже знаменитая, баснословно дешевая алматинская барахолка уже совсем не такова. И, как утверждает пресса, в 2 -3 раза дороже Бишкекской.

В целом, если прежде мы говорили, что народ и правительство в нашей стране еще не встретились друг с другом, то сегодня можно отметить, что правительство в отличие от нас и говорит вообще-то на каком-то своем (возможно птичьем) языке.

Дольщики оказались обманутыми, причем вполне конкретными людьми, а правительство говорит, мол, кризис виноват ипотечный в штатах. В квартирах холодно, а нам говорят, калорийность мазута ниже, чем газа, а газ перекрыл Каримов. Продукты подорожали – а нам, мол, китайцы много стали есть и дальше все в том же духе, в стиле сказки про белого бычка.

“Культура спасет нас, если мы спасем культуру!” (О. Сулейменов)

Как-то наш самый информированный и культурный министр проронил фразу: страна, мол, добьется успеха только в том случае, если весь народ, вся нация объединятся, сплотятся вокруг своего лидера. При всей дискуссионности лозунга в конкретных обстоятельствах, в принципе фраза совершенно верна для успешных стран. Если во главе такой успешной страны стоит монарх (Англия, Япония, Испания, Дания…), то он является символом нации. Если руководитель страны избирается, то он является лидером и лицом нации. Что же возможно и нужно сделать у нас, с нашей страной и обществом, чтобы добиться успеха?

В качестве ремарки обратимся к мнению Сергея Петровича Капицы. Помимо того, что он известнейший популяризатор науки и сын знаменитого отца, он и сам является крупным ученым с мировым именем. Среди прочего он является членом Римского клуба, который занимается научной футурологией. В своем недавнем интервью “Известиям” С.Капица сказал: “Я совершенно убежден, что все человечество и Россия вместе с ними вступили в глубочайший кризис. Этот кризис с полной очевидностью виден в развитых странах во всех сферах – в образовании, культуре, науке, идеологии. Через некоторое время в кризис войдут и другие страны. Кризис выражается во все большем несоответствии между механизмами управления и фундаментальными целями общества, иначе говоря, между базисом и надстройкой”. Прочитав эти строки правительство может со вздохом облегчения сказать – так вот оно в чем дело, весь мир уже там и нам не зазорно! А могло бы все-таки задуматься, как нам избежать худшего или хотя бы смягчить для страны и народа возможное неизбежное. Мы отнюдь не развитая страна, но кризис в нашем образовании, культуре, науке, идеологии не ожидаем, а уже вполне очевиден. Единственно в чем наше отличие от развитых стран так это то, что в этот кризис мы, скорее всего, не впадали, а постоянно в нем находимся.

Сама по себе оценка перспектив мирового сообщества достаточно известна, да и самим Капицей декларируется не впервые. Оправдается ли этот прогноз во вселенском масштабе, мы вскоре увидим! А вот что касается нас, то вспоминается интервью профессора Злобина в “Республике”. Так вот известный русско-американский ученый довольно нелицеприятно, хотя и в корректных выражениях, охарактеризовал наше общество глубоко провинциальным. И положа руку на сердце, это еще “толерантно” сказано. В его короткой реплике очень точно характеризуются корневая суть не только казахстанского общества, но, пожалуй, всего постсоветского пространства. Те же прибалтийцы, бывшие для нас всегда форпостом Европы в наших палестинах, попав на самом деле в Европу, демонстрируют постоянно свою жуткую местечковость.

Что касается общественной и культурной жизни Казахстана, то общая картина удручает. А ведь во времена не столь давние, Алма-Ату, несмотря на ее удаленность, ни в коей мере нельзя было назвать провинцией в культуре и цивилизации. Даже если сравнить пассажиропотоки между Казахстаном и другими регионами Советского Союза тогда и сейчас, то небо и земля. Только в Москву из каждого областного центра существовал прямой авиарейс, а из Алма-Аты в Москву самолеты летали 5 – 7 рейсов ежедневно и они не пустовали. Практически любой человек мог позволить себе слетать в Москву, Питер, побывать в музеях, театрах, что, в общем-то, и делалось. Наши деятели культуры и науки были частыми гостями других городов и республик Союза. В силу таких обширных научных и культурных контактов в Казахстане сложилась сильная математическая школа, что ощущается в какой-то мере до сих пор. Хорошо была поставлена геологическая школа, химия... Многие ученые защищались в Москве, Питере, Киеве и т.д.

Казахстан имел целое созвездие популярных исполнителей: Бибигуль Тулегенова, Роза Багланова, Алибек Днишев, Рамазан Бапов, Булат Аюханов, Роза Рымбаева и многие другие. Их слушали, смотрели и любили от Курил до Закарпатья.

Да что говорить, чистоту, грамотность, литературность русской речи в Алма-Ате отмечали даже столичные специалисты-филологи (очень жаль, что так не скажешь про Алматы). Наши земляки, независимо от национальности выделялись культурой речи, будучи в Москве и в Питере. Возможно, сегодня кого-то это будет только раздражать, но сам по себе этот факт является подтверждением былых высоких стандартов в Казахстане. Мы не хотим, чтобы наши слова были восприняты как панегирик советскому прошлому (хотя стоит ли забывать все хорошее, что было в прошлом?), ровно также не хотим хулить сегодняшнее настоящее. Но вот Олжас Сулейменов сказал: “Культура спасет нас, если мы спасем культуру!”. И это глубоко правильно, понимая культуру в самом широком смысле слова. Экономика важна, спору нет, без нее теперь никуда. Но эта экономика, что у нас есть, выкарабкается в рынке сама по себе, хотя бы в силу спроса на энергоресурсы и другое сырье. А вот культура, образование, наука, т.е. то самое пространство, в котором человек живет, имеют свойство деградировать безвозвратно, причем несознаваемо самим человеком. Иллюстрацией могут служить племена в джунглях, которые современная наука в большинстве своем относит к вторично первобытным. Люди, имевшие достаточно высокую когда-то культуру, в результате культурной деградации потеряли в итоге даже простейшие культурные навыки.

Что имеем – не храним, потерявши – плачем

Попробуем задаться вопросом, почему одни страны преуспевают, а другие не очень или вовсе лежат на боку? Почему каким-то странам удается возродиться, догнать так или иначе передовые страны, а другим нет?

И ответ, безусловно, может быть один! Это общий уровень культуры народа! Вот в чем наше принципиальное преимущество перед странами, подобными Нигерии, у которых нефти и всего прочего не меньше, чем у нас, да и зимой у них несколько потеплее.

И это совсем не пресловутое “гражданское общество”, о котором все говорят, но мало кто понимает, что это и зачем это. Хотя, конечно, изначально это было действительно частью культуры немецкого бюргерского общества. Зато теперь строительство гражданского общества задача задач и в Нигерии тоже!

Говоря о культуре, мы понимаем ее в самом широком смысле этого слова, а не только фольклорные распевки, или чисто этнические мотивы. За годы независимости сложилась не лучшая практика охаивания совместного прошлого, деградации или даже разрушения в таких сферах культуры, как наука, образование, здравоохранение и т.д.

А между тем, несомненно, надо быть слепым на голову, чтобы не видеть, что в нашей стране за последние столетия сложилась уникальная культура, причем буквально во всех сферах жизни человека. Даже если взять такую тривиальную часть культуры нашей жизни, как кухню, то без сомнения у нас сложился своеобразный, богатейший дастархан, который вряд ли где еще встретишь. На любом казахстанском столе можно встретить и казахские, и русские, и узбекские, греческие, корейские и т.д. блюда.

Не столь может быть наглядно, но и в других сферах мы имеем своеобразную и необычно богатую культуру. А какое у нас необычное и богатое искусство!

И мне думается, что именно этой культуре мы обязаны достижениями первых лет независимости. Да, конечно, и нефть при этом не лишняя, но и только. Ведь недаром существует понятие “проклятие ресурсами”. Чему дежурным примером служит всё та же Нигерия. Именно культура позволила нам пройти по краю пропасти и не свалиться. Пока! Ибо, что имеем – не храним, потерявши – плачем. На исходе второго десятилетия независимости наша совместная культура всего народа все в большей степени подвергается давлению и распаду.

Конечно, есть мнение, что история всегда была полна конфликтами, кровью, смутой и сиюминутной несправедливостью. Уходили одни народы, приходили новые народы и цивилизации, и всё, вроде, возвращалось на круги своя. И, в общем-то, это была сермяжная правда жизни. Но ошибаются и глубоко те, кто думают, что можно и сегодня без последствий разрушить культуру как среду обитания, а на обломках зато, мол, расцветет и воссияет чисто казахская культура. Слишком время сегодня ускорило свой бег!

Пора бы из современного лексикона убрать деструктивную риторику. Может быть, как считают национал-патриоты, и действительно было бы хорошо сохранить для казахов традиционный кочевой уклад жизни, развиваться внутри своего этноса, но это из разряда “если бы да кабы”. И нынешняя культура современного Казахстана, которая есть синтез культуры казахской, русской и других народов - часть сегодняшней мировой культуры. Конечно, для любого народа актуальна задача, быть частью мировой культуры и сохранить при этом свою “самость”. Но это не имеет ничего общего с архаикой, которая усиленно навязывается стране. Да, национальная самобытность важна и необходима, но не могут страна и народ добиться успеха и процветания, архаизируя свою жизнь, свою культуру под стандарты средневековья. Казахстан и казахский народ не консервы! Любая цивилизация, любая культура движется, трансформируется и взаимодействует с другими культурами, перенимая то или иное и видоизменяясь. И это иллюзия, что архаическая культура и современная жизнь могут гармонично сочетаться во всем диапазоне жизнедеятельности человека.

И я, к примеру, не исключаю, что возможные негативы в развитии страны помимо прочего в огромной степени будут происходить вследствие разрушения общей культуры народа Казахстана.

Мы продолжаем считать себя круче всех, видимо потому, что часть из нас ездит на мерсах, лексусах, хаммерах и проч., но не будем забывать, что император, и между делом людоед, Бокасса как раз очень любил роллс-ройсы и бентли.

Резюмируя, хочется сказать, что проще всего в жизни давать советы. А посему избежим этого соблазна. Скажем только – было время разбрасывать камни, не пришло ли время их собирать?!




Лингво – реальность

И русский, и казахский языки переживают сегодня непростые времена. Что ждет в будущем русский язык на постсоветском пространстве?

Этим вопросом задались социологи ряда постсоветских стран, осуществляющие уже ряд лет совместный проект "Евразийский монитор". Проведенный опрос показал очень интересную картину.

17.02.2008, http://www.ia-centr.ru/

 Алия Есембекова

- Сравнительный анализ ситуации с русским языком в новых независимых государствах на постсоветском пространстве выявил серьезную дифференциацию в уровне распространенности русского языка. В ряде стран русский язык на сегодняшний день довольно широко используется в практике повседневного общения (в том числе, в быту, на работе и т.п.). Среди таких стран, прежде всего - Беларусь и Казахстан.

В других государствах применение русского языка носит весьма ограниченный характер, однако заметная часть граждан испытывает потребность в его изучении, причем эта потребность имеет, как правило, сугубо практическую направленность - трудовая миграция. К таким странам смело можно отнести Таджикистан и Армению.

В третью группу по типу отношения к русскому языку можно включить страны, в которых он уже фактически вышел из употребления и применяется в весьма ограниченных масштабах. При этом население не испытывает необходимости и потребности в изучении русского языка (Азербайджан, Литва), - заявила, представляя итоги исследования Гульмира Илеуова, директор Фонда "Центр социальных и политических исследований "Стратегия"", проводившего мониторинг в Казахстане.

Сегодняшнее состояние русского языка в республиках бывшего СССР определяется несколькими факторами, отмечает г-жа Илеуова. В первую очередь, естественно, наличием и долей русскоязычного населения в общей совокупности граждан страны. Там, где эта доля велика, распространенность русского языка заметно шире, даже среди лиц титульной национальности за счет общения с русскоязычными коллегами, друзьями. Вторым фактором, определяющим отношение к русскому языку, является практическая необходимость в его владении и использовании (активная трудовая миграция, получение образования в России и т.п.)

Что касается перспектив развития русского языка на постсоветском пространстве, то они все в меньшей степени будут определяться общей историей народов, а в большей - практическими потребностями в овладении им и его применении.

"Если экономические связи между новыми независимыми государствами и Россией будут развиваться и укрепляться, то будет развиваться и расширяться объективная потребность в русском языке и, следовательно, различные формы его изучения. Если же практическая необходимость в русском языке в силу сокращения экономической межгосударственной интеграции будет уменьшаться, то русский язык будет все более выходить из употребления, вне зависимости от соответствующей культурной подпитки из-за рубежа", - отмечает эксперт.

Параллельно эксперты "Стратегии" проводили и другое исследование - "Использование государственного и русского языков в РК (на примере социально-профессиональных групп)".

Исследование было проведено в октябре-ноябре 2007 года в ряде регионов Казахстана, а в качестве фокусных групп были выбраны чиновники и бизнесмены.

- В Казахстане вопросы состояния языковой сферы сейчас обсуждаются достаточно активно. Наше исследование подтвердило широко бытующие в общественном мнении представления о различиях в вопросах использования государственного языка внутри самого казахского этноса.

Так, по результатам опроса, среди казахов на родном языке дома общается 61% опрошенных (11% - на русском, 27% - на двух языках); с друзьями, коллегами - 38% (на русском - 13%, на двух языках - 48%); по месту работы - на казахском 30% (на русском - 17%, на двух - 50%), - заметила Гульмира Илеуова.

Как показывают результаты исследования, бизнесмены гораздо чаще, чем госчиновники, используют казахский язык в общении на работе (27% и 7%, соответственно) и дома (40% и 28%, соответственно). При этом при оценке степени владения русским языком подавляющее большинство госслужащих (более 90%) выбрало вариант "свободно говорю, пишу и читаю на русском языке".

У бизнесменов степень владения русским языком разная: так, 68% ответили, что свободно владеют, 17% пишут с ошибками, 6% свободно говорят, но не читают и не пишут, также 6%, в принципе, смогут объясниться с людьми говорящими на русском. А еще 3% бизнесменов знают лишь азы языка межнационального общения. Подтверждением того, что по существу именно русский язык - родной для значительной части госчиновников, - являются результаты ответов на вопросы, связанные с языком потребления информации.

Госчиновники чаще, чем бизнесмены читают на русском языке книги (23% против 12%); газеты и журналы (28% против 18%); смотрят тв-программы (56% против 44%). Вместе с тем, бросается в глаза сходство обеих групп при ответе на вопрос об уровне владения русским языком детей и внуков опрошенных: практически равные доли и бизнесменов, и госчиновников говорили о том, что их отпрыски владеют русским языком в полной мере или частично (около 40%).

- В отношении вопроса о статусе русского языка, ситуация, по результатам опроса, выглядит следующим образом. Более половины опрошенных в каждой обследуемой группе (55% бизнесменов и 60% госчиновников) высказались за то, чтобы русский язык сохранился в прежнем статусе.

В то же время по трети респондентов в каждой группе (бизнесмены - 34%, чиновники - 32%) считают, что нужно повысить статус русского языка до уровня официального или второго государственного, - заявила г-жа Илеуова.




«Тип андроновцев – европиодный»

 В Казахстане написали выдающийся по безграмотности учебник истории.

02.03.2008, http://www.centrasia.ru

Виктор БУРДИН

 Очередной "шедевр" казахстанской научной мысли попал в редакцию газеты "Время". К нам обратилась Алла ПАК - филолог-русовед и учитель высшей категории с 25-летним стажем работы в системе образования. Она обнаружила, что в учебно-методическом пособии для поступающих в вуз "История Казахстана" автора Мейрамгул КУСАИНОВОЙ (издательство "Шыѕ-Кiтап") ошибки встречаются чуть ли не в каждой строчке!

- Взявшись за книгу, сначала я подчеркивала ошибки, а потом просто бросила: их здесь - катастрофическое количество, - восклицает Алла Пак. - На каждой странице ужас: ошибки в управлении, в родовых и падежных окончаниях, в употреблении предлогов; много фактологических ляпов. Кроме того, запятые "пляшут" как хотят - по-моему, они поставлены просто "от фонаря". И самое страшное, что все это утверждено Министерством образования и науки РК!

- Алла Васильевна, весь учебник пестрит ошибками?

- По крайней мере, огромный раздел древней истории. Советский период, кажется, уже кто-то немножко корректировал, там ошибок меньше, однако непонятно почему: ведь автор у пособия один.

- Вы пытались найти виновных?

- Я звонила в издательство. Там мне сказали: "Это не наша проблема, мы занимаемся только распространением". Я обратилась в Алматинский департамент образования, где мне ответили: "Мы вообще о таком пособии не знаем, его в продаже нет". А я, извините, где его купила? В Алматы, в магазине "Гулянда", за 800 тенге! А ведь по этим пособиям дети готовятся поступить в вузы! Кстати, у нас утверждена Концепция развития образования до 2015 года, где одной из главных задач указано улучшение качества учебно-методической литературы. Я понимаю, что до роковой даты еще семь лет и что-то еще изменится, но пока больно и обидно за детей.

Обилие ошибок в этом издании наводит на мысль, что автор просто плохо владеет русским языком. Это, может быть, даже не вина Кусаиновой, а ее проблема. Но если ты плохо владеешь русским и рискуешь писать на этом языке учебник, то хотя бы должна связаться с филологом-русоведом, чтобы он тебе все подкорректировал, и только после этого выпускать издание в печать.

- А может, у нас уже просто некому писать нормальные учебники?

- Я много лет проработала в АГУ и знаю, что у нас в университетах есть кафедры русского языка, где работают очень грамотные люди - и в АГУ, и в КазГУ. И они пишут учебники, в которых, конечно, подобных ляпов нет.

Мы попытались связаться с издательством "Шы"-Кiтап". По телефону, указанному в учебном пособии, находятся три организации. В одной из них нам сообщили, что в издательстве если кто и появляется, то только два сотрудника - генеральный директор и менеджер. Ни редактора, ни корректора здесь нет.

В центре "Учебник" МОН РК не слышали не только о таком учебном пособии, но и об издательстве. По словам директора центра Алмы АБЫЛКАСЫМОВОЙ, "Шыѕ-Кiтап" никогда не направляло свои книжки на экспертизу в министерство. В связи с этим у нас есть подозрение, что издательство самостоятельно указало в пособии ложную информацию, будто бы оно было утверждено министерством.

Ошибки в пособии "История Казахстана"

стр. 17 - "тип андроновцев - европиодный", "распологаются",

стр. 21 - "овцы, давшее мясо",

стр. 23 - "начал войну силы А. Македонского",

стр. 25 - "ложили", "юга-запад",

стр. 27 - "серебрянными",

стр. 37 - "Ыссык-Куль",

стр. 38 - "начинается походы", "обостряется противоречия", "совместно карлугами", "пределы Семиречье", "каганат пало", "побережье озеро Балхаш",

стр. 39 - "Исык-Куль", "в Южного Казахстана", "ставка каганата перенесли",

стр. 40 - "власть передавалось", "делились на 24 племен", "к северо-восточному Семиречье", "легенда сохранилось",

стр. 41 - "с 8 - начале XI в.в. формировалось система", "существоваво система", "свидетельствует историки",

стр. 42 - "история завершилось",

стр. 43 "хрестианство", "улус простиралось",

стр. 45 - "другие города находилась",

стр. 73 - "войнов", "главенствующая роль играли",

стр. 74 - "территория принадлежало", "при князе Василий III",

стр. 75 - "Отрар - город, выпускавшем монеты", "исследования свидетельствует", "новых типов жилище",

стр. 96 - "выдающейся жырау", "состовляют три тематическую группу",

стр. 125 - "близь станций".

Об авторе: Виктор БУРДИН, Алматы, burdin@time.kz




"Славяне" и Ющенко в Таджикистане

11.03.08, http://www.russkie.org

Ирина ДУБОВИЦКАЯ

Десять лет назад в одном из ведущих вузов Республики Таджикистан - Российско-Таджикском (славянском) университете - был организован студенческий фольклорный ансамбль "Славяне", практически сразу ставший визитной карточкой РТСУ.

Участники ансамбля - студенты разных факультетов, занимающиеся в хоровой студии в свободное от учебы время. Их объединяет любовь к русской песне, традициям и обрядам. Одной из своих основных задач коллектив считает содействие в укреплении дружеских и культурных связей между Россией и Таджикистаном. Деятельность фольклорного коллектива, однако, не возрождает, а продолжает культурные традиции, которые десятилетиями складывались между нашими народами.

"Славяне" принимают активное участие в культурных мероприятиях Посольства Российской Федерации в Республике Таджикистан, 201-й мотострелковой дивизии (ныне 201-й российской военной базы), выступают на Международных и республиканских музыкальных конкурсах и фестивалях; участвуют в правительственных концертах, проводимых Министерством культуры Республики Таджикистан в честь приезда официальных лиц.

На днях лауреат Международного конкурса коллективов русского зарубежья "Русская песня" - ансамбль РТСУ "Славяне" - достойно представил республику на торжественном правительственном концерте, данном в честь визита в Таджикистан президента Украины Виктора Ющенко. Мастерски исполненное попурри на темы украинских народных песен настолько понравилось президенту, что он пригласил коллектив участвовать в предстоящей декаде таджикской культуры на Украине.


Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Copyright ©1996-2022 Институт стран СНГ